— Я все правильно сделала, да?
Надо признать, Ворон взял себя в руки быстро. Иронично вздернув бровь, заложив руки за спину, он неспешно обошел разлетевшуюся на запчасти нежить и, подцепив носком начищенного сапога берцовую кость, хмыкнул:
— Занятная реакция.
— А тебе какая больше понравилась? — почти с любопытством посмотрела на некроманта, машинально повторяя его маневры с руками.
Любому ежику с окраины понятно, что лидер банды… ладно, команды Асканита, меня банально проверял. Естественно, реакций в подобном случае могло быть две, собственно, обе я и предоставила. На выбор.
Скелет был чистенький, отполированный, беленький, с неправдоподобным набором зубов — ну не может так выглядеть нежить, поднятая с ближайшего, далеко не стерильного кладбища. Значит, мне подсунули либо анатомическое пособие, либо инвентарь, давно используемый магистрами для выполнения тяжелых работ. Напугать подобным сложно и первокурсника. Показать свои знания и умения сразу, конечно, вариант, как способ заставить себя уважать…
Но люблю я построить из себя дурочку!
Если бы не самоуверенность в голосе Ворона и не превосходство во взгляде, стала бы я эту безобидную костяшку на составные разбирать, угу.
Я вообще, в принципе, не собираюсь никому и ничего доказывать. И представлять наглядное доказательство уровня своей силы. Пускай думают, что ошиблись, что печать повреждена или еще что. Надо будет — причину придумают сами. Но я и пальцем не пошевелю для победы в этом турнире, по возможности сделав так, чтобы меня выперли из академии еще до его начала.
Тюрьма? Ну, тюрьма, так тюрьма, оттуда и сбежать можно.
Главное только держать себя в своих руках, а не пребывать в своенравных лапах инициированного некроманта. Сегодня я поддалась на провокацию, сказалась усталость и всё остальное. Но больше он от меня не дождется ничего, пускай устраивает хоть тысячи проверок!
— Сообразила, значит? — усмехнулся некромант, банальным щелчком пальцев восстанавливая разрушенный скелет.
Ага, увидела, освоила и записала в памяти — демонстрация силы получилась впечатляющей, вот так запросто поднять нежить даже без капли крови не под силу никому. Так и запишем: никогда не переходить дорогу инициированному магу.
А потому, что мы делаем дальше? Правильно, косим под дурочку, напрочь игнорируя усталость и вызванное ей желание убивать все живое в радиусе пары метров, так или иначе мешающее спать.
— Поняла… что?
— Идем, Кая, — не став пояснять, пряча улыбку, парень сделал приглашающий жест в сторону пустующего коридора, погруженного в поумрак, слабо освещенного тусклыми магическими светильниками.
Пришлось следовать за ним, пожав плечами, тихо надеясь, что сюрпризов больше не предвидится. Надеяться зря, разумеется: с моей стороны было просто глупо рассчитывать, что с закатом солнца в общежитии адептов темной магии будет стоять тишина. Три ха-ха.
Свежая порция разнообразных взглядов, от ненависти до презрения прожигали спину всю дорогу до четвертого этажа. И теперь, когда местного декана не было рядом, обсуждение моей персоны стало куда резче, громче и настырнее. Впрочем, и они стихали, стоило только старосте мельком, вроде бы мимоходом, взглянуть в сторону говоривших. Похоже, Ворон пользовался здесь неоспоримым авторитетом…
И пока неизвестно, хорошо это для меня или наоборот. С одной стороны: будут сильно травить — заступится. С другой, достану самого до самых печенок, он же команду «фас» и отдаст.
В одну из дальних дверей, множество которых пестрело по безликому коридору, некромант постучал скорее для вида, чем из вежливости — ответа на стук он не стал дожидаться.
Руны, заботливо вычерченные прямо на потертом дереве, предупреждающе вспыхнули зеленым светом, активируя защиту… и тут же погасли, задавленные чистой силой, исходящей от инициированного некроманта. При этом она никак не проявлялась внешне, но чувствовалась каждой клеточкой тела.
Машинально поведя плечами, скидывая неприятное и непривычное давление, я шагнула следом, но остановилась, наткнувшись на выставленную руку. Покосилась на ладонь, впечатанную в косяк, перевела взгляд на Ворона, смотревшего вглубь комнаты, ну и решила промолчать. Тем более, что парень заговорил первым, и таким тоном, что даже уныло топающий за нами скелет, кажется, споткнулся, трусливо клацнув зубами:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Кажется, я просил тебя, Белла.
Белла? Белла… Белла?!
Погодите ка… это что, сокращение от Беладонны? Растения, чей сок едва ли ни один из самых ядовитых в мире? И меня собираются заселить к ней в комнату?
Я хочу в тюрьму… Ирида меня забери, впервые в своей жизни я очень хочу обратно в тюрьму!
— О чем ты меня просил, Ворон? Не трогать… вот это? Ты серьезно собираешься заменить ею Ирит?
Так-так-так… И что ж там за Ирит такая, раз моя кривая моська с ней не идет ни в какое сравнение?
А впрочем, какая разница?
Будь там хоть последняя страшила, выбор адептов всё равно будет не в мою пользу. Точнее нашу — не стоит забывать об Альте и остальных, раз уж мы все дружно оказались в одной большой зад… Не самой лучше точке нашего мира.
Нас здесь не примут. Никогда. Чтобы мы не сделали, как бы ни старались, хоть из кожи вон лезь, мы все равно останемся чужаками, нагло занимающими чужое место. Нет, быть может, если мы выиграем соревнования и отыщем, куда подевались предыдущие участники, быть может, нас и станут уважать…
Но оно лично мне надо?
За остальных не скажу, но знаю точно — Альтир тоже излишним альтруизмом никогда не страдал и, как и я, терпеть не мог кому-то и что-то доказывать.
— Я предупредил, — голос спокойный, а тон такой, что стоящий позади меня скелет снова щелкнул полным набором зубов, заставляя сделать мысленную пометку слегка проредить их при нашей следующей встрече. Пятая пара клыков явно лишняя, точно говорю! — Заходи, Дикая. Теперь это и твоя комната тоже. Утром я зайду.
Как это мило с вашей стороны… Расстраиваться не буду, если что, будет хоть кому передать мой остывший прах Альту. А тот уже знает, что с ним делать.
А вот что делать с обозленной на меня, на старосту и на весь мир заодно некроманткой?
Когда Ворон покинул небольшую комнату с чисто женской обстановкой (делая скидку на атрибуты любого приличного мага смерти), представшая передо мной невысокая девица в черном балахоне, с копной аккуратных каштановых кудряшек, перекинутых через левое плечо, рассматривала меня молча. На кукольном личике при осмотре моей внешности почти не проявилось никаких эмоций, а затем…
Схватив рукой за горло, она с силой, несвойственной хрупкой девушке, впечатала меня в ближайшую стену так, что прохрустели все позвонки по очереди! От удара слегка сбилось дыхание, в нос пахнуло сырой силой, лопатки протестующее заныли, напоминая, что все эти дни я отнюдь не на мягких перинах почивала.
— Какой милый прием, — попыталась было улыбнуться, и понятливо замолкла, когда острый ритуальный кинжал, приставленный к моей шее, неглубоко, пока что, вспорол кожу. — Поняла, обойдемся без взаимных расшаркиваний.
Ещё и с ядом, судя по запаху…
Ну не гадость ли?
Серьезно! Убить некроманта почти нереально с помощью большинства известных ядов. Просто нереально, у нас в некотором роде иммунитет и все отравления мы воспринимаем, ну… как обычные люди насморк, что ли? Иначе давно бы уже вымерли как вид. Маги смерти часто работают и с ядами, и с нежитью — а это в большинстве случаев чистый трупный яд.
— Если ты думаешь, что слова Ворона меня остановят, — надо отдать должное, леди не истерила, обладая явным самообладанием и холодным расчетом — самыми полезными качествами для мага смерти. — Ты глубоко заблуждаешься. Ты не Ирит. И никогда ей не станешь. Лучше бы тебе самой убраться отсюда, пока есть, на чем ходить.
Спасибо за предупреждение, коллега, а то у меня и без того ноги короткие.
— Я с радостью, — я криво усмехнулась, не предпринимая ни малейшей попытки освободиться. Только улыбнулась ласково и открыто. — Посмотри вниз. Браслеты видишь? Сними их, и считай, что меня тут никогда не было.
