Череп перекидывает ногу через мои бедра и седлает меня, прижимая к матрасу. Вцепившись в край своей рубашки татуированными руками, он стягивает её через голову, обнажив чернила на торсе. Я продолжаю бить его, но это его нисколько не смущает.
— Ты похожа на неё, но ты не она, — говорит он мне, весь гнев исчезает из его голоса. — Самозванка.
Привстав, он вытягивает мою ночную и освобождает её из-под своих бедер. Тянет её вверх по моему телу и срывает с головы, и попутно практически вырывая прядь моих волос. Затем хватает мои запястья и одной рукой фиксирует у меня над головой.
— Пожалуйста… — умоляю я, когда его жадная рука обхватывает мою левую грудь. — Не делай этого! Ты все испортишь…
— Ты. Я тебя уничтожу. — Он наклоняется и целует меня в нижнюю губу. — Не волнуйся, Киса. Я скажу Стоуну, что это ты затеяла драку.
Череп прижал свой рот к моему и раздвинул губы языком. Он целовал меня до тех пор, пока я не перестала нормально дышать. Его рот свежий и мятный, но чувствовался черным, словно смерть. Есть ли в этом смысл? Скорее всего, нет.
Я попыталась отвернуться, но он слишком сильно давил на меня. В одну секунду он оседлал мои бёдра, в другую устроился между ними. Я крепко зажмурилась, не желая мысленно представлять себе, как надо мной нависает этот смертоносный зверь.
Когда он отпускает мою грудь и тянется к пуговице на своих джинсах, раздается стук в дверь. Робкий, что удивительно. Задыхаясь от облегчения, я открываю глаза.
Череп отрывает свой рот от моего и оглядывается через плечо.
— Лучше бы это стоило того!
Его губы распухли и покраснели от поцелуя, который почти высосал из меня жизнь.
— С инвесторами возникли кое-какие проблемы.
Он закатывает глаза.
— Ну так позаботься об этом.
— Боюсь, это требует Вашего немедленного внимания. Джайлс пытался бежать из страны, сэр. Раймонд догнал его возле аэропорта. Тот взял товар и теперь утверждает, что у него нет денег, чтобы заплатить Вам.
Черепа навострился.
— Нет денег? Он же гребаный миллиардер! Где он сейчас?
— В камере внизу.
Он провёл пальцами по лицу.
— Сейчас выйду.
Он отталкивается от меня и падает на спину рядом. Я лежу неподвижно, лицо кажется воздушным шаром от силы его пощечины. Мое внимание сосредоточено на потолке, а его — на моем лице. Тыльной стороной указательного пальца он гладит мою распухшую щеку, и я прикусываю язык, чтобы не вздрогнуть.
— К счастью для тебя, у папули есть кое-какие дела.
Я морщусь, когда он поворачивается спиной и спускает ноги с края кровати. Вздохнув, снова надевает поло и хватает телефон. Он не смотрит на меня, даже когда касается холодной металлической ручки двери.
— Это еще не конец, — предупреждает он, открывая дверь. — Пока меня не будет, можешь молиться, чтобы этот ублюдок не испортил мне настроение. — Он захлопнул за собой дверь, и я перекатилась на бок, прижимая колени к груди.
Я должна отсюда выбраться.
ГЛАВА 5
Безумие
Джай
Мы останавливаемся перед клубом «Испорченные Сыновья», и я рассматриваю через окно большой каменный особняк. Конечно, это очень далеко от пещеры, бара с жестяным навесом, в котором мы встретили парней пару ночей назад. Я окидываю взглядом ухоженный фасад. Окна и двери открыты, подъездная аллея заполнена сотней мотоциклов, и громко гремит музыка.
Будут ли эти люди когда-нибудь спать или нет — это выше моего понимания.
Я выхожу из машины раньше Джоэла и Моники и иду по каменистой дорожке. Я проделываю четверть пути, прежде чем чувствую, как мне в затылок упирается холодный твердый ствол дробовика. Я замираю и поднимаю руки. Блядство.
— У тебя очень большие яйца, раз ты показываешь свое рожу здесь, Стоун.
Я сразу узнаю голос Джокера. Впереди, из густого кустарника у дома, выходят байкеры, все они направили свои пушки в мою сторону. Не могу сказать, что удивлен. Именно такого дерьма я и ожидал по дороге сюда. Но почему они хотят убить меня, понятия не имею. Не о обещал ему чертов Нью-Йорк и не смог этого выполнить.
— Не в настроении выслушивать твою байкерскую чушь, Джокер, — говорю я ему, поворачивая голову и заглядывая через плечо.
Позади себя слышу, как открываются две дверцы машины, и следом ворчливый приказ, заставляющий Джоэла и Монику выйти из машины. Я прислушиваюсь к звукам их неуверенных шагов, пока они приближаются. Довольно скоро они стоят рядом со мной, выглядя такими же обеспокоенными, как и я. Я бросаю взгляд на Монику, которая уже совсем не краснеет. Ее глаза измучены усталостью, а стройные плечи поникли. Бедная девушка. Ей нужно отдохнуть.
— Мы не ищем неприятностей, — говорит Джоэл, с трудом сглатывая.
— О, так ты не ищешь неприятностей? Ты пришел не в то место, красотуля.
Нахмурившись, Джоэл опускает руки и оборачивается.
— Какого хера ты называешь меня красотулей?
Где-то взводят курок, и он со щелчком встает на место, заставляя мое сердце биться быстрее.
— Джоэл, успокойся. — Брат смотрит на меня, нахмурив брови, а потом снова кладет руки на затылок. — Мы здесь только для того, чтобы получить ответы.
— Ответы? Тебе нужны гребаные ответы? Ты еще безумнее, чем я думал, Стоун.
Я пожимаю плечами.
— Возможно. Я просто хочу знать, кто сжег наше убежище. Ты единственный, кто знал, где мы осели.
Давление ствола от моего черепа исчезает. Хруст камня под подошвой тяжелых черных ботинок, Джокер обходит меня и останавливается, столкнувшись со мной лицом к лицу. Его бровь странно изогнута.
— Домик у озера сгорел дотла? — Я киваю. — Как и мой бар.
— Ну, это были не мы, — выпаливает Моника, медленно продвигаясь вперед. — Мы ничего не сжигали.
Джокер оглядывает Монику с ног до головы, оценивая её, затем мне ухмыляется.
— Поменял брюнетку на блонди, да?
— Нет. — Я резко киваю головой в её сторону. — Она сейчас с ним.
— А где же другая девушка?
Его вопрос бьет меня в живот.
— Череп забрал её.
— Неужели? — Джокер переносит вес тела на левую ногу и прижимает дробовик к плечу. — А что случилось в компаунде?
— Мы получили то, за чем пришли, и ушли. — Я провожу пальцем по губе. — Он знал, где мы находимся, и забрал Эмили ещё до моего возвращения. Что случилось у вас?
Он оглядывается через плечо на группу байкеров, что направляют оружие в нашем направлении.
— Все нормально, — гремит он. — Можете уходить.
Без колебаний мужчины и женщины в кожаных куртках убирают оружие и расходятся, отступая в большой дом. Джокер смотрит поверх головы Моники.
— Отведи девочку в дом, пока взрослые разговаривают.
— Прошу прощения? — огрызается Моника, складывая руки на груди.
Джоэл делает шаг вперед.
— Ей и тут неплохо.
— Да, Господи, — нетерпеливо выдавливаю я. — Отпусти девчонку.
Джоэл пристально смотрит на меня прищурив глаза, затем берет Монику за руку и притягивает к себе ближе. Положив руки на бедра, я переношу свой вес и смотрю в сторону, пока он целует её в губы и говорит, что сейчас придет. Никогда раньше не был ревнивым, но сейчас, наблюдая за его поцелуем с девушкой, которую он любит… это пытка.
Когда все ушли, Джокер рассказал нам о том, что произошло на его стороне компаунда.
— Честно говоря, мы не ожидали, что у Черепа будет так много людей. Мы пронеслись через фронт так быстро, как только могли, уничтожая всё на своем пути, и именно тогда Ворон, наш наблюдатель, сказал нам, что по дороге пронеслись машины. Мы не могли позволить, чтобы нас ударили сзади и загнали в угол, поэтому мы ушли.
Я медленно киваю. Имеет смысл.
— Сколько человек вы потеряли?
— Одиннадцать. Мы похороним их сегодня на закате.
— Нам нужно где-то остановиться, — вмешивается Джоэл, подходя ближе. — Нам больше некуда идти.
— Ну, тебе придется что-то придумать, потому что здесь остаются только Испорченные сыновья. — Джокер пригвождает меня своим пристальным взглядом. — Внутренний устав.
