Lincoln остановился около красного трехэтажного особняка. Навстречу Ванессе, Дженни с малышом и Бакстеру вышла миниатюрная женщина средних лет в черной униформе и белом переднике. Радушно улыбаясь, она поздоровалась с хозяйкой и её гостями.
– Добрый день, миссис Уолтер. Как прошла поездка? – участливо спросила женщина.
– Ох, Мария, могло быть и лучше. В вагоне, как мне показалось, было слишком холодно. А может, это я старею и уже не так легко переношу поездки? Не знаю. Слава богу, все осталось позади. Знакомься: это моя внучка Дженни, мой правнук Дэниел и наш друг Бакстер, – ответила Ванесса, скидывая с себя манто из белой норки.
– Здравствуйте, – в один голос произнесли Дженни и Бакстер, переминаясь в холле с ноги на ногу.
– Здравствуйте, – улыбаясь, ответила Мария. Вслед за ними поднялся Шон, занося багаж. Молча кивнув Марии, он так же молча удалился.
– Ты не говорила, что у тебя бабушка такая богатая, – прошептал Бакстер на ухо Дженни.
– Я и сама понятия не имела. Мы же с ней не виделись около двадцати лет. Представляешь, я даже не знала, что она живет в Нью-Йорке, – прошептала в ответ Дженни, в восхищении оглядывая мрамор, переливающийся красными, зелеными, желтыми оттенками на полу, стенах и лестнице с резными перилами. Тут и там на стенах располагались светящиеся хрустальные бра в виде широких изогнутых спиралей, ещё больше подчеркивающие блеск пола. Между ними висели причудливые маленькие картины с пейзажами и фотографии, изображающие разных людей, кривляющихся перед объективом.
– Дженни, Бакстер, проходите и чувствуйте себя как дома. Мария покажет ваши комнаты. Встретимся через час в столовой, она на втором этаже. А сейчас извините, я хочу немного попарить косточки в горячей ванне. И ещё, Дженни, деточка, Мария поможет тебе с Дэниелом, – не дожидаясь благодарности за гостеприимство, Ванесса отправилась в свою комнату под удивленные и одновременно благодарные взгляды Дженни и Бакстера.
– Мисс…? – учтиво спросила Мария, благообразно складывая ладони.
– Бейли, – поспешила ответить Дженни.
– Мисс Бейли и мистер…?
– Росс, – ответил Бакстер, хватая свою сумку и чемодан Дженни.
– Пройдемте за мной, я покажу вам ваши комнаты. Обед будет через час, – ещё раз напомнила Мария, поднимаясь по лестнице. – Мисс Бейли, какие смеси ест ваш малыш?
– Спасибо, миссис…?
– Зовите меня Мария.
– Спасибо, Мария, тогда меня – Дженни. Дэни сейчас на грудном молоке, ему пока хватает.
– Хорошо. Тогда я приду за ним, когда вы покормите. Вам необходимо отдохнуть и спокойно пообедать.
– Спасибо вам большое.
– Ну что вы, Дженни, не стоит благодарить меня.
Разместив Дженни и Бакстера, Мария поспешила к Ванессе исполнять дальнейшие её распоряжения.
Глава 8
Когда Дженни с малышом остались одни в огромной спальной, которая на время стала принадлежать им, девушка, впечатленная размахом и роскошью дома, пришла в ещё больший восторг от того, как быстро подготовили и обустроили их комнату. Она была очень просторная, красивая и удобная. Окна выходили на солнечную сторону, отчего помещение казалось еще более воздушным. Около кровати стояли колыбельная, которая была подобрана в тон с большой кроватью, пеленальный столик, комод, заполненный всем необходимым детским бельем, и манеж с самыми разными игрушками. На комоде Дженни заметила разных размеров и причудливых форм бутылочки для смесей и соков, множество пустышек и прорезывателей для зубов.
– Боже! Когда же Ванесса успела все подготовить? – только и смогла произнести Дженни, расчувствовавшись от такого внимания и заботы. – Т-ш-ш, т-ш-ш, ну что ты, Дэни, что ты, мой ангелочек, не плачь. Сейчас мамочка тебя искупает, покормит, споет песенку – и мой малыш сможет немного поспать, – ласково прошептала Дженни, целуя сына в носик.
Искупав и накормив малыша, Дженни убаюкала его, и он, улыбаясь, безмятежно заснул под мамину ласковую песенку. Осторожно положив его в кроватку, Дженни проверила колыбельную на безопасность, на всякий случай обложила её большими шелковыми подушками и, облегченно вздохнув, с радостью отправилась в ванную.
Нежась в большом белом джакузи, Дженни смогла наконец-то расслабиться и, откинув голову на маленькую подушку, стала наблюдать, как вода заполняет пространство, а пены становится все больше. В памяти снова возникли воспоминания о Дэниеле, как они занималась с ним любовью в похожей ванной, как она забыла в тот момент обо всем на свете, полностью отдаваясь любимому.
«Опять я о нем вспоминаю. Неужели его образ так и будет меня преследовать? Может, я уже схожу с ума? Нет! Довольно. Пора прекратить себя мучить. Я смогу. Я заставлю себя полюбить Бакстера. Сейчас мы рядом. И я должна, я просто обязана полюбить его. Хотя бы ради Дэни я должна попробовать. Ребенку нужен отец!» – размышляла Дженни, уже вылезая из ванной.
Завернувшись в махровый халат, Дженни тихо, чтобы не разбудить малыша, вышла из ванной комнаты и, осторожно ступая голыми ступнями по паркетному полу, подошла к кроватке. С нежностью проведя по щечке малыша, она все любовалась своим ангелочком и, переполняемая материнской любовью и гордостью за свое дитя, считала себя в эту минуту самой счастливой на этом свете. Неожиданный тихий стук отвлек её, и Дженни, чтобы не разбудить сына, тихо подбежала к двери.
– Дженни, обед уже подали. Миссис Уолтер просила вам напомнить, что всю необходимую одежду вы найдете в гардеробной.
– Хорошо, Мария. Спасибо вам.
– Ну что вы, что вы, не стоит благодарить меня, – краснея от смущения, ответила Мария. – Ждем вас.
Вернувшись в комнату, Дженни быстро забежала в гардеробную. Снова мысленно поблагодарив Ванессу за заботу, она подобрала подходящий наряд и, тихо выскользнув из комнаты в коридор, улыбнулась под восхищенным взглядом Марии.
– О, Дженни! Вы так чудесно выглядите!
– Правда? – поправляя непослушные локоны, удивилась Дженни.
– О да. Намного лучше, чем в джинсах и рубашке, уверяю вас, – подмигнув, улыбнулась Мария.
– Спасибо.
– Дженни, пользуясь случаем, я хочу вам сказать, что Ванесса всегда мечтала найти вас и вашу маму. Вы даже не представляете, как она изменилась, и все благодаря вам и, конечно же, вашему сыночку. Я служу у миссис Уолтер очень давно, ещё был жив мистер Уолтер. Они всегда были очень добры ко мне и к моей семье, и её радость – это и моя радость, – смахивая слезу, сказала Мария, облегченно вздохнув, что наконец она смогла выразить свои чувства внучке хозяйки. Обняв Марию, Дженни тихо сказала:
