до генерала, обожали фотографироваться на память. Уже в учебном лагере, быстро выяснилось, что Алёшка дружен с фотоаппаратом. Постепенно, ему всё меньше приходилось маршировать и бегать, и всё больше фотографировать. Постепенно, он стал важной фишкой для учебного лагеря. Любые приезжие начальники, и комиссии, подвергались безжалостному фотографированию. Уже к отъезду, их ждали комплекты фотографий, после вручения которых, учебный лагерь и его начальство, неизбежно получали высокие оценки. Это срабатывало даже более эффективно, чем самая, роскошно организованная пьянка.
Кроме того, лагерю, расположенному в живописном месте, принадлежали множество деревянных домиков, здесь же, в дивном по красоте лесу. По выходным, сюда приезжали отдыхать семьи и друзья командования дивизии, те же проверяющие, и просто нужные люди. А в будние дни, там вполне могли оттянуться, свободные от службы молодые офицеры, к которым из города приезжали жёны, и барышни. В одном из таких домиков, Алёшка оборудовал фотолабораторию. Туалет был на улице, а воду приходилось таскать из колодца. Конечно, он не мог обслужить всех, но слава о его талантах распространилась далеко за пределы лагеря. И когда после присяги, молодых солдат перевезли в казарму, Алёшку сразу вызвали в политотдел дивизии, и поручили довольно странное задание. Сделать какие-нибудь фотографии, которые понравятся в Москве, в Главном Политическом Управлении.
Дело оказалось в том, что кому-то из высокого московского начальства, пришла в голову идея, к юбилею войск организовать выставку и конкурс творчества военнослужащих. Звучит красиво. Но для выставки нужно что-то осязаемое. Алёшка не знал никого из офицеров, кто бы рисовал, или лепил скульптуры, или хотя бы вышивал крестиком. А каким творчеством, могли заниматься солдаты срочной службы? Разве что, лучше всех почистить сапоги. А возможности? Даже если его, Алёшку, освободят от всех занятий, у него тоже нет возможностей. Здесь в казарме, нет лаборатории, даже такой как в учебном лагере. Одно дело, фотографировать на память довольные физиономии, и совершенно другое, творить что-то для конкурса. Да и вообще, разве можно что-то сделать для конкурса, по заказу? Это же, невыполнимая задача.
– Товарищ полковник, для этого нужна аппаратура, лаборатория. Мне сказали, что здесь лаборатории нет.
– Надо? Построим! Но, чтобы на конкурс фотографии были, цветные, – буднично сказал начальник политотдела.
У Алёшки рот открылся, и не закрывался. Дата проведения конкурса, уже назначена. В части нет ничего, что связано с фотографией. Понимает ли полковник, о чём говорит? И при чём тут, цветная фотография? О таком, Алёшка никому даже не рассказывал. А фотографии, о чём должны быть? Типа – «Вот солдаты идут…»?
– Кругом, марш! Выполнять приказ! – полковнику явно не понравился вид охреневшего Алёшки. Он понял, что всё вероятно, не так просто.
На следующее утро, Алёшку снова вызвали в политотдел, вручили чей-то заряженный плёнкой фотоаппарат, усадили в машину, и повезли в соседний город. Оказалось, что там расположены склады невероятных размеров, на которых отоваривались все учреждения, и воинские подразделения системы МВД, западных округов. По дороге, старший лейтенант объяснил Алёшке суть приказа. Их было две: во-первых, зачем-то понадобилось сфотографировать в действии, БАТ – большой артиллеристский тягач, он же, огромный бульдозер весом 27 тонн. Во-вторых, на складе, Алёшка должен был присмотреть всё необходимое для фотолаборатории.
Прибыв на место, убедились, что управлять БАТом, никто не умеет. Но приказы нужно выполнять. Подрядился прапорщик, один из местных кладовщиков. Ему удалось завести мотор и выехать со стоянки. Продвигаясь среди складских бараков, это ревущее чудовище незаметно для себя, своим огромным задом, при повороте снесло угол склада вместе с крышей, до самого окна, которое так и болталось, повиснув на стреле БАТа, пока он двигался к полигону, где его должны были сфотографировать. Но там он заглох, и больше не заводился. Таким образом, первую часть приказа, успешно не выполнили.
Ещё два часа, Алёшка лазил по складу, поражаясь изобилию непонятных и странных вещей, в том числе запасов женского белья, явно не предназначенного для военных. Что касается фотографии, то там было очень много всяких приборов, о существовании которых Алёшка даже не подозревал. Скорее всего, они относились к криминалистике и аэрофотосъёмке. Там же, были невиданные до селе фотоматериалы и химикаты, которые безусловно, можно было использовать. Однако не было ничего, связанного с цветной фотографией. Таким образом, вторая часть приказа, тоже была не выполнена.
Через день, Алёшку снова вызвали в политотдел.
– Доложите, о ходе выполнения приказа.
Алёшка тупо смотрел в пол. «Пойди туда не знаю куда…». Чего он ко мне привязался?
– Отвечайте, когда Вас спрашивают! У меня нет времени в молчанку играть!
– Товарищ полковник, я считаю, что это невыполнимая задача, – будь что будет, закусил удила Алёшка и подумал про себя, что тупыми бывают не только старшины, но и полковники.
– Что значит, невыполнимая задача!? Вы, военный человек! Вы, где находитесь? Приказы надо выполнять! Вы же, специалист по невыполнимым задачам.
«Специалист по невыполнимым задачам», – так Алёшку назвали лишь однажды, в издательстве. При чём тут полковник? Случайное совпадение?
– Товарищ полковник, для этого нужны условия. Много чего нужно. Я даже не знаю, что можно сфотографировать такого, чтобы кого-то удивить в Москве. Наверное же, какая-то военная тематика нужна. Кого удивишь фотографией солдат на плацу?
– Ну вот, а говорите плана нет, – тон полковника сменился, – а что если мы Вас в командировку отправим?
– В командировку? – не понял Алёшка.
– В Брестскую Крепость. Там, в годы войны, героически сражался наш батальон. Как думаете, можно там что-то найти?
Алёшка, однажды был в Брестской Крепости, ещё в школе с классом ездили на экскурсию.
– Да, наверное, можно попробовать.
– Вот видите! А говорите, «невыполнимая задача». Всё можно выполнить, если подумать, – полковник был явно доволен собой.
– А где же оборудование, материалы, лаборатория?
– А как, Вы раньше справлялись?
– Я всё делал дома. У меня дома кладовка, то есть лаборатория своя.
– Ну вот, и прекрасно! Поедете домой, и сделаете.
– Домой?
– Ну да, домой. А что Вас смущает?
– Нет ничего, готов к выполнению приказа! – смотаться домой на несколько дней, покушать маминых блинчиков после лагеря и казармы, что может быть лучше, подумал про себя Алёшка.
– Хорошо, надеюсь, я в Вас не ошибся. Выполняйте «невыполнимую задачу». А Вы, старший лейтенант обеспечьте бойца всем необходимым, и следите, чтобы не было запоров. Если что, сразу докладывайте. Всё, все свободны, выполняйте!
Однако, у Алёшки вопросов было больше, чем ответов. Мысли путались. Куда бежать, и с чего начинать? Всё было странно, неожиданно и непредсказуемо. Для Алёшки, салаги, только что из учебного лагеря, где он даже ничему не успел научиться, любой ефрейтор был большим начальником. А тут, его раз за разом, вызывают в Политотдел дивизии, и в результате командируют…, домой. Неужели, всё это из-за того, что он в лагере обслуживал фотокарточками, жён дивизионных начальников?
– На тебя, бумага пришла, –
