СЕМИГЛАЗАЯ БОГИНЯ
Джеймс Рише, известный в своей организации как номер Тридцать Восемь, вошел в дверь — пятую по счету — и понял, что находится сейчас ниже уровня моря. Дверь немедленно закрылась за ним.
Рише оказался в просторном помещении с каменными стенами. Фонарь под шелковым абажуром свисал с маленькой консоли. Прямо напротив себя вошедший увидел занавешенный портьерой проем в виде арки. Над металлическим карнизом тускло мерцал полукруг света. Пахло здесь, как в китайском храме. В пустом зале стоял один диван с узкими подушками, на котором, скрестив ноги, сидел очень старый китаец в легком широком одеянии, подобном пелене голубого дыма. Он подался вперед и оперся о колени когтистыми руками с набухшими узловатыми венами. Китаец был бесконечно древним на вид: густая сеть морщин покрывала его лицо, и глаза казались простыми узкими щелочками в желтой коже. Он походил на статую из золота и слоновой кости, вырезанную насмешливой рукой китайского мастера.
Неуловимое движение склоненной головы подсказало Рише, что старик смотрит на него. Он отвернул левый лацкан пальто и показал маленький блестящий значок, несколько напоминающий фишки в игорных домах Монте-Карло.
— Джеймс Рише, — сказал молодой человек.
Одна когтистая рука протянулась к стене за спиной старика, и где-то в отдалении раздался приглушенный звон. Кривой узловатый палец указал на задернутую портьерой арку. Джеймс Рише пересек приемную, отодвинул легкую портьеру и шагнул за нее.
На улице моросил холодный дождь, но влага, которую молодой человек вытер со лба, не имела к ненастью никакого отношения. Он снял шляпу и огляделся по сторонам. Теперь Рише оказался в прямоугольном зале, тоже с каменными стенами и устланным коврами полированным каменным полом. В зале было семь дверных проемов: по два в правой, левой и торцевой стене и один — за спиной вошедшего. Над каждым проемом на железной скобе висел фонарь под шелковым абажуром цвета янтаря. Все арки были занавешены шторами семи разных цветов. Вдоль стен стояли мягкие диваны.
В центре пустого зала возвышался огромный пьедестал из черного гранита; на нем стояла гротескная статуя, достойная резца суперсовременного художника: богиня с семью зелеными глазами, каждый из которых был обращен к одному из семи входов. Здесь чувствовался все тот же затхлый запах курений — несколько отличный, однако, от самых характерных запахов Китайского квартала. В зале царила тишина, мертвая тишина. В противоположность бушующему на улице ненастью здесь было жарко, как в тропиках. Никто не появлялся.
Рише тревожно осмотрелся по сторонам. Затем — словно близость мумиеподобного китайца в приемной за портьерой придала ему смелости — он сел справа от арки, через которую только что вошел, и положил шляпу на подушку рядом с собой.
Молодой человек попытался сосредоточиться. Это место представлялось ему чудом хитрости — китайской хитрости и коварства. Сюда можно было проникнуть с улицы через потайную дверь (обнаружить которую представлялось делом весьма трудным), а вторая замаскированная дверь давала доступ в просторное помещение. Рише понимал: любая полицейская облава именно там и кончится. Однако он миновал еще три двери (вероятно, стальные) и три пролета ведущих вниз каменных ступеней, прежде чем достиг храма семиглазой богини. И двери эти кто-то открывал перед ним изнутри по мере его движения.
Ни звука не доносилось из приемной. Рише слегка переменил позу. Казалось, зеленый глаз наблюдает за ним. Но избежать взгляда одного из семи зеленых глаз здесь не представлялось возможным. Прекрасно видимый из любой точки зала гротескный идол обнаруживал какое-то странное сходство с женщиной, являл собой безобразную жуткую пародию на женское начало…
Джеймс Рише был квалифицированным адвокатом, несколько лет проработавшим в Лос-Анджелесе. Происхождение молодого человека (его бабушка по материнской линии была из канаков) явилось препятствием для успешной карьеры. Возможно, именно оно и сыграло главную роль в выборе Рише более короткого и легкого пути к богатству. Он стал адвокатом одного из крупных контрабандистов спиртным — и скоро знал как свои пять пальцев уголовный мир Чикаго и Нью-Йорка…
Тишина этого странного каменного подвала угнетала молодого человека — и он старался не смотреть на зловещую фигуру на черном пьедестале…
Бывшие его хозяева один за другим разбили свои корабли о скалы новой администрации. Затем новым приливом Рише снесло с мели — как раз в тот момент, когда он начал серьезно опасаться внимания со стороны ФБР. Некто неизвестный взял в свои руки управление распавшейся группировкой, к которой принадлежал Рише. Ему нашли высокооплачиваемую работу в качестве адвоката и секретаря аббата Донегаля и ввели в курс новых обязанностей. Но, несмотря на всю свою хитрость (а молодой человек был скорее хитер, нежели умен), он до сих пор не уяснил себе политические цели личности или личностей, державших под своей властью весь уголовный мир США от побережья до побережья.
О бывших своих компаньонах он ничего не слышал за время работы у аббата Донегаля в Башне Тернового Венца. Копии с корреспонденции аббата и тексты его проповедей и лекций он отсылал на некий нью-йоркский адрес.
Связь с настоящим своим хозяином Рише поддерживал через Лолу Дюма. Последние приказы, выполнение которых ознаменовалось обмороком аббата во время радиопередачи, тоже передала ему Лола… это соблазнительное создание с нежными изгибами тела, кожей кремового цвета, иссиня-черными волосами, мрачными миндалевидными глазами (глубокими темными озерами, в которых тонули человеческие души) и надменным, презрительным ртом… Лола!
Лола! Она влекла, манила и постоянно ускользала. Будь они заодно — все было бы им по силам! Девушка знала многое из того, что жаждал узнать Рише. Но ему удалось выяснить у нее единственное: они входят в состав организации, находящейся под началом Комитета Семи…
Ну и жара же здесь! Комитет Семи! У этого исчадия ада на пьедестале тоже семь глаз!
Время от времени Лола без предупреждения появлялась в ближайшем городе, поселялась в лучшем номере лучшего отеля и вызывала Рише на встречу. Именно Лола Дюма вручила ему значок в первый же день работы. Тогда он улыбнулся. Позже он улыбаться перестал. До самого побега из Тернового Венца он так и не сумел узнать, сколько же агентов «Семи» работало у аббата. Молодой человек поддерживал связь только с двумя: с миссис Эдер и ночным сторожем.
Теперь, двигаясь шаг за шагом в согласии с полученной накануне роковой радиопередачи инструкцией, озаглавленной «На случай провала», Джеймс Рише прибыл в Нью-Йорк и оказался наконец в штаб-квартире своего таинственного хозяина!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
