— Не смей называть меня так! — Она бросила на него сердитый взгляд через стол.
— Но ведь это просто любовное обращение..
— Вот именно! — напустилась она с новой силой. — Кто вообще просил тебя испытывать ко мне какие-то чувства? — Все свое негодование по поводу Джордана она выплеснула на ничего не подозревающего Найджела.
— Лара…
— После нескольких свиданий ты ведешь себя так, словно я — твоя собственность! — Она бросила салфетку на стол и схватила сумочку
— Ведь я хочу жениться на тебе…
— А я не собираюсь выходить за тебя замуж! — Она встала из-за стола. — Я хочу уйти отсюда, немедленно.
— Но…
— Немедленно, Найджел! — Плотно сжав губы, она яростно сверкнула глазами.
С еще более озадаченным видом, бросая на нее недоумевающие взгляды, Найджел расплатился по счету.
К тому времени, когда они вышли из ресторана, Лара успела уже почувствовать угрызения совести — никогда еще не приходилось ей быть такой жестокой с другими людьми. Найджел обиженно молчал, и ей хотелось сказать, что произошло какое-то недоразумение и что на самом деле она любит его, но… Как бы ни были жестоки произнесенные ею в тот вечер слова, в них была правда — она не хочет, чтобы Найджел любил ее, и не желает выходить за него замуж.
Она была настоящей змеей и хотела ужалить его побольнее — и знала, что добилась своего. Если начать сейчас извиняться перед ним и сказать, что она не хотела его обидеть, Найджел снова начнет изводить ее своей невыносимой собачьей преданностью. Вот почему, несмотря на обиду и недоумение в его страдальческих карих глазах, она не произнесла ни единого слова, пока они ехали к ее дому.
— Не надо ничего говорить, Найджел, — предупредила Лара, сверкнув глазами, и вышла из машины.
— Но…
— Все кончено, — сказала она коротко.
— Но…
Не дожидаясь, пока Найджел закончит фразу, она повернулась и стала открывать ключом дверь, не желая беспокоить никого из прислуги.
Кроме того, никого не хотелось сейчас видеть — то, как произошел разрыв с Найджелом, произвело на нее тягостное впечатление. Что означает выражение «милосердная жестокость»? Ей пришлось проявить жестокость — но была ли она милосердной? Вероятно, да. Найджел уже долгое время увивался вокруг нее, и она лишь две недели назад дала ему повод предполагать, что он ей не безразличен. Теперь лишь голая правда могла помочь освободиться от Найджела, и она хорошо это понимала.
Она совершенно забыла о том, что Джордан Синклер остался обедать с отцом, и вспомнила об этом лишь теперь, когда вошла в гостиную и увидела Джордана, удобно развалившегося на диване с рюмкой бренди в руке. Она остановилась на пороге комнаты, заметив, что шторы на окнах, выходивших на фасадную сторону дома, оставались незадернутыми. Интересно, видел ли он эту сцену?..
— Да, — произнес он негромко, когда ее напряженный взгляд остановился на его загорелом лице. — Я все видел. Что вы сделали с бедным парнем? Он был сам на себя не похож, — добавил он насмешливо.
Лара с недовольным видом отбросила назад через плечо волосы.
— А где мой отец?
— У себя в кабинете. Разговаривает по международному телефону, — неторопливо проговорил Джордан. — Вы не ответили — что же вы все-таки сделали с бедным Уэнтуортом?
Она решительно прошла дальше в комнату, и ее глаза вспыхнули.
— Не ответила, потому что это не ваше дело, — сказала она с раздражением.
— Не мое? — Его светлые брови поднялись.
— Нет, не ваше! — В своем возбуждении Лара подошла к буфетному бару, налила себе большую порцию джина и плеснула в нее немного тоника, частично пролив его себе на руки. Обернувшись, она увидела стоявшего рядом Джордана. Широко раскрыв глаза, она посмотрела на него снизу вверх, и ее ресницы затрепетали от волнения.
— Думаю, ваш отец не одобрил бы этого, — Джордан кивнул на стакан в ее руке. — Похоже, он беспокоится за вас.
Лара покраснела.
— Не вижу, почему мой отец должен беспокоится.
— Не видите? — усмехнулся он. Она сжала губы.
— Нет.
— Так, значит, Уэнтуорт вышел теперь из игры?
— Я не понимаю, почему…
— Так, значит, вышел? — настойчиво повторил Джордан.
Вспыхнув, ее протест моментально угас — она почувствовала в нем волю, более сильную, чем ее собственная.
— Я надеюсь на это, — сказала она твердо.
— А как насчет Бэзила?
— Он никогда и не участвовал в этой игре, — презрительно усмехнулась она.
— А Гари?
— Он тоже. Послушайте, мистер Синклер…
— Лара, ну это же смешно, — сказал он шутливо. — Вы сами знаете, что с момента нашей первой встречи вы никогда не называли меня про себя «мистером Синклером».
Почувствовав, что голос Джордана снизился до обворожительного шепота, Лара вопросительно посмотрела в его прищуренные глаза.
— Неужели я внезапно так постарела? — спросила она негромко.
Джордан с удовольствием рассмеялся.
— Можно сказать и так. — Он приветливо смотрел на ее ошеломленное лицо. — Я лишь хотел убедиться в том, что все ваши поклонники получили отставку. — Он вдруг совершенно протрезвел. — Я принадлежу к довольно необычной породе мужчин, которые предпочитают считать себя единственными в жизни женщины. Ваш отец разрешил мне пригласить вас пообедать завтра — вы согласны? — Он напряженно ждал ее ответа.
— Вы спросили об этом моего отца? — Она была изумлена. Джордан кивнул.
— Мне показалось, что он не вполне доверяет мне, когда речь идет о его единственном ребенке — вы ведь единственный ребенок в семье, не так ли? — Он прищурил глаза.
— Да. Но…
— И, слава Богу, что так. — Он сделал гримасу. — Двое таких, как вы, было бы чересчур!
Лара нахмурилась, пропустив мимо ушей его шутку.
— Подождите — давайте разберемся, — сказала она медленно. — Вы спросили отца, нельзя ли пригласить меня пообедать, и он вам разрешил?
— Совершенно верно, — усмехнулся Джордан. — Вас это удивляет?
— Чрезвычайно, — сказала она сдержанно.
— Мне кажется, ему понравилось, что я попросил у него разрешения.
— А почему вы это сделали? — Она испытующе смотрела на него.
— Вы что, не хотите пообедать со мной?
Она вспыхнула.
— Дело не в этом. Хотя я и не уверена, что хочу, — добавила она задумчиво. — Я просто не понимаю, почему отец согласился. Я была уверена, что вы стоите под первым номером в его списке опасных молодых людей.
— Вероятно, он изменил свое мнение.
— Так же, похоже, как и вы — обо мне, — проговорила Лара в задумчивости. — Если, конечно, вы, как и Бэзил, не наслушались всяких сплетен на мой счет. — Ее глаза сердито вспыхнули. — Я и не подозревала — пока Бэзил не рассказал мне, — в какой степени мужчины нуждаются в удовлетворении своего самолюбия. Вопреки тому, что Бэзил, да и вся эта публика думают обо мне, я не занимаюсь распутством. Если ваше приглашение объясняется лишь тем, что вы надеетесь уложить меня в постель, вы будете разочарованы, как и все эти предполагаемые любовники. — Последнюю фразу она произнесла с презрением.
