— Ты всегда такая сомневающаяся, милая док?
— Нет, — призналась она. — Только в нерабочее время.
Наконец Мерри сообразила, что гостя можно уложить внизу на диване. Костюм Санта-Клауса преспокойно полежит в целлофановом пакете. Дейв получит напрокат мужской банный халат, который Мерри порой носила дома. Девочке объяснят, что, когда она уже ушла спать, обнаружился добрый знакомый, застрявший в сугробах неподалеку и попросивший разрешения переждать непогоду в доме Мерри. К счастью, праздничным утром вид гостя, прохлаждающегося в халате, вероятно, не покажется ей странным. А там, глядишь, появится его друг-гном и привезет, во что одеться Эндерсу.
Мерри постелила Дейву на диване и глубоко вздохнула.
— Терпеть не могу лгать, но нужно ведь помочь ребенку сохранить иллюзии, не так ли?
Доставая из бельевого шкафа одеяло, Дейв сказал:
— Ты не объяснила, почему твоя племянница проводит рождественские праздники у тебя. Где ее родители?
— Мать у нее умерла вскоре после родов, будучи незамужней. Отец, как я подозреваю, скрылся в неизвестном направлении. — Мерри заглянула во все уголки бельевого шкафа. — Могу поклясться, здесь была подушка.
— Достаточно и этой. — Дейв вытащил из-под своего тулупа подушку, что была привязана на талии. — Значит, Стеффи, так сказать, сирота…
— Да, можно считать так. — Мерри взбила подушку и заправила ее в наволочку. — Девочка жила с теткой, пока та не умерла пару месяцев назад. Единственный, оставшийся в живых родственник, — двоюродный дядя, холостяк, который не захотел, чтобы Стеффи жила у него. Он решил отдать ее на удочерение, и здесь-то в судьбу Стеффи вмешалась моя сестра, Лайза.
Дейв взял халат, принесенный сверху хозяйкой, и отправился в ванную комнату для гостей.
— И где же нежно любящая мамочка Лайза встречает Рождество? — спросил он, обернувшись в дверях.
— В Швейцарии. Занимаясь лыжным спортом.
— С мужем?
— Она не замужем.
— Я не собираюсь задевать достоинство твоей сестры. Однако… — Мерри слышала тревожащий душу шорох снимаемого белья в ванной комнате. Дейв Эндерс раздевается прямо здесь, за дверью, у нее дома. Она старалась остановить воображение, но не могла отделаться от навязчивого образа этого мускулистого широкоплечего мужчины. — …Однако твоей сестре не пришло в голову, что она может быть нужна ребенку? — закончил свою мысль Дейв.
— Лайзу, увы, никогда не волнуют нужды других людей.
Дверь распахнулась. Темно-бордовый махровый банный халат, висевший на тоненькой Мерри, как балахон, тесно обтянул мощную фигуру Дейва и даже не сошелся на груди, открывая мягкие завитки каштановых волос. Мерри, заставив себя отвернуться, занялась тем, что стала оправлять одеяло на диване Дейва. Однако тут же ей пришла в голову мысль, что такой жест может показаться двусмысленным.
Дейв стоял в дверях и внимательно следил за действиями Мерри.
— Ты знаешь, можно подумать, будто у тебя никогда не ночевал дома мужчина.
— Никогда. — Заметив, как поползли вверх брови у Дейва, она добавила: — В этом доме. Однажды я уже почти обручилась — это было давно, — но оказалось, он не тот человек, кто был нужен мне.
— Тебе повезло, что истина обнаружилась вовремя.
— Еще бы.
Мерри хотелось бы расспросить Дейва о его прошлом, но ведь они еще так мало знакомы. Несколько поцелуев украдкой еще не дают ей права совать нос в его личную жизнь.
Дейв пересек комнату и уселся на диван. Он явно чувствовал себя как дома. Приглашая Мерри, он похлопал рукой по дивану рядом с собой.
— Нет, спасибо. — Мерри отпрянула назад, но в душе осудила свое слишком неловкое поведение. — Я лучше пойду лягу. Насколько я знаю детей, Стеффи поднимется завтра спозаранку. Ой! Чуть не забыла! — Мерри бросилась к серванту, где прятала набитый конфетами и мелкими игрушками чулок, предназначенный для Стеффи. Затем подошла к камину, но не знала, как укрепить там подарок.
— Видимо, не обойтись без липкой ленты.
— Вот, прошу. — Дейв моментально принес ее из кухни, где, должно быть, приметил ленту на рабочем столике. — Позволь мне. — Прежде чем последовало возражение, он дотянулся до каминной полки и прикрепил чулок, держа Мерри в кольце своих рук.
— Здорово. — Она склонила голову, чтобы избежать его прямого взгляда. — Теперь мне, пожалуй, лучше…
— Ммм. — Дейв потерся щекой о ее волосы. — От тебя пахнет Рождеством.
— Это из-за елки.
— Мерри…
— Да?
— Ты самая неромантичная женщина, когда-либо встречавшаяся мне. — С улыбкой он слегка коснулся губами кончика ее носа.
— В самом деле? — вздохнула Мерри. — Может, мне нужно получиться?
— Я знаю одного великолепного учителя. — Дейв слегка прикусил мочку ее уха. — Итак, урок номер один: расслабься. Вдыхай ароматы. Ощущай языком вкус. Перестань отвергать сигналы, что шлет тебе твое тело. О-о… Уже лучше…
Мерри прильнула к нему, прикрыв глаза. От Дейва исходили сильнейшие токи добра, уверенности, справедливости…
Наверху во сне застонала девочка. Мерри вздрогнула.
— Схожу проверю, в чем дело.
Очень неохотно Дейв позволил ей высвободиться.
— Что ж, для первого урока совсем неплохо. Однако, на мой взгляд, тебе еще учиться и учиться.
— Спокойной ночи. — Внезапно Мерри засмущалась. Она поспешила к лестнице, ведущей наверх, затем остановилась. — С Рождеством тебя, Дейв!
— С Рождеством тебя, Мерри!
Когда она поднималась по ступенькам, ей показалось, что он проговорил:
— Урок номер два: никогда не впускай опасного мужчину в свой дом, если не уверена, что хочешь оставить его у себя.
Однако Мерри решила, что наверняка ослышалась.
4
Просыпаясь, Мерри почувствовала, что воздух напоен невероятно соблазнительными ароматами кофе и кленового сиропа. А еще пахнет блинчиками, подумала она в полудреме, густо намазанными маслом. Без сомнения, внизу с удовольствием готовит праздничный завтрак бабушка Нетта.
Но затем Мерри вспомнила: старушка наверняка застряла из-за метели у своих друзей. Как и все остальные в эту ночь.
Неужели Дейв Эндерс хозяйничает на кухне Мерри как дома?
Впрочем, нет, это невозможно. Так не может вести себя великосветский лев салонов Нашвилла, глава гигантской корпорации, нахальный владелец пса по имени Чемпион и еще как там его. Мерри готова побиться об заклад, он и ему подобные думают: блинчики — это нечто такое, что подают исключительно в дешевых кафетериях.
Она поднялась, лениво нащупала домашние туфли, потянулась за темно-синим халатом и вдруг сообразила, несмотря на свое еще сонное состояние, что не хотела бы показываться гостю в таком виде. Она достала из шкафа джинсы и умопомрачительный розовый свитер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
