придется быть не Лукьяном Тихомирычем, а просто Лу. А это Поли.
— Озябли совсем, облака сегодня великаны, всё солнце спрятали. Садитесь к костру. — Поли усадила ребят на скамейку и накрыла их шерстяным колючим пледом.
В сарае, недалеко от костра, что-то прогрохотало. Оттуда неожиданно для ребят вышел дедушка Барри. Он был усыпан опилками и нёс охапку дров.
— Это приспособление, которое накладывает дрова в руки, может и покалечить до смерти.
— А вы думаете, почему я второй раз не пошел, — с усмешкой сказал Лу.
— Дедушка, а ты что тут делаешь?
— Если ты где-то нужен, то обязательно там появишься. А без меня здесь, кажется, было не обойтись. Рассказать взрослым из огромного города о фабрике облаков — задача не из лёгких. Правда, Унка?
— Вы были на фабрике? — восхищенно спросила Унка родителей.
— Ещё как были! Касались облаков, листали книги по облаковедению. Твоя мама себя так щипала, что у неё чуть рука не отпала. — Лу сделал удивлённую гримасу, изображая Поли.
— Не преувеличивай! — она по-доброму пихнула мужа локтем в бок. — Пойду принесу чай с лимонным кексом.
— Знаешь, эта Варя Ким приготовила для нас немало любопытностей, — сказал Лу и подмигнул Унке.
Они до позднего вечера сидели у костра. Барри рассказывал, что язык облаков не нужно учить. Он в нашем сердце с первых месяцев жизни, когда мы лежим в коляске и смотрим в небо. Ункины родители начали припоминать Грейбург без паутины проводов над головой. В последнее время Унка каждый день смотрела на облака, но так и не слышала их. Но именно сейчас её это ничуть не расстраивало. Ей казалось, что она ещё никогда в жизни не была такой вот счастливой.
Перед сном она открыла тетрадь по облаковедению и написала:
Если сидеть у костра под колючим шерстяным пледом с другом, пить чай с ромашкой и есть лимонный кекс, то плед становится не таким уж и колючим.
Тайна тихого озера
Унка любила среду саму по себе, но сегодняшнюю среду любила ещё больше, чем обычную. Ведь в школе было пение, а после школы настоящее приключение. Но обо всём по порядку.
С утра Кит вышел из дома и сразу заметил, что небо пахнет приключениями. На самом деле довольно странно, что за три дня он совсем ничего не натворил. Не копал двухметровых окопов в мамином огороде, не устроил боулинг зимними колесами папы, что без дела стоят в гараже. Он, конечно, на днях сшил парашют, но до тестирования так и не дошло. Мама забрала его стирать, решив, что это просто грязные простыни. В общем, сегодня с утра Кит решил, что день для приключений очень даже подходящий. Осталось вытерпеть пение. Пение он не любил и считал, что медведь не только наступил ему на ухо, но и решил станцевать.
Кит встретил Унку уже в классе. Ему показалось, что она прямо светится от счастья. Так и было. Уна очень любила петь. Деда Тихон говорил, что это у неё в бабушку Тому. Иногда деда доставал свою гитару и пел с Ункой, сидя на веранде, как когда-то в молодости с бабушкой Томой.
Не успел Кит рассказать Уне про свои планы, как в класс вошла Софья. Софья была молодой стройной девушкой с потрясающим голосом и, кажется, с тысячей разных платьев. Сегодняшнее платье было усыпано спелой вишней.
— Доброе утро! Я бы хотела вспомнить с вами наши любимые песни, а затем начать разучивать новую. — Она села за фортепиано и начала играть знакомую ребятам мелодию. Песню «Мечтатели» знал каждый ребёнок Клаудинга. Класс пел её хором, как будто специально для Унки. Она была единственным слушателем.
1 куплет
Мечтатели, люблю вас всей душой.
Вы мне порою ближе всех на свете.
Вы звёзды собираете рукой
И рассыпайте их в квартире, на паркете.
Вам улыбнётся слон из облаков,
Луна прошепчет песни с листопадом.
А солнце, с нежностью обняв,
Пообещает: «Буду всегда рядом».
Припев
Взлетай, стремись к своим мечтам,
Мечтай и верь, всё сможешь сам.
Свети, почувствуй свой рассвет.
Давай, другого шанса нет.
2 куплет
Квартиры словно замки, а мамы — феи,
И через много лет, сквозь кавардак,
Мечтайте, сидя в карусели,
Что вдруг летите вверх! Не просто так,
А к звёздам поднимаетесь всё выше
И в темноте, подняв уголки губ,
Вы улыбнётесь сладко, как все дети,
И вам спокойной ночи пожелают
Рассыпанные звёзды на паркете.
Ребята пели эту песню сотню раз. Она жила в их сердцах как гимн облакам и детству. Киту она нравилась (если самому петь не нужно). Время для него длилось бесконечно. Он даже пожалел, что закопал наручные часы Унки, так бы он точно знал, сколько осталось до приключений. Раздался долгожданный звонок. Софья вышла из класса, а Киту показалось, что от её платья пахло вишней. К Унке подошла Таша.
— Это тебе, — она протянула текст песенки, написанный аккуратным мелким почерком. — Я подумала, когда выучишь, сможешь спрятать в сундучок с воспоминаниями.
Уна сияла от счастья ещё больше, чем до начала урока.
— Спасибо. Спасибо большое.
— Унка, ты идёшь?! — крикнул Кит, который не мог ждать больше ни секунды.
Уна наспех сложила вещи в рюкзак и выбежала из класса.
Во дворе школы ребят встретил маленький облачный цирк. Он проплывал по небу и, кажется, готовился к выступлению. Слоны, собаки и обезьяны бегали по небу с довольными мордочками. Клоун проезжал на одноколёсном велосипеде и махал школьникам.
— А где вы сегодня выступаете? — крикнул Кит, на этот раз забыв, что Унка может расстроиться.
— В Катоме. Это к югу от вас. Пять часов лёту, — отвечал клоун.
Унка посмотрела на небо:
— Что говорят?
— Выступают в городе чуть южнее, — Кит засмущался. — Всё ещё не слышишь?
— Мама говорит, что я обязательно услышу. Нужно только подождать. А мамы, они…
— Они не обманывают, — подхватил Кит, — я знаю.
Унка улыбнулась. Значит, во всех городах мамы одинаковые.
— Я вчера долго думал: раз у нас появился общий секрет, то почему секретов не может стать два?
— Или три, — предположила Унка. Она подумала рассказать Киту о том, что ключ, который она нашла у себя в комнате, подходит к запертому чердаку Вари Ким. Но войти туда одной ей ужасно страшно.
— По мне, так секретов много не бывает, — подытожил Кит.
Ребята направились в сторону леса, а проходя мимо Ункиного дома, прикрылись охапкой лопухов, чтобы остаться незамеченными.
— По-моему, проходящие мимо дети выглядят намного естественней,
