заняло не менее трехсот лет, скорее пятьсот.
Он казался почти довольным, что решил это для себя, и Верикан сердито посмотрел на него.
— Это не просто интересная головоломка, Аскелон! Все, кого мы знаем, мертвы.
— Не совсем, сир. Нет, не совсем так. — Ученый размял пальцы. — Прежде чем я присоединился к вам во сне, я сделал все возможное, чтобы обезопасить остальных драконов. Я сожалею, что не смог спасти многих, но ваша королевская гвардия внизу, в глубоких покоях.
Мордрак перестал расхаживать и развернулся, чтобы посмотреть на ученого.
— Хочешь сказать, что нас все еще сотни?
— Именно. Хотя, увы, я не смог обеспечить их так же хорошо, как нас. Не было больше никаких капсул, и у меня было мало времени, чтобы работать. — Аскелон грустно покачал головой. — Разбудить их будет сложнее.
В его голосе был намек на сомнение, необычное для него. Верикан сузил глаза.
— Что это означает?
Аскелон не ответил. Подойдя к отверстию в одном конце лаборатории, он жестом указал остальным следовать за ним. С балкона он смотрел на большой склад, вырезанный из скалы ниже. Любопытный, Верикан посмотрел через край и ахнул от увиденного.
Густой туман наполнил пространство, достигнув почти балкона. Под ним он мог разглядеть формы своей королевской гвардии, лежащей на полу в кучах. Некоторые были в гуманоидной форме, некоторые были в форме дракона, готового к войне. Все были совершенно неподвижны, словно мертвые.
— Мне пришлось хранить их всех вместе, сир, — сказал Аскелон. — А система такова… импровизированная. Мне нужно время, чтобы безопасно разбудить их, и даже тогда я думаю, что маловероятно, что все они пережили века. Моей целью было сохранить нам жизнь максимум на несколько лет.
Мордрак зарычал. Несмотря на то, что они поклялись служить Верикану, стража была его людьми, и он всегда по праву гордился ими. Младшие сыновья императорской знати не легко шли на контакт, и Верикан всегда был впечатлен тем, насколько хорошо капитан заставил их работать в команде.
Подняв руку предупреждение Мордраку, он кивнул Аскелон.
— Твоя технология работала намного лучше, чем мы могли надеяться, и я рад слышать, что остальные, возможно, выжили. Это намного лучше, чем то, чего я боялся. Я думал, что мы втроем остались одни.
— Мы должны быстро оживить их, — настаивал Мордрак, дрожа от подавленной ярости. — Это должно быть нашим главным приоритетом. С этими силами в нашем распоряжении, мы можем нанести удар по родному миру людей.
— Подожди, — Верикан сказал, покачивая головой. — Что вы предлагаете, капитан?
— Возможно, мы последний форпост империи драконов, сэр. Возможно, даже последние из нашего рода. Мы не можем допустить, чтобы это стало для нас концом, а это значит, что мы не можем допустить существования угрозы нашему виду. Захватите эту «землю» и заставьте людей работать, и мы сможем восстановить империю ваших предков.
Верикан зажмурился, появилась сухость во рту, пока он размышлял об этом. Мордрак предлагал войну с несколькими сотнями драконов против целой планеты людей-выиграть или проиграть, он не мог сомневаться, что потери будут ужасающими. Люди были слабы по сравнению с ними, конечно. Хрупкие. Но даже столетия назад, они были достаточно храбры, чтобы столкнуться с драконом с мечом и щитом. Он был уверен, что они не сдадутся легко.
— Мы не можем рисковать войной, когда мы все, что осталось от нас, — сказал он. — И в этом не было бы чести, не тогда, когда мы обязаны одной из них за спасение наших жизней. Если бы человеческая самка не нашла нас и не разбудила, мы бы спали до тех пор, пока стручки подвески не рухнули, и мы все умерли.
Мордрак и Аскелон переглянулись, и Верикан понял, что ему чего-то не хватает.
— Сэр, у нас может не быть выбора, — сказал Аскелон после паузы. Его почтительный тон звучал вынужденно, и Верикан ощетинился, но все равно слушал. Он не мог позволить себе, чтобы его гнев заставил его что-то пропустить, не тогда, когда вес империи лежал на его плечах.
Ученый повернулся к стене и жестикулировал, вызывая голографический дисплей охранных войск.
— Это выжившие, если все прошло хорошо. Они храбрые солдаты, воины лучших имперских кровей, и это делает их агрессивными и амбициозными. У них есть определенные черты, сэр: каждый из них молод, силен и смел.
Верикан кивнул, хмурясь. Ничто из этого не было новостью, хотя это послужило напоминанием о том, что держать их вместе будет трудно, вероятно даже невозможно. Каждый из них служил во славу своего благородного дома, и это не сработало, когда их дома ушли и были забыты. Затем что-то щелкнуло в его голове, и он понял, к чему велАскелон.
— Они все мужчины, не так ли?
— Да, сир. — Аскелон почувствовал облегчение, что сам все уладил, хотя Мордрак раздраженно зарычал. — Среди них нет ни одной женщины. И все они имеют брачный возраст. Они будут искать пары.
Обычно служба в королевской гвардии устраиваласостязание — это был один из способов императорской службы подобрать пару для молодого дворянина. Теперь, однако, каждый из них будет в отчаянии.
— К счастью для нас, люди— это вид, с которым мы можем спариваться, — сказал Мордрак. — Мы должны захватить как можно больше их самок, чтобы продолжить вид. Если мы этого не сделаем, рискуем потерять контроль над охраной, как только они узнают о нашем бедственном положении. Они будут искать себе пару.
Ревущий звук заполнил уши Верикан, пока он продумывал последствия. С одной стороны, он не мог быть лидером, который руководил остатками своего вида. С другой стороны, захват человеческих женщин было преступлением, за которое он не хотел нести ответственность.
— Как скоро ты сможешь их разбудить? — Спросил он, затягивая время, чтобы подумать.
— Я не знаю наверняка, — признался Аскелон. — Системы разложились достаточно сильно, будут необходимы некоторые ремонтные работы, чтобы убедиться, что наибольшее количество переживет процесс. Думаю, нескольких дней будет достаточно.
Верикан решительно кивнул.
— Тогда сделай ремонт. Но воздержись от пробуждения, пока я не буду уверен в нашем следующем курсе действий.
Ему не понравились взгляды, которыми обменялись двое других, и он бросил на них взгляд.
