— Джай! — Я едва слышу Джоэла из-за рева пламени и треска горящего дерева. Он хлопает дверью. — Куда это ты собрался?
Я опускаю голову и продолжаю идти, все дальше и дальше удаляясь от дыма. Джоэл кладет свою большую руку мне на плечо и тянет назад.
— Эй. Я с тобой разговариваю.
Я резко поворачиваюсь на пятках.
— Что? Чего тебе надо?
Он хмурится.
— Куда ты, блядь, собрался?
— Повидаться с Джокером. Чтобы вернуть Эмили.
— Именно туда мы и направляемся. Садись в машину, и я отвезу тебя.
Смеясь себе под нос, я заглядываю ему через плечо и смотрю на домик у озера. На короткое время этот дом стал нашим убежищем. Никто не знал, где мы находимся. Мы были вне опасности. А теперь взгляните. Каким-то образом его нашли — кто бы это ни был — и уничтожили… точно так же, как собираются уничтожить нас. Я смотрю на Джоэла. Рассматриваю его. Он весь в порезах и синяках. У него тяжелый взгляд, и он выглядит так, будто ему семьдесят лет. Не знаю, сколько еще он сможет выдержать. Если Череп вернет его, если вернет Монику, все будет напрасно. Не думаю, что смогу свести все насмарку.
— Ты свободен, — говорю я ему, и брат задирает бровь. — Возьми Монику, и поезжайте в Италию к Джессике.
Джоэл вздрагивает.
— Италия? Джай, я никуда не пойду без тебя. Ты рисковал всем ради меня.
— Я…
— Ты не должен был, но ты сделал… и я хочу сделать то же самое для тебя.
Я выдыхаю.
— Послушай, ты можешь идти до самого бара «Испорченных Сыновей», но я буду ждать тебя там. — Он ухмыляется. — Кроме того, я не могу поехать в Италию. С такой травмой головы меня не пустят в самолет. — Он показывает на пятно над ухом и касается его кончиком пальца, окуная в кровь. — В любом случае, нам нужно идти. Пожарные и спасатели будут здесь в любую секунду, и точно приведут с собой копов. Ты пешком? Или сядешь в тачку?
Я заглядываю ему через плечо, и крыша домика на озере с громким треском проваливается внутрь, снова выбрасывая в воздух тлеющие искры. Напряжение покидает мои плечи, и, как ни странно, я чувствую… облегчение. Теперь мне не придется ступать в гробницу, полную воспоминаний.
Я обхожу его.
— Ты псих, знаешь?
Джоэл смеется и разворачивается на пятках, когда я прохожу мимо него.
— Знаю.
Он идет за мной к машине, и Моника натянуто мне улыбается. Сочувствие ли это, или разочарование, я не знаю.
Я проскальзываю на сиденье и опускаю голову на подголовник, а Джоэл устраивается поудобнее за рулем. Он и Моника тихо шепчутся, и я не могу расшифровать, пока она не говорит громче:
— …но что, если это они сожгли твой домик у озера?
Джоэл пожимает плечами.
— Думаю, мы это выясним.
Джоэл быстро выезжает с подъездной дорожки, а я поднимаю взгляд на домик.
Ага, я думаю, мы это выясним…
ГЛАВА 4
Огонь
Эмили
Я признаю, что в наркотике, которым меня накачали, есть положительный момент. Он влияет на мои сны. Делает их яркими, настолько реальными, что я все чувствую, обоняю и пробую на вкус. Каждый дюйм его тела — галлюцинация, и я знаю это, но мне плевать. Я так сильно скучаю по Джаю, что каждый день буду мечтать о нём в реальности без него.
***
Воздух свежий и теплый. По чернильному вечернему небу не проплывает ни облачка и не заслоняют ни одной из ослепительных звезд, которые, кажется, выскакивают одна за другой.
Легкий ветерок сдувает с моей шеи длинный высокий хвост, пока я жду на верхней ступеньке лестницы дома, который предположительно принадлежит мне, но его я никогда раньше не видела.
Я держу в руке черный клатч, нервно щелкая пальцем по блестящему замочку, приколотому к центру. Понравится ли Джаю моё платье? Я специально выбрала красный. Он любит красное. Платье плотно облегает мою грудь и талию, а потом расходится мягкими элегантными волнами от тонкого золотого пояса до середины бедра.
Я переминаюсь на верхней ступеньке лестницы, не обращая внимания, что мои ладони начинали потеть. Почему я решила надеть эти туфли от Джимми Чу? У меня не очень высокие шпильки — и вообще, с каких это пор у меня есть пара такого калибра? На краткий миг я опускаю глаза и слышу, как Джай подъезжает к дому.
Сначала мое сердце колотится, а потом распухает. Настал момент, которого я ждала и боялась одновременно. Боже. Такое чувство, что я не видела его несколько недель.
Фары гаснут и гладкая черная машина затихает. Я задерживаю дыхание.
Вечность проходит между выключением автомобиля и щелчком двери, но, в конце концов, Джай открывает её.
Когда он вылез из машины и выпрямился, я позволила кислороду наполнить свои лёгкие. Он поворачивается ко мне, легкая улыбка играет на его красивых губах, и у меня пересыхает в горле. Он завладевает моим вниманием самым парализующим образом, и мое сердце бешено колотится. Я так по нему скучала.
Джай держится прямо, как и подобает любому мужчине, и его плечи невероятно широкие и сильные. Официальная белая рубашка на пуговицах облегает атлетический торс, слегка расслабляясь на стройных бедрах, а затем заправлена в хорошо сидящие черные брюки. Засунув большие руки в карманы, Джай пристально смотрит на меня, удерживая на месте напряженным взглядом.
— Ну, разве ты не прелесть для воспаленных глаз, — громко говорит он.
Жар приливает к моим щекам, и я сдерживаю улыбку.
— Это не слишком?
— Когда речь заходит о тебе, не бывает слишком, Котёнок.
Котёнок. Эту кличку, которую я когда-то ненавидела, теперь мне нравится слышать.
Потому что он дал её мне.
Джай отходит от машины и направляется к лестнице. Ко мне. Когда он достигает первой ступеньки, то опускает внимательный взгляд на мои ноги и медленно тянет его вверх по моему телу так, что я чувствую себя голой. Полностью обнажённой.
Я ерзаю, пока он поднимается по лестнице одной ступенькой за другой. Прежде чем он достигает верха, его одеколон обволакивает меня, заставляя слегка покачиваться. Я делаю глубокий вдох. Он пахнет как… как рай. Я облизываю губы, чтобы увлажнить.
Мы идем ужинать, вот почему мы одеты официально, и судя по прямому черному галстуку Джая и хорошим кожаным ботинкам, я бы сказала, что мы идем в дорогое место. Честно говоря, я нервничаю. Мы никогда раньше не ходили на свидания.
Джай протягивает руку.
— Ты готова?
Я начинаю кивать, но потом передумываю.
— Не возражаешь, если я сначала переобуюсь? Я боюсь, что могу покалечиться в них.
Он смотрит на мои туфли, потом улыбается.
— Хорошо.
Я беру его за руку и веду через весь дом в главную спальню. Я никогда раньше не была в этом доме, но точно знаю, где что находится.
Пока я роюсь в шкафу с обувью в поисках пары симпатичных туфелек, Джай бродит по моей комнате, трогая вещи. В конце концов он исчезает в коридоре. Я перебрасываю туфлю за туфлей через плечо, пока не достигаю самого низа. Ни одной на плоской подошве. Черт. Недовольно пыхтя, я выхожу из спальни, но тут же замедляю шаг в коридоре, когда слышу тихую классическую музыку. Нахмурившись, я иду на звук в огромное жилое пространство, где в центре стоит Джай, с небрежной улыбкой закатывая рукава до локтей.
Я оглядываю комнату. Он отодвинул кофейный столик, диваны тоже.
— С тобой все в порядке? — спрашиваю я.
— Идеально. — Он дергает за свой галстук, ослабляя его, и смотрит на мои босые ноги. — Не нашла никакой обуви?
— У меня полно обуви, — говорю я, подходя к нему. — Просто нет ни одной пары, в которой чувствовала бы себя комфортно.
— Тогда ничего не надевай. — Он кладет мягкую теплую руку мне на локоть и притягивает меня ближе, так близко, что моя грудь прижимается к его груди. Чувствует ли он бешеный стук моего сердца?
