а людей вообще — в членов разнообразных каст, кланов и сообществ. Таким образом, яджня порождает иерархию. Поэтому Ригведа называет яджню истоком всей деятельности человека. Она сравнивает общество с человеческим организмом, или пурушей. Расчленение пуруши соответствует учреждению иерархий и дифференциации людей по классам.
На голове у Шивы мы видим луну на последней стадии убывания
При помощи Дакши Брахма одомашнивает природу и создает культуру. В награду за то, что мы позволяем себя приручить, яджня гарантирует нам изобилие и безопасность, а также обещает избавление от страха.
Но кому обещано это избавление от страха? Дакша является праджапати, господином над людьми. Он — не пашупати, не господин над животными инстинктами. Дакша стремится обрести власть над окружающими его людьми, а не перерасти свои собственные страхи. Его взгляд устремлен наружу, а не внутрь. Он хочет контролировать окружающую природу, чтобы обрести ощущение безопасности. Он хочет приручить всех вокруг. Он вообще не ставит под вопрос собственные иллюзии, которые влекут за собой увеличение страхов. Он — альфа-самец, ничем не отличающийся от льва, который применяет силу для обретения контроля и власти над своим прайдом из львиц. Он остается пашу.
Дакша обнаруживает, что природа населена божественными сущностями двух типов — дэвами, обитающими в небесах, и подземными асурами. У себя под землей асуры прячут всевозможные богатства, необходимые обществу, — растения и металлы. Дэвы же доставляют нам необходимые средства — тепло, свет, ветер, огонь, дождь, — чтобы добывать эти подземные сокровища. При содействии дэвов Дакша получает доступ к сокровищам, накопленным асурами. Таким образом, с точки зрения Дакши, дэвы суть «боги», а асуры — «демоны».
Сати и Шива. Североиндийское изображение
Яджня — это ритуал, помогающий усилить дэвов, чтобы победить и убить асуров. Дакша налаживает взаимоотношения с дэвами, предлагая им в жены своих дочерей. Это сделка. Если либо дэвы, либо его дочери не соблюдают какие-то условия соглашения, Дакша выходит из себя.
Дакша отдал двадцать восемь своих дочерей-накшатр Чандре, богу луны. Однако Чандра отдавал предпочтение перед всеми остальными лишь одной из них — Рохини. Он щедро осыпал ее знаками внимания, а другими пренебрегал. В результате одна из накшатр по имени Абхиджит совсем зачахла от тоски, а остальные двадцать шесть дочерей пожаловались Дакше, и он проклял Чандру на изнуряющий недуг. Через несколько дней, на радость Дакше, Чандра начал усыхать. Чандра в отчаянии обратился к Шиве — богу, победившему даже Яму. Шива, будучи Мритьюнджаей («Победителем смерти»), поместил Чандру себе на лоб. Прикоснувшись к его лбу, Чандра стал снова прибывать в теле — к немалому раздражению Дакши. Поэтому Шива известен также под именем Чандрашекхара — «Лунолобый».
Дакша отнимает жизнь у того, кто не следует его правилам; Шива же дает жизнь и ничего не требует взамен, а менее всего — послушания. Поэтому дэвы называют Шиву Махадэвой, величайшим из богов. Он — Бог, а следовательно, не зависит от законов природы.
Дакша же не считает Шиву Махадэвой. Он видит в Шиве врага, который ему противостоит. Есть ощущение, что Шива на стороне асуров, ибо он дал их гуру Шукре тайное знание о воскресении, которое называется саньдживани-видья. При помощи саньдживани-видьи Шукра может возвращать к жизни всех асуров, убитых дэвами.
В результате дикую природу невозможно приручить окончательно, и это очень злит Дакшу. С каждым сезоном сорняки и лесные деревья наступают на поля и сады; каждое новое потомство одомашненных животных рождается диким, и их нужно всему учить заново; однажды установленные законы приходится снова и снова насаждать силой. Для того чтобы поддерживать целостность здания культуры, приходится раз за разом проводить яджни.
Однако Дакша не понимает, что Шива просто не проводит различий между дэвами и асурами. Он безразличен к их положению и роли в мироздании. Нет ни героев, ни злодеев. Шиве не свойственны предрассудки, которые формируют мышление Дакши.
С точки зрения Дакши, послушание — это добродетель. Он отвергает тех, кто ему непослушен. Асуры его не слушаются, Чандра его не слушается, Шива не слушается. Поэтому асу-ров он приносит в жертву во время яджни; Чандру он терпит лишь до тех пор, пока тот соглашается уделять равное внимание всем своим женам. Но Шиву Дакша отвергает всегда, ибо Шива неизменно остается безразличен к нему.
Вирабхадра нападает на Дакшу. Южноиндийский храмовый барельеф
Младшая дочь Дакши, Сати, тоже оказалась непослушной — к величайшему раздражению отца. Однажды она увидела Шиву, скитавшегося в горах. Девушка поняла, кто перед ней, и сразу же влюбилась. Она изъявляет желание стать женой Шивы. Отец не дает своего благословения, но Сати непреклонна. Шива не обращает на нее ни малейшего внимания, но и не прогоняет. Она влюблена. Дакша отказывается признать Шиву своим зятем и принять в семью. Поэтому Сати покидает дом отца, чтобы стать женой Шивы.
Вместо того чтобы попытаться понять Сати, Дакша приходит в ярость. Непослушание со стороны дочери подрывает его чувство собственной важности. Он винит Шиву в поведении девушки. Чтобы преподать обоим урок, Дакша проводит великую яджню. Он созывает в свой зал для церемоний всех дэвов и просит принять его подношения. Приглашены все, кроме Шивы и Сати. Исключив их из списка приглашенных, Дакша думает их проучить. Он надеется рано или поздно одомашнить и их.
Шиву жест Дакши ничуть не волнует. Но Сати огорчена. Почему ее не пригласили? Возможно, это всего лишь упущение, думает она, и изъявляет желание пойти в дом отца. Шива ее не удерживает. Она пришла к нему по собственной воле и может по собственной воле идти, куда вздумается. Он просто говорит: «Это умышленное упущение». Но Сати не слушает.
Современная скульптура, изображающая Шиву с телом Сати
Входя в зал для жертвенных церемоний, девушка ожидает, что любящий отец поприветствует ее. Вместо этого он унижает дочь. «Зачем пришла? Тебя не звали», — бросает Дакша. Сати
