петь, плясать, стихи пишешь?
– Никогда не пробовал. Я юридический окончил.
Зенит обреченно вздохнул. Он рассчитывал, что пришлют голубоглазого красавца, которому достаточно встряхнуть золотистыми кудрями, взять в руки гитару, и девушки будут вешаться ему на мощную грудь. Хотелось, чтобы этот кадр прошел особую подготовку по обольщению, профессионально владел техниками охмурения. Но прислали простого, конечно, хорошего парня. Задача усложнялась.
– Ладно, начнем с начала. Твое задание, Таран, состоит как бы из двух последовательных задач. Сначала ты должен понравиться девушке. Это мы с тобой срежиссируем. Условия для этого есть. Вторая задача сложнее. Ты должен понравиться ее отцу, чтобы он захотел двигать тебя по карьерной лестнице. Вот здесь у нас полная неопределенность, придется аккуратно выведывать у дочери пристрастия отца. Но сначала дочь. Это понятно?
– Понял, не дурак. Дурак бы не понял, – во взгляде юноши не было ни тени сомнения.
– Если ты ничего не умеешь, значит, быть тебе писателем-неудачником. Попробуем для начала надавить на жалость. Жалость – очень мощный мотив. На нем базируются многовековые бизнесы. Калеки на паперти церквей просят милостыню, волонтеры собирают средства больным, погорельцам, сиротам. Это срабатывает. Начнем с этого, главное – не застрять надолго в этом образе.
– Это понятно. На неопытную девушку подействует, а вот папашу, прожженного банкира, наоборот, отпугнет.
– Правильно мыслишь, приятель. Теперь будем лепить твой новый образ. Из реквизита возьмем очки-велосипеды, они создают образ ботаника. Прическу придется взъерошить, пусть появится желание тебя причесать, пригладить. Есть у меня одна задумка. Так, чуть не забыл, что у тебя с деньгами? Подработка есть?
– Пока нет. Ищу.
– Ко мне тут приходят учителя из соседней гимназии, они упомянули, что им нужен человек, желательно студент, для работы с группой скаутов. Они недавно вступили в союз скаутов. Раньше отдельно существовали объединения для мальчиков и отдельно для девочек. Теперь это совместное движение. Слышал о скаутах?
– Так, немного.
– По возрастам они делятся на две группы. Почти как наши пионеры. Те, которые до 12 лет, относятся к группе «Волчата», а те, которые постарше, уже называются «Разведчики». Так вот, для общего развития, истории, религии у них есть преподаватели, а вот вожатого для выходов на природу – нет. Деньги небольшие, но и загруженность невеликая. Как прикрытие – очень удачное.
– Я как раз по комсомольской путевке две смены отработал пионервожатым в лагере. Так что как ходить в походы, разжигать костры, ориентироваться по компасу – могу показать.
– Вот и отлично. Думаю, что наши пионеры не очень далеко ушли от их скаутов. Только песни другие.
Они проговорили на насущные темы еще полчаса. Могли и больше, но под дверью главного режиссера нетерпеливо переминались актеры, сценаристы и прочие околотеатральные граждане.
Это была действительно очень рискованная операция в тылу израильтян. Темной безлунной ночью пять фигур, больше напоминавших тени, добрались до нужного объекта. Интерес представляла не сама башня, а машинный зал, расположенный по соседству. Именно в нем и должна была произойти диверсия. Юргена как раз и взяли в качестве специалиста-подрывника.
Двое молодых, очень подвижных, как ящерицы, арабов подобрались к боевому охранению израильтян и должны были заколоть их бесшумно ножами. По закону бутерброда, который всегда падает маслом вниз, произошла накладка, поднялся шум. В боевое охранение к друзьям заявился приятель. Он принес парням забытое курево. Посторонний в карауле, как и курение, являлось грубым нарушением устава караульной службы. Но так сошлись звезды. Арабы понадеялись на удачу.
План на ходу поменялся. Если до этого они должны были одновременно прыгнуть на израильтян и прирезать их, то теперь они решили сначала оглушить двоих и заняться третьим. Но третий оказался шустрее. Он вырвался и стал звать на помощь. Его тут же пристрелили, но тревога уже прозвучала.
Как задумывалось, Юрген должен был подорвать входную железную дверь тротиловой шашкой, быстро заскочить в помещение, спрятать под мотором мешок со взрывчаткой, нажав на взрыватель, и быстро убежать, потому что через семь минут должен был сработать основной заряд. Если арабы могли уйти, не выполнив задания, у немца такого варианта не было.
Объект охраняло подразделение численностью пятнадцать человек под командованием целого ранага армии обороны Израиля, что соответствует нашему званию прапорщика. Это был опытный вояка, но в подчинение ему достались преимущественно необстрелянные новобранцы, так как объект не являлся стратегическим. Караульная служба предполагала и соответствующее вооружение. В основном, легкие «Узи» и несколько штурмовых американских винтовок.
Тревожная группа, как и было предписано, в течение пары минут оказалась у водонапорной башни и заняла оборону перед машинным залом. Через шесть, максимум семь минут должны были подтянуться основные силы.
С ходу завязалась перестрелка. Времени на прорыв через заслон и подрыв двери уже не было. Трое палестинцев открыли шквальный огонь, создавая видимость атаки и тем самым отвлекая основные силы на себя, а Юрген вместе с напарником метнулись к постройке с другой стороны. Там, на глухой кирпичной стене, на высоте около трех метров, находилось небольшое окно, практически форточка. Добраться до него по голой стене и пролезть не было никакой возможности, вдобавок оно было забрано железной решеткой. Но это был единственный шанс. Молодой араб прикрывал подрывника и держал на прицеле улочку длинной метров триста, на которую из-за поворота вот-вот должны были выбежать израильские солдаты.
Горение запала ручной гранаты составляет четыре секунды. Батый выдернул чеку. Раз, два, три. Он подбросил лимонку, стараясь, чтобы она оказалась в углублении окошка, тогда, плотно прижавшись к стене, можно было избежать поражения осколками. Риск был велик. Ведь если расчет был не верен, граната отскочит и взорвется прямо у них над головами.
Они с напарником успели буквально вжаться в стену. Раздался взрыв. Решетку взрывной волной удачно выбило вовнутрь. Из-за угла как раз выскочили несколько солдат неприятеля. Палестинец открыл огонь из автомата с колена. Израильтяне шустро отскочили за угол, но в ответ открыли сильный, но беспорядочный огонь. Им надо было сориентироваться и понять, какими силами действует враг.
Юрген активировал взрыватель основного заряда, быстро замотал мешок и метнул его в дыру в стене. Это была отчаянная попытка. В этот раз, видимо из-за адреналина, глазомер его подвел, или рука предательски дрогнула, но мешок со взрывчаткой ударился о стену, не долетев до окна и отскочил, свалившись ему прямо под ноги.
К тревожной группе подошло подкрепление, охранники пошли в атаку на диверсантов. Арабы, прикрывавшие основную группу, дрогнули и побежали, хаотично отстреливаясь. Еще немного, и группу подрывников блокируют уже с двух сторон.
Ситуацию спас напарник. Палестинец, юркий, как пустынная ящерица, бросил автомат, подхватил мешок и
