Потом мужчина в черной шляпе снова настороженно огляделся. В его направлении двигался только один прохожий: легко и бесшумно ступающий азиат. Послышался тонкий скрип открываемой двери. Человек повернулся и шагнул за порог, пошарив по стене левой рукой, нашел кнопку и нажал ее. Дверь за ним закрылась. Подождав еще несколько мгновений, вошедший нашарил в темноте выключатель — и яркий свет залил узкий коридор, в котором он находился сейчас. В противоположном конце коридора была закрытая дверь со звонком. Человек в черной шляпе нажал на кнопку звонка семь раз — очень медленно…
2
Не успел помощник инспектора Грегори достичь конца квартала, как навстречу ему из-за пелены тумана и дождя выступил высокий худой человек в форме капитана армии Спасения, седоусый и в очках. Полицейский собирался пройти мимо, поскольку присутствие представителя армии Спасения в таких районах и в такое ненастье было явлением довольно обычным, однако высокий капитан решительно преградил ему путь и произнес:
— Извините за беспокойство, но мне кажется, вы — офицер полиции.
Грегори смерил незнакомца взглядом и кивнул.
— Совершенно верно. Чем могу быть полезен?
— Я разыскиваю провинившегося солдата, своевольного брата, впавшего в грех. Я видел его не более пяти минут назад, но отстал от него на углу Пэл-стрит. Он направлялся в эту сторону и, возможно, проходил мимо вас.
— Как он выглядит?
— Невысокого роста, в сером плаще и мягкой черной шляпе. У нас нет намерения наказывать его за проступок, но мой долг — догнать и вернуть его.
— Он прошел мимо меня минуты две назад, — резко ответил Грегори. — В чем заключается его проступок?
— Растрата общественных денег. Но спасти можно любую заблудшую душу!
В этом резком мрачном голосе звучали странные нотки экзальтации, которые инспектор Грегори слышал довольно часто и прежде, но никогда не мог с уверенностью определить, свидетельствуют ли они об истинной набожности или нет.
— Я пойду с вами, — коротко сказал он. — Я знаю, куда он завернул, и знаю всех жителей на той улице. Нам лучше поторопиться!
Они повернулись, поспешили назад и скоро подошли к расположенному в угловом здании квартала ресторану By Кинга, в который Грегори заходил совсем недавно. Они завернули за угол и на время оказались защищенными от порывов ледяного ветра.
— Он мог пойти к By Кингу, — сказал Грегори. Двое мужчин стояли на пустынной темной улице, где лишь из двух-трех окон на мокрый тротуар лился яркий свет. — Подождите здесь, я проверю.
Он толкнул дверь ресторана, и в ноздри его спутника ударил характерный острый запах, присущий любому китайскому кварталу в мире. Через полминуты полицейский вышел из двери и доложил:
— У By его не было. Очевидно, он зашел в следующее заведение — иначе зачем еще он направлялся сюда? Разве что просто прогуливался. Вам известно, есть ли у этого человека какие-нибудь знакомые среди азиатов?
— Вероятно, много. — В резком голосе послышалась печаль. — Он служил в отделе, занимающемся делами Китайского квартала. Я вам очень обязан, но не смею больше утруждать вас. Хочу попросить лишь об одном одолжении: задержите означенного человека, если случайно встретите его.
Грегори кивнул и сказал:
— Все в порядке. Надеюсь, вы найдете беглеца.
Капитан армии Спасения двинулся вдоль по улице, мрачно рассматривая закрытые двери лавок слева и справа от себя — словно запоминая имена владельцев на вывесках, номера домов и китайские иероглифы. В конце квартала он снова повернул направо и, пройдя значительное расстояние, оказался наконец у станции наземной железной дороги…
Представители армии Спасения со всей страны собрались в ту неделю в Нью-Йорке, и группа младших офицеров обосновалась в отеле «Регал-Атениэн». Поэтому никто не удивился, когда в просторный мраморный вестибюль роскошной гостиницы вошел мрачный высокий капитан. Он шагнул в лифт и угрюмо бросил лифтеру:
— Тридцать третий.
Однако, выйдя на тридцать третьем этаже, где проживали два депутата из соседнего штата, капитан не стал заходить в их номер, но открыл дверь в конце длинного, устланного ковровой дорожкой коридора и начал подниматься по лестнице. Никого не встретив по пути, он достиг сорокового этажа и осторожно выглянул в другой пустынный коридор…
Марк Хэпберн беспокойно расхаживал по комнатам апартаментов, расположенных на верхнем этаже небоскреба. Он то смотрел в окно на залитый дождем город внизу, то прислушивался к гудению лифта, то обменивался взглядом со столь же взволнованным Феем, слугой Найланда Смита. Тот тоже нервно ходил взад-вперед по номеру — и вдруг резко остановился в маленькой прихожей, заслышав быстрые шаги в коридоре.
Мгновение спустя дверь открылась, и в гостиной появился хмурый капитан армии Спасения.
— Слава Богу! Сэр Дэниз, — сказал Хэпберн как можно более спокойно. — Я уже начал волноваться.
Капитан снял фуражку, очки, осторожно отклеил седые усы — и превратился в Найланда Смита.
— Спасибо, Хэпберн, — отрывисто бросил он. — Извините, что заставил вас нервничать. Но я оказался прав.
— Что?!
В гостиной бесшумно появился Фей — его бесстрастное лицо походило на маску.
— Виски с содовой, сэр? — спросил он.
— Спасибо, Фей. Чистое виски.
Торжествующий огонек плясал в ледяных глазах Смита.
— Похоже, у вас есть какие-то новости, — предположил Хэпберн.
— Есть! — Найланд Смит извлек из кармана форменного мундира трубку и кисет. — Моя догадка оказалась верной. Всего лишь догадка — и не более. Но я прав. Можете представить, кого я видел в Китайском квартале сегодня вечером?
— Неужели…
— Нет. Мне не настолько повезло. Но когда я сворачивал с Мотт-стрит, то натолкнулся на нашего друга Джеймса Рише, секретаря аббата Донегаля!
— Рише?
— Именно. Мне сопутствовала удача. Правда, потом она внезапно отвернулась от меня. Совершенно невероятно, Хэпберн, но ко мне вдруг подошел настоящий офицер армии Спасения! После короткого разговора он приказал мне предъявить удостоверение личности, и мне пришлось повиноваться. — Найланд Смит отвернул воротник мундира и показал золотой значок федерального агента. — Топорная работа, Хэпберн. Но что я мог поделать? Тем временем Рише скрылся. Я бросился за ним и, завернув за угол, столкнулся с полицейским офицером. Он видел Рише и помог мне, чем смог. Я запомнил все двери, куда мог зайти секретарь аббата. Но одно совершенно ясно, Хэпберн: штаб доктора Фу Манчи располагается в Китайском квартале!
ГЛАВА IX
СЕМИГЛАЗАЯ БОГИНЯ
Джеймс Рише, известный в своей организации как номер Тридцать Восемь, вошел в дверь — пятую по счету — и понял, что находится сейчас ниже уровня моря. Дверь немедленно закрылась за ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
