— У вас, наверное, ещё не было истории технологий.
— А мы, кстати, уже пришли, — прервала я их интеллектуальную беседу, в которой, под конец, перестала принимать активное участие. За очередной купой кустов открылся голый бок каменного массива, еле заметный, неактивный проход на нём и полого спускающаяся к воде узкая базальтовая площадка. Юкка замедлил шаг.
— Что-то случилось? — мне почему-то почудилось, что мальчик всё же на что-то напоролся голой пяткой в воде. В отличие от нас с Миком он был бос.
— Да нет. Просто как представлю, что меня там ждёт…
— А нечего было сбегать, — хмыкнул Мика без всякого сочувствия.
— Так кто же знал, что эта дверь так быстро «схлопнется»? Я думал, сбегаю быстренько, гляну, никто и не заметит. Мама, бывает, как заболтается, так за временем следить перестаёт.
Нам только и оставалось пожать плечами: ни ругать мальчишку, ни отмазывать его от наказания не входило в нашу задачу. Между тем, он, шмыгнув куда-то в сторону, достал из прибрежных зарослей пару сандалий, споро нацепил их на ноги и встал с нами рядом, демонстрируя свою готовность отправляться дальше.
— Детективы! — буркнул Мика и шагнул в открывшийся проход. Ну да, настоящие профессионалы наверняка бы заранее обшарили всё вокруг и уже обнаружили эту «улику». Так мы и не профессионалы, мы так, погулять вышли… о чём честно предупредили нашу «нанимательницу».
У выхода нас ждали. Причём не только госпожа Сойри, но и молодой мужчина, к которому Юкка немедленно кинулся на шею с воплем: «Папка!» и ещё несколько особей человеческой расы. Небось, всё земное представительство сюда прибыло. Присутствовал так же довольно молодой солеранин со знаками различия охранника правопорядка. Кстати, один из немногих встреченных на этой планете ящеров средних лет — большая часть населения Соля, представляет собой либо молодняк, либо старшее поколение. Для него я исполнила пантомиму под названием «спасибо, всё в порядке, дальше мы справимся сами»: поймала его взгляд, чётко склонила вперёд голову и взмахнула хвостом из стороны в сторону. Тот моментально испарился.
Вот не зря Юкка показался мне умницей и вообще весьма сообразительным и предприимчивым молодым человеком! Сумел сманеврировать так, чтобы всё время оказываться между нами и родителями и втянуть в разговор обе пары. В таких условиях, какой разнос? А к тому времени, как все лишние индивиды будут удалены из поля зрения, может и родители поостынут. И, разумеется, не обошлось без благодарностей в наш адрес:
— Я даже передать не могу как мы вам признательны… — начал было счастливый папаша.
— Да бросьте, — быстро перебил его Мика, не любивший славословий в свою честь, — стоило только обратиться к любому из местных жителей, и ваша проблема была бы решена, и даже быстрее, чем это получилось у нас.
Я удивилась, но вовремя прикусила себе язык, опасаясь ненароком не сболтнуть лишнее. И это мой Мика так легко и не задумываясь предлагает помощь инопланетника в поиске человеческого ребёнка? А где же его всегдашняя паранойя? Где-то что-то большое сдохло.
— А мы не обращались? — он обратился к своей жене.
— Понимаешь, я не хотела создавать лишних трудностей…
— Да, конечно, трудностей ты не создала, — сарказм в голосе Юккиного папаши можно было ложкой черпать. Или даже черпаком.
— Но ты же сам говорил это! — теперь она была возмущена. — Что мы не должны создавать неприятностей солеранам, а то нас, да и не только нас, любого провинившегося, выкинут с планеты.
— Я такое говорил? — он обратился к молодому человеку из собственного сопровождения.
— Говорили, — тот кивнул, подтверждая. — Собственно, об этом предупреждают всех прибывающих. Правда, речь идёт о серьёзных конфликтах между инопланетниками…
— И о том, чтобы не лезли в частные домовладения незваными, — не смогла я не влезть с уточнениями.
— А наш сын… — испуганно начала госпожа Сойри.
— А он как раз сделал всё как полагается, — твёрдо произнёс Мика, пряча ухмылку.
— Правда-правда, — вклинился Юкка, — я сначала разрешения у ребят спросил.
— А с вами, молодой человек, — произнёс его отец сурово, — мы ещё поговорим.
К счастью этот разговор произошёл без нас. Зато выяснение, что же недослышала и недопоняла супруга местного большого начальства, начавшееся сразу, по дороге к Земному Представительству, поглазеть на которое Мика выразил желание, происходило при всём честном народе. И оставалось только диву даваться насколько извращённо можно понять простые и ясные, на первый взгляд правила и инструкции. У меня даже затесалась мысль, что надо бы их ещё сильнее сократить, вплоть до коротких и лаконичных «не» (не ходить, не смотреть и проч.), без объяснений, почему нужно делать так, а не иначе. Обязательно ведь найдётся «гений» который истолкует всё по-своему, как это сделала одна знакомая нам госпожа.
— Дура, — припечатал Мика, после того как все земляне удалились, а мы развалились на ступеньках Представительства, предварительно обратившись к первому попавшемуся дракону с просьбой помочь связаться с Юн-Шу. — Как это только она смогла пройти тест на гражданство и не вылетела с Земли за патологическую тупость?
— Артистическая натура, — поправила я. — Пишет стихи или вышивает бисером.
— Поёт и играет на рояле и фоно, — со вздохом поправил, в очередной раз сбежавший из под родительского присмотра Юкка, которого мы не заметили, и приземлился на ступеньку выше. — Могу даже указать, где можно послушать.
Мы, конечно же, согласились и вообще постарались проявить максимум заинтересованности, раз уж не хватило ума оглядеться вокруг, прежде чем критиковать его мамашу. Нет, ну каков пацан! Ему так ловко удаётся появляться и исчезать совершенно незаметно для старших, что я начала подозревать, что не так уж госпожа Сойри и виновата.
А записи оказались очень даже неплохи. Видимо всё же родительница Юкки была не столько дурой, сколько натурой возвышенной до полного отрыва от реальности.
Утро, если судить по моим внутренним часам и хронометру в напульснике было поздним. Вчера мы настолько вымотались, что я даже не очень хорошо помню, как добрались до дома и отведённого нам лежбища. Да нет, на самом деле помню, конечно, как наши временные родители прибыли к земному представительству, поохали над нашими полудохлыми от усталости тушками и утащили к себе в пещеру, просто не очень отчётливо.
Однако время нынешнее можно считать утром только номинально, потому, что я только что проснулась, а на самом деле день уже в разгаре и нам скоро отправляться домой, а ещё столько неувиденного! Значит что? Значит, применяем самый радикальный способ быстро проснуться — сползаем с лежбища прямо в прохладную воду, где мириады крошечных пузырьков неспешно поднимаются к поверхности, щекоча лёгкими прикосновениями всё тело, и уходим в неё с головой. Потому как спросонья забыла, что драконьи бассейны рассчитаны на драконьи же размеры. Действительно, радикальный способ проснуться. А уж когда вокруг талии сомкнулись почти горячие, по контрасту с водой, ладони… вот тогда я чуть не попробовала завизжать под водой. И чисто в порядке мести ухватила-оттаскала провокатора за уши. Несильно. Можно даже сказать, нежно. Потому что ни разозлиться, ни обидеться не получится, когда горячее мокрое тело скользит под руками, а тёплые нежные губы путешествуют по шее. И тут уж дай Бог ловкости, чтобы не разрывая объятий и не сбиваясь с ритма выбраться на мелководье…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
