— Ванная там, полотенца тоже, — некромант указал мне на дверь в левой стене. — Пользуйся. Я скоро вернусь.
И ушел, аккуратно притворив за собой дверь.
А потом… всплеск силы от магии перемещения из коридора едва не вдавил меня в пол, настолько он был сильным. Единовременный, разделенный на несколько частей, раскиданный по разным точкам общежития, он потрясал своей мощью. Похоже, кого-то просто выдергивали из своих комнат и перемещали… но кого и куда?
Впрочем, какая разница? Мне наконец-то предоставили возможность помыться!
А если кому-то вот-вот собираются оторвать головы — это уже не мои проблемы. Ворон здесь хозяин и господин, с него и будут спрашивать.
Почесав бровь, я огляделась еще раз и, стянув пыльные сапоги, пристроила их около входной двери — пачкать личное пространство инициированного мага не то, что было самоубийством… Просто, банальную вежливость еще никто не отменял.
Угасающая магия по ту сторону двери прошлась неприятным холодком по коже. Машинально обхватив себя руками за плечи, я прошлась по комнате, разглядывая ее. Ничего примечательного: большой книжный стеллаж со старыми фолиантами, от которых здорово фонило защитными заклинаниями, ровная стопка конспектов на столе у окна и всё. Никаких разбросанных вещей, безделушек или еще чего, постель заправлена, на полу ни соринки.
Но уютно.
Вид чистенькой просторной ванной привел меня в неописуемый восторг. Зачесалось сразу всё: и спутавшиеся грязные волосы, и тело, и руки!
Обнюхав брусочек ароматного мыла, я включила кран, радуясь благам цивилизации и тому, кто придумал душ, торопливо стянула с себя куртку и замерла, сообразив, что переодеться не во что.
На простейшие бытовые заклинания по очистке сил не было, а надевать снова грязную одежду — проще не мыться вообще.
Прежнее убеждение не трогать в комнате мага ничего из его личных вещей мгновенно осыпалось прахом. Но желание почувствовать себя человеком все-таки пересилило инстинкт самосохранения, и я вернулась в комнату. Постояла, постучала ногой по полу, покосилась на дверь… и, решившись, уверенно подошла к небольшому платяному шкафу.
— Защити меня Ирида, — вздохнув, напоследок, рывком распахнула дверцы, крепко зажмурившись, ожидая всего, чего только можно. Но зря — труп девственницы на меня не выпал, никакой зомби не накинулся и даже охранным заклинанием не приложило.
Долго с выбором я не мучилась, сдернув с плечиков первую попавшуюся рубашку, висевшую в ровном ряду таких же. Черных, естественно, как и остальная одежда. И, прикрыв дверцы, торопливо убежала обратно в ванную, машинально втягивая голову в плечи, боясь, что вот-вот объявится владелец и настучит мне по голове за кражу чужой собственности.
Некрасиво, да, а что делать?
Воровать по заказу — это одно. Но хороший вор никогда и ничего не украдет у владельцев дома, приютившего его или оказавших ему какую-либо услугу. Этика есть даже у преступников, кто бы там и что не говорил. К тому же, я не ворую, я просто одалживаю…
Из душа я выползла, наверное, час спустя, и то уже тогда, когда сердце стало протестующее колотиться от ребра. Кожа на подушечках пальцев сморщилась от горячей воды, кое-где покраснела, дышалось тяжело, но я снова почувствовала себя человеком. Для полного счастья оставалось всего ничего и, обнаружив это самое «ничего» по возвращению в комнате, я сначала впала в ступор.
А после, убедившись, что стоящий на столе поднос с остывающей, но ароматной едой не мираж, едва не захлопала в ладоши, подпрыгивая как ребенок. Глупо, знаю, но я столько дней мечтала о полноценном обеде!
Овощное рагу с мясом, полноценная телячья отбивная, краюшка свежего хлеба и кружка молока… да я в жизни себя такой счастливой не чувствовала!
И уплетала все это богатство быстро, пока некромант не вернулся — не люблю, когда кто-то смотрит, как я ем. Личность, осчастливившая меня сначала возможностью привести себя в порядок, затем едой, сомнениям не поддавалась. В смысле, я поняла, что именно Ворон позаботился о моем пропитании, пока я хлюпалась в его же ванной, но куда он ушел опять?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чего не знаю, того не знаю.
Уйти, не попрощавшись, конечно, хотелось. Но я не знала, какие платы у ректора на будущее, где остальные мои товарищи по несчастью и, собственно, где мне жить дальше. Дождаться старосту было бы разумнее, что я и решила сделать, для нала все-таки очистив, как следует, свою одежду. Немного перестаралась с непривычки, и штаны пришлось отложить досыхать. А пока они сохли, присела на край постели, пережидая приступ головокружения, которым отозвался мой организм на простейшую бытовую магию. Чтобы как-то отвлечься от неприятных ощущений, принялась пятерней прочесывать подсохшие волосы — трогать еще и расческу мага смерти показалось мне просто кощунством. И…
Честно, я сама не поняла, как это получилось. Просто кровать была такая удобная, постельное белье пахло чистотой и свежестью, подушка казалась такой мягкой…
В общем, к моменту возвращения Ворона в свою комнату, я уже нагло спала без задних ног на его же кровати в его же рубашке.
Называется, пусти Дикаю в гости…
* * *
— Что?
— Это что за дела?!
— Что мы тут забыли?
— Какого х…
— Ребя-я-ят… это же не то, что я думаю, да?!
Несколько долгих секунд тишины… и до адептов академии Асканит, наконец, дошло:
— Ворон.
Устроившийся со всеми удобствами на крыше ближайшего склепа, покрытого легким слоем мха и пыли, некромант усмехнулся, оглядывая с высоты десяток молодых магов. Точнее, чуть больше десятка, но не суть.
Старосты всех факультетов, главные зачинщики разнообразных скандалов и просто любители поиграть на нервах окружающих… Словом, все те, кто так или иначе нарушили его запрет.
— Доброе утро, — опираясь спиной на замшелый крест, нисколько не опасаясь за сохранность и чистоту собственного мундира, поприветствовал всех Ворон.
— Доброе? Ты издеваешься? — сложил руки на рельефной груди самый сильный из присутствующих, водник с факультета стихийной магии. А так же своенравный, надменный и высокомерный, обожающий изводить тех, кто слабее его. Вот и сейчас, даже будучи одетым лишь в семейные трусы веселой расцветки, смотревшейся нелепо среди покосившихся надгробий и старых могил, он не предавал этому значения, привычно делая вид, что все под контролем.
Но за могучим телосложением, богатым словарным запасом и огромным самомнением скрывалась, на самом деле, нередкая банальность — низкий уровень дара. Собственно, причина, почему он не вошел в сборную команду Асканита и, естественное желание отыграться на другом, более счастливом кандидате, маге-погоднике по прозвищу Патрик.
Староста же магов воды, невысокий коренастый паренек, стоявший неподалеку, только хмурился, поглядывая то на своего раздетого коллегу по цеху, то на небрежно развалившегося на крыше инициированного некроманта. Смотрел, но молчал. Он понимал, что виноват и, хотя происходящее ему не нравилось, ничего поделать не смог, ни тогда, ни сейчас. В конце концов, он действительно не сумел остановить творящееся вчера ночью безобразие, хоть и пытался. И за свои промахи, в отличие от некоторых, он привык отвечать.
— Я? — иронично выгнул брови Ворон. И снова усмехнулся, вытягивая одну ногу поверх крыши и сгибая в колене другую. — По-моему, это ваша специфика. Или я не прав?
— Да ты… — с трудом проглотив ругательство, староста факультета целителей, осмотревшись еще раз, зло сплюнула себе под ноги, обхватывая озябшие плечи ладонями с узкими аккуратными ноготками. В тонкой кружевной ночнушке длиной до пят девушке явно было холодно, но… кого это могло смутить? Группе новеньких тоже было несладко ночевать на каменном полу. — Серьезно? Из-за каких-то бродяг ты сунул нас на кладбище? Ты обалдел?
Ворону отвечать не пришлось — справа от светлой целительницы уж слишком красноречиво зашевелился порядком просевший могильный холм…
