— Мы не профессиональные детективы и поэтому не можем взяться за эту работу, — при этих словах моего мужа дама ещё больше побледнела, хотя и раньше не отличалась особо здоровым загаром. — Максимум, чем мы можем вам помочь, это действительно, сходить и посмотреть. Но только уж, давайте договоримся, без всякой оплаты.
И мы опять поднялись на жалующиеся на усталость ноги (вот же, не удалось посидеть, расслабиться вволю в живописном уголке) и не спеша (а вы попробуйте резво побегать с плотно набитым брюхом) направились ближайшей станции городского общественного транспорта.
Признаться, Полис меня слегка разочаровал. Точнее, произвёл совсем не то впечатление, на которое я рассчитывала. В детстве, я столько раз пересматривала фильм «Новый Вавилон» из цикла «Величайшие города современности», так восхищалась смешение рас, культур и традиций, так хотела всё это увидеть воочию! А реальность оказалась очень похожа на Пересадочную Станцию, работе на которой было отдано несколько последних лет моей жизни: множество разнообразных инопланетников, спешащих каждый по своим делам. Привычная для нас с Миком картина. Разве что там они все перемещались транзитом, а здесь живут более-менее постоянно. И даже с учётом этого факта разницу можно было бы почувствовать, только задержавшись здесь на сколько-нибудь продолжительное время.
Зато архитектура была просто невероятно разнообразной. Каждое представительство на выделенном им участке (не слишком большом, надо сказать) стремилось представить свою родину как можно более ярким и запоминающимся образом. И проплывая по воздуху в прозрачном пузыре городской транспортной системы, я рассматривала эти строения и задавалась вопросом: действительно ли есть планеты, где кто-то живёт в таких нелепо-фантастических сооружениях или это всё неуёмная фантазия архитекторов-авангардистов?
По поводу предстоящего приключения я не беспокоилась: открыть проход, имея при себе «ключ от всех дверей», найти мальчишку, который если и не сидит возле внезапно закрывшейся за ним двери, то наверняка далеко не ушёл и вернуть его маме — не слишком серьёзная работа. Жаль только переговорить наедине с Миком и выяснить, что он сам об этом думает не получалось: наша новая знакомая, представившаяся как госпожа Сойри, не догадалась предоставить нам такую возможность, а просить её об этом было как-то невежливо. Но если на дверной маркировке будет знак предупреждающий об опасности, я немедленно обращусь к ближайшему взрослому дракону, наплевав на местную конспирологию — это я пообещала себе твёрдо.
В одном из ничем не выделяющихся мест (когда любое из них претендует на яркую индивидуальность, общий фон для восприятия оказывается на удивление ровным) наш шар резко пошёл вниз, вильнул, протискиваясь между зверски изогнутыми опорами конструкции непонятного назначения и истаял, оставив нас стоять возле входа в округлое строение, больше всего напомнившее мне цирк-шапито.
— Это случилось здесь? — спросил Мика.
— Внутри, — кивнула госпожа Сойри. — Здесь находится Аквариум с Тринити.
— Гм. Аквариум?
— Да, здесь расположено Тринитианское посольство.
— И тринитоги позволяют вот так просто обозревать свою жизнь? — усомнилась я, делая шаг вперёд, в манящий полумрак входа.
— Небольшой участок своей территории, — поправила она меня и в голосе женщины промелькнула тень превосходства старожила над новичком. — Что-то вроде небольшого садика перед домом. Но посмотреть на это всё равно интересно. Сюда даже солеране малышей на экскурсии водят.
Охотно их понимаю, сама бы с удовольствием проторчала с пару часиков перед алмазно-прозрачным, трёхметровым стеклом за которым открывалось окошко в иную реальность. Трёхмерно-подводную, яркую, праздничную и завораживающе-чуждую. Однако не получилось — нужная нам дверь обнаружилась в противоположной стенке. Мы с Миком застыли перед ней, рассматривая опознавательный знак.
— Ну, что же вы медлите?! — поторопила нас госпожа Сойри. Пухлые губы капризно изогнулись, но голубые глаза смотрели умоляюще. Отвлекаться на то, чтобы её успокоить я не стала, только демонстративно-раздражённо мотнула хвостом, чтобы дать понять, что мы уже занялись проблемой и нас не стоит отвлекать.
— Что за форма у этого знака? — тихо спросил Мика, напряжённо всматриваясь в левый верхний угол.
— Клякса, — я постаралась подобрать описание поточнее: — Аморфное что-то, очень похоже на изображение амёбы, какой её рисуют в детских книжках.
— А я уж думал, это у меня в глазах плывёт. Синее? Правильно? И что-то вроде схематического изображения рыбки в центре.
Я утвердительно кивнула:
— Похоже, этим проходом довольно часто пользуются, раз уж даже ты его смог разглядеть в подробностях. А куда он ведёт, у тебя есть данные?
— М-м-э, — он чуть прикусил нижнюю губу. — Очень приблизительно. Тут возможно несколько оттенков смысла в зависимости от длины и конфигурации ложноножек этой «амёбы». У меня получается сто-то вроде садка для отсадки мальков, или рыбного пруда, или места отдыха на берегу водоёма. Но это всё очень приблизительно.
— Рискнём? — я вопросительно посмотрела на мужа, нащупывая во внутреннем кармане подаренную Отшельником отмычку.
— Давай, — согласно склонил Мика ушастую голову. Видимо такой перевод не только у меня, но и у него тоже не вызвал тревоги. Одно лёгкое прикосновение к торцевому концу тонкой палочки, покрытой морозно-белыми узорами и интересующая нас дверь приобрела цвет и объём. Попросив Сойри подождать нас тут, мы шагнули за порог и тут же зажмурились от бьющего в глаза яркого яростного солнца — здесь был полдень. Откуда-то спереди послышался отчаянный плеск, но что там такое происходит, я понять не успела: глаза к свету привыкали быстро, но не настолько, чтобы различить, что же это такое улепётывает от нас. Да ещё эти солнечные блики, из-за которых располагавшийся в паре метров от нас обширный водоём выглядел скорее как море света, чем как нормальная вода.
— Драконий детский сад, вот что это такое, — Мика, как прикрыл глаза при шаге в этот солнечный полдень, так больше и не открывал их. Зато длинные заячьи уши были напряжённо выпрямлены, а самые их кончики чуть поворачивались из стороны в сторону. Понятно, опять решил тепловому зрению довериться. — Как думаешь, нам не накостыляют за то, что ввалились сюда без спроса? Как драконы относятся к своему потомству?
— Трепетно относятся. Но и мы сюда пришли не просто так, а за малолеткой своего вида, — я принялась оглядываться — в зоне видимости никакого человеческого мальчика не наблюдалось. Впрочем, размеры каменной площадки были невелики: пара метров в ширину да от силы пять в длину, а дальше, по обе стороны от нас и вдоль берега водоёма начинались низкорослые, но густые заросли кустарников с плотными, широкими, кожистыми листьями. Это означало, что мальчик может находиться всего в паре шагов от нас, а мы его даже не увидим. Что делать? А очень просто: покричать и позвать. Что я и сделала незамедлительно: — Эй, Юкка! Мы за тобой! Тебя мама ищет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
