всё же…
— Позвольте вопрос, — продолжил Ксандер. — Что вы здесь делаете ночью одна? И как называется танец, который вы репетируете под луной? Это так таинственно. Можно ли назвать это ритуалом?
Голос его звучал вкрадчиво, и я сразу смекнула: похоже, меня действительно подозревают в ведьмовстве. Так-так, что же ему ответить?
— Это ушу, — ответила я просто. — Искусство для укрепления тела. Советую вам. Очень помогает в жизни. Его даже с молитвой можно сочетать.
— Да вы что! — удивился преподобный притворно, скрестив руки на груди и уставившись на меня с улыбкой. — Вы просто кладезь секретов и удивительных явлений! Вы не будете против, если я понаблюдаю за вами немного?
— Вообще-то против, — ответила я. — Но если вы присоединитесь ко мне, тогда, возможно, я расскажу и покажу больше.
— Присоединиться? — удивился молодой человек. — А мой сан здесь не помеха?
— Нет, ну что вы! — повторила я. — Это просто упражнение для тела. Им может заниматься любой.
— Ну что ж, — проговорил священник с удовлетворением в голосе. — Тогда я с удовольствием. Покажите мне, что вы делаете и для чего.
Я хмыкнула. Настоящий достойный противник. Он хочет подловить меня, обнаружить, что я творю колдовство. А я хочу вовлечь его и доказать, что он просто невежда.
Но при этом всём глаза Ксандра светились любопытством. Похоже, кое-кому в этом мире просто-напросто скучно.
Глава 10. Странный список…
— Станьте вот так, ваше преподобие… — аккуратным движением я поправила позу священнослужителя: подтянула его руку немного вперед, а нажимом ноги отодвинула его стопу назад. — Вот теперь правильно…
Правда, молодой человек немного перекосился, угрожая шмякнуться на землю, поэтому мне пришлось поспешно прикоснуться к нему, поддержать за талию и вернуть в нужное положение. Так я поступала на тренировках с подростками, когда подрабатывала помощником сенсея.
Однако от моего прикосновения священник вздрогнул, а я почувствовала неожиданно накатившее смущение. Возможно, ему, как духовному лицу, не позволено, чтобы женщины его касались, а я тут лезу. Впрочем, он сам напросился. Пусть, пожалуй, терпит…
Отошла в сторону и на своем примере показала несколько движений, в которых были задействованы и руки, и ноги. Они требовали умелого балансирования на одной ноге. Священник удивил: он повторил за мной всё это с неожиданной ловкостью. Я усложнила задачу, продемонстрировав более витиеватые движения. Хотя он выполнял их несколько неуклюже, все-таки смог отзеркалить почти в точности.
— У вас талант, — заметила я. — Вам бы воином быть, а не священником…
Преподобный Ксандер расплылся в улыбке.
— Судьба каждого прописана на небесах. Я на своем месте, поверьте…
— Ваше право, — ответила я, возвращая ему улыбку.
Наше общение казалось весьма дружелюбным, но я не обольщалась. Прекрасно понимала, что меня внимательно изучают, поэтому старалась выглядеть максимально беспечно и расслабленно. Я играла роль простодушной дурочки, искренне не понимающей, что за ней пристально и с умыслом следят.
После того, как показала преподобному еще пару движений, решила закончить занятие.
— Думаю, на сегодня хватит, — сказала с видом учителя. — А до рассвета можно еще и поспать.
— Да, вполне, — согласился Ксандер и напоследок окинул меня странным взглядом. Только сейчас я поняла, что одета-то в местную пижаму. Наверное, появляться в таком виде перед чужими мужчинами считалось крайне неприличным, но… плевать я хотела на местные приличия, вот честно. Если всякий раз оглядываться на то, что о тебе подумают люди, то можно себе и голову открутить…
— Спасибо за бесценные уроки, — польстил преподобный, изящно поклонившись. Лихая челка упала ему на лицо, придав озорного вида.
Я не могла не отметить, каким ладным и умным был этот молодой священник. Понятное дело, что на меня воздействовала его тщательно взращённая харизма, и врагом моим он, вероятно, являлся до сих пор, но… редко встретишь такого интересного мужчину. Впрочем, я точно не о том думаю…
Попрощавшись, вернулась в свою комнату, не привлекая внимания, и заперлась. Переоделась, протерла тело тряпкой, смоченной в воде из кувшина, и улеглась в кровать. После напряженного занятия сон пришел почти сразу: ушу — это лучшее снотворное на свете. Последнее, о чем я подумала, было сожаление, что такой человек, как преподобный, не встретился мне в более комфортных условиях и без всякого духовного сана. С ним, по крайней мере, было бы интересно общаться.
…Проснулась от громкого колокольного звона. Вскочила и попыталась продрать глаза. Что это? Тревога?
Но нет…
Выглянув в окно, заметила, что внизу собираются жители поместья, направляясь к зданию, теряющемуся за хозяйственными постройками. Ах да, преподобный Ксандер упоминал об открытии нового прихода. Неужели уже началась первая служба?
Мне стало любопытно. Пожалуй, стоит пойти и посмотреть, раз уж я здесь. Должна же я интересоваться всем новым, особенно учитывая, что религия здесь опасна и непримирима.
Быстро натянула платье, уже научившись разбираться с завязками и застежками в считанные минуты. Волосы собрала в высокую прическу, заколов булавками, что заняло около десяти минут из-за их количества. В отражении зеркала увидела довольно эффектную молодую женщину. Приталенное платье выгодно подчеркивало бюст, очерчивая идеальный силуэт. Иногда забываю, что в этом мире я просто сногсшибательная красотка…
* * *
Служба оказалась предсказуемой.
Толпа испуганно таращилась на алтарь, представляющий собой нагромождение статуэток и книг, лежащих на столах. На стенах висели картины с незнакомыми сценами, а под потолком мигали магические светильники.
Преподобный Ксандер, сменивший черную рясу на белую, стоял у алтаря. Его светло-русые волосы свободно лежали по плечам, лицо казалось прекрасным и одухотворенным. Он начал говорить о необходимости послушания богам.
О, значит, здесь не один бог! — удивилась я, когда он назвал несколько имен божеств и начал цитировать труды местных святых. Это быстро наскучило.
Но неожиданно он начал петь, и я замерла от изумления. Какой чистый голос! Какое потрясающее исполнение! Это была настоящая красота.
Я была поражена. Все присутствующие также затихли, погрузившись в благоговейное состояние. Скучный религиозный обряд превратился в яркое действо. Преподобный был, несомненно, талантлив, но насколько он искренен в своей вере? Или это просто работа?
Кстати, мужа своего на службе я так и не увидела, и Дарена тем более. Честно говоря, не представляла ни того, ни другого за слушанием духовных текстов. Их, кощунников, точно стошнило бы…
Но что же заставило Генри открыть в поместье приход? Неужели мое присутствие? Хотел попытаться изгнать ведьму? Боюсь, эту «ведьму» лики святых не возьмут: уж слишком набожная получилась…
Я хихикнула в кулак, чем привлекла лишнее внимание окружающих.
Хотя кто сказал, что открытие прихода — это приказ муженька? Возможно, Ксандер сам решил переехать сюда, чтобы наблюдать за
