— Что ж, я уверен, вы задали этим детективам работы с вашими многочисленными любовниками, — сказал Джордан язвительно напоследок.
В полном смятении Лара наблюдала, как он подошел к Дженни, обнял за талию, и через несколько секунд их уже не было. Уходя, он даже не посмотрел в ее сторону.
Да, все опять закончилось неудачей. Они, в конце концов, пришли к тому, что начали оскорблять друг друга. А ведь до этого она собиралась проявить понимание и, несмотря на враждебное отношение Джордана, попытаться увлечь его. И единственное, чего она в этот вечер добилась, — еще больше отдалила его от себя. Джордану не понравилось, что кто-то собирает о нем информацию, и это по-настоящему разозлило его. Да, действительно, судя по этим сведениям, детство и юношеские годы были у него неблагополучными, но ведь все это осталось в прошлом, и ничего уже теперь не изменить. К тому же, несмотря ни на что, Джордану многого удалось добиться в жизни.
— Лара, ты что, опять передумала? — донесся сзади хорошо знакомый мурлыкающий голос.
Она обернулась и увидела Бэзила, выходившего из спальни. Он был уже в своем прежнем костюме.
— Когда ты только угомонишься! — обрушилась на него Лара, давая выход раздражению, причиной которого был он сам и Джордан.
— Никогда, детка. — Шутливый тон вернулся к нему. — Так ты все-таки передумала? — повторил он с надеждой в голосе.
— Нет! — бросила она.
— Жа-аль! — протянул Бэзил. — Ну ладно, тогда я, пожалуй, поищу более расположенную ко мне женщину. Должен же я, как хозяин дома, осчастливить сегодня за ночь нескольких дам.
Лара фыркнула от отвращения, повернулась и пошла прочь. В последний момент она успела заметить, как Бэзил приближается к какой-то длинноногой, рыжеволосой девице.
Она начала уставать от привычного вида этих бесконечных вечеринок и от бессмысленных любовных интрижек вокруг. Но, как бы там ни было, никакой замены всему этому она пока не находила.
В следующие две недели Лара больше времени, чем обычно, провела дома, размышляя о своем будущем и испытывая презрение к Бэзилу и ко всей своей прежней компании. Она не могла больше чувствовать себя свободно среди этих людей, считавших ее такой же неразборчивой в связях, какими были они сами. Поскольку раньше она охотно, вместе со всеми, разбирала по косточкам того или иного отсутствующего члена компании, ей теперь очень хотелось бы услышать их высказывания на свой счет. Бэзил дал понять, в каком хвастливом тоне говорят о ней мужчины, и она сама легко могла представить, как оценивают ее в женском обществе.
В эти две недели она не видела Джордана Синклера, а в те вечера, когда куда-то выходила, ее сопровождал спокойный и представительный Найджел, что еще раз дало ей возможность убедиться в полном равнодушии к нему. Между тем, в своем воображении она видела рядом мужчину с серебристо-белокурыми волосами и темно-синими глазами, который в реальности оставался столь же неуловимым, что и в мечтах.
— Ты не хочешь поехать со мной в клуб? — спросил ее как-то в субботний вечер мистер Шофилд, видя, как дочь скучает дома. — Я хочу сыграть партию в гольф, а тебе полезно будет погулять на свежем воздухе, — сказал он, встревоженный ее бледностью. — В последнее время ты меня очень беспокоишь.
— Тем, что я сижу дома? — шутливо поинтересовалась она. — Большинство родителей стали бы беспокоиться, если бы их дети постоянно где-то пропадали!
— Раньше так оно и было, — кивнул он. — Но теперь меня волнует то, что ты сидишь дома, а это совсем не похоже на тебя. Может быть, на той вечеринке у Бэзила случилось что-то такое, о чем мне следовало бы знать?
— Абсолютно ничего не случилось, — ответила она уклончиво. — Но если ты не возражаешь, я не поеду сегодня играть в гольф — ко мне позднее должен зайти Найджел. У тебя будет партнер, чтобы сыграть партию? — Мистер Шофилд пожал плечами.
— В клубе всегда можно кого-то найти.
— А что, Джордан Синклер недавно у тебя выиграл? — спросила Лара ненароком, надеясь, что отец не почувствует, как напряженно она ждет ответа.
— Только не недавно. — Мистер Шофилд покачал головой. — Его не было в клубе уже несколько недель.
Ее это совсем не устраивало. Она могла признаться — себе, во всяком случае, — что еще одной причиной, по которой она пропускала игру за игрой, была надежда на то, что Джордан заметит ее отсутствие в гольф — клубе. Она знала, что две недели назад он играл с отцом и что он уже стал полноправным членом клуба. Если в этот раз он уехал из Лондона по делам, он не посещал клуба и, следовательно, не заметил ее отсутствия там. Вот досада!
— Увидимся позже, дорогая. — Перед тем, как уйти, мистер Шофилд ласково взъерошил ей волосы.
Если ее сознание в какой-то мере участвовало в подготовке к свиданию с Найджелом, то сердце оставалось, в сущности, абсолютно равнодушным к этому. Найджел все настойчивее предлагал ей познакомиться с его родителями, но чем больше Лара встречалась с самим Найджелом, тем менее привлекательным казалось это предложение. Ей, безусловно, надоели вечеринки и посещавшая их праздная публика, но и Найджел, с его безграничным вниманием, досаждал все сильнее и сильнее.
В этот день он безропотно следовал за ней по бесконечным магазинам, где она почти ничего не покупала, а лишь часами ходила и смотрела на витрины. В итоге Лара решила, что он станет очень послушным супругом — но только не ее! Следуя советам отца, она собиралась «поговорить начистоту» с Найджелом, но никак не могла приступить к этому разговору, чувствуя смертельную тоску в его присутствии. Она жалела, что согласилась пообедать с ним в тот день, и знала, что после этого раза не захочет его больше видеть.
Когда она вернулась, чтобы переодеться к походу в ресторан, отец еще не приехал из гольф-клуба, и поэтому она решила, что он тоже не будет обедать дома.
Она надела черное кружевное платье до колен с прозрачным лифом и выделяющимся на нем более темным цветочным орнаментом поверх обнаженной груди. Платье придавало ей особенно обольстительный вид, и казалось обидным, что весь эффект будет напрасно потрачен на Найджела.
Однако Найджел, прибывший в начале восьмого, дал понять, что эффект этот вовсе не пропал даром. Дождавшись, пока служанка выйдет из комнаты он кинулся к Ларе и заключил ее в объятия.
— Дорогая, ты потрясающе выглядишь! — проговорил он прерывающимся голосом.
Лара отвернулась, видя его явное намерение поцеловать ее в губы.
— Моя губная помада, — сердито напомнила она, совершенно не расположенная позволять ему целовать себя.
Он негромко рассмеялся.
— Ничего, ты всегда можешь снова подкраситься. — Выбрав момент, он быстро поцеловал ее в самые губы. — Дорогая, какой восхитительный вкус! — Прежде чем Лара успела опомниться, он наградил ее таким долгим поцелуем, что она едва не задохнулась.
