Читаем без скачивания Драмы и секреты истории, 1306-1643 - Робер Амбелен

Как бы то ни было, все это пока мелочи. Ибо отречение, существовавшее лишь в устной традиции, причины которого и исходная формула с течением времени забылись, имело для тех, кто его ввел, весьма важный и глубокий смысл. К этому-то мы сейчас и перейдем.

Порою пытаются отрицать существование тайного отречения от Христа, аргументируя эту точку зрения тем, что, по новейшим данным, подавляющее большинство тамплиеров, попадавших в плен к сарацинам, предпочитали смерть в рабстве отказу от своей веры и богохульству, которые неверные ставили условием их освобождения. Это следовало из Устава, который запрещал выкупать пленных храмовников.

Здесь следует прежде всего заметить, что любой освободившийся из плена тамплиер давал тем самым доказательство своего вероотступничества и не мог вернуться в орден, где его ожидало тяжкое наказание. Вполне логично, что они предпочитали смерть или почетное рабство изгнанию из ордена и позорному заточению.

Еще раз напомним, что после 1291 г. тамплиеры покинули Палестину, так как там не осталось ни христианских княжеств, ни паломников. Так вот, именно с этого момента и появляются следы тайного отречения, дополняющего древний обряд посвящения в орден.

В этот период с 1184 по 1189 г. Великим магистром был выходец из Фландрии Жерар де Ридфор. Бездарный стратег и жалкий трус, он попадает в плен к Саладину, откуда, впрочем, освобождается в результате темной интриги и позорной сделки. Уж не ему ли обязан орден возникновением секретного правила, предписывающего отречение от Христа и, следовательно, богоотступничество? Сомнительно. Этот человек был столь же глуп и невежествен, сколь труслив.

Но был другой, куда более мудрый, который наверняка стал создателем внутреннего тайного ордена. Речь идет о провансальце по имени Ронселен де Фо. В то время семья его владела замком, развалины которого до сих пор высятся на берегу Средиземного моря у древнего селения Борм-ле-Мимоза. Его имя происходит, очевидно, от названия города Фо-сюр-Мер, где в древней романской церкви покоятся останки некоторых из его бывших сеньоров.

Выстроенный на бывшем рифе в трех лье на запад от Марти-га, маленький городок Фо и его сеньоры находились в древности в вассальной зависимости от виконтов Марсельских. В Фо до сих пор сохранились величественные руины средневековой крепостной стены и замка XIV в. с квадратными башнями, галереями, бойницами и маленькой грубой часовней в романском стиле, относящейся к XI в.

Встает вопрос, является его имя патронимом или топонимом (ср., например, Бушар де Монморанси, Бонифас де Кастелян, Гримальди де Монако)? Возможно и то и другое. Возможно также, что имя Ронселен является провансальским вариантом имени Россолен, часто упоминаемого в документах той же эпохи, возникшим благодаря привычке южан растягивать слова. В таком случае речь идет о мужском варианте имени Розалина, которое носила, например, св. Розалина де Вильнёв, родившаяся в 1263 г. в Арке.

Странное дело, в официальных документах, относящихся к ордену Храма, мы не находим никаких следов Ронселена де Фо. Однако именно на него указывают на процессе тамплиеров как на создателя обряда отречения и называют при этом одним из Великих магистров.

Действительно, Жофруа де Гонвиль, прецептор Пуату и Аквитании, на вопрос королевских комиссаров по поводу отречения и другой ереси заявил: «Некоторые утверждают, что это было одним из гнусных и растленных нововведений магистра Ронселена».

Его упоминает и Ги Дофин как «провансальского дворянина, принятого в орден Гийомом де Болье в 1281 г.».

В действительности даты вступления Ронселена де Фо в орден совпадают не всегда. Например, в «Словаре Знати» Шесне-Дебуа издания 1770 г., том XI, с. 258, где говорится о Доме Пелисье, весьма разветвленной провансальской семьи, известной с 1125 г., мы читаем следующее:

«Из этой семьи происходили два рыцаря Храма: Ростен и Жан де Пелисье. Последний был принят в орден в 1267 г. Россоленом де Фо из Марселя, Великим магистром оного ордена. Сей Жан де Пелисье был после падения ордена допрошен королевскими комиссарами в 1310 г. в тюрьме г. Нима».

Очевидно, что он был захвачен во время полицейской операции 13 октября 1307 г. Однако уже в следующем издании того же «Словаря Знати», значительно расширенного по сравнению с первым, этот пассаж исчезает со страниц, посвященных семейству Пелисье. Конечно, написание имени может варьироваться в разных документах. Это не имеет значения. Но этот отрывок, упоминающий о Ронселене де Фо, заменен другим, где говорится, что «восемнадцать Пелисье, дядьев и племянников», входили в орден за 200 лет его существования. И если Ростен упоминается по-прежнему как тамплиер, то имя Жана исчезло…

Мы говорим об издании XIX в., где содержатся новые подробности и уточнения относительно генеалогии семьи Пелисье. Не исключено, что этот поразительный Жан Пелисье исчез из-за религиозного и политического оппортунизма составителей. Так же, как исчез и Пьер Пелисье, командор приорства Пертуи в Провансе, погибший во время процесса тамплиеров.

Возвращаясь к Ронселену де Фо, который отсутствует в официальном списке Великих магистров ордена, мы приходим к предположению, что у тамплиеров существовала еще и параллельная иерархия, имевшая свой секретный Устав. Это мнение высказал Гуго Сиран, и, как мы увидим, оно основывается на целом ряде наблюдений.

Гишар де Марзиак, четвертый свидетель, тамплиер 50 лет, рассказывал, что в Тулузе он принял в орден некоего Гуго де Марша-на. После обряда посвящения неофита «забрали с собой высшие братья и долго продержали в тщательно запертом помещении». Маршан вышел от них бледный, с горящими глазами и совершенно вне себя. «На следующий день, — говорит Марзиак, — я отвел его в сторону и спросил, чем было вызвано его волнение». Маршан ответил, что рассказывать этого нельзя и что он никогда в жизни не будет знать радости. И с этого момента он всегда был грустен.

Этьен де Нерка, послушник, заявил, что, когда его сводный брат был принят в высший орден Храма, он впоследствии в этом весьма раскаивался.

Во время процесса английских тамплиеров трое из них дали следующие показания: «В действительности в ордене существуют два вида обряда посвящения. Первый происходит в момент принятия в орден и не содержит в себе ничего предосудительного. Второе же посвящение может состояться лишь по прошествии нескольких лет, его удостаиваются лишь некоторые, и обряд этот держится в тайне»[36].

В своей книге «Тамплиеры» Жиллет Сигле сообщает любопытный факт. Будучи в Англии, Великий магистр дал переписать рыцарю Вильгельму де Поклингтону некий манускрипт. При этом присутствовал капеллан Гаспар де Нофертон, принятый в орден лишь шесть месяцев тому назад. Когда он захотел заглянуть в текст, Великий магистр вырвал манускрипт из рук переписчика и унес его с собой.

В своих показаниях брат Гаспар де Кош свидетельствует, что, будучи в Палестине, он не раз слышал, как Великий магистр Тибо Годен просил братьев сдать ему все книги, имеющие касательство к Уставу ордена. Он добавляет при этом: «Я слышал, и я в это верю, что некоторые книги он сжег, другие — передал старейшинам ордена, а часть — оставил себе».

Кажется, что одна фраза из показаний тамплиера Госерана де Монпеза подтверждает существование такого секретного Устава: «У нас есть три статьи, которые никто не узнает, кроме Бога, Дьявола и магистров».

Мы не будем останавливаться на анализе текста якобы секретного Устава, «обнаруженного» в 1877 г. в архивах Великой Масонской Ложи в Гамбурге. Однако приведем одну выдержку: «Здесь начинается Книга Огненного Крещения, или Секретный Устав, составленный для Утешившихся Братьев магистром Ронселенусом». Утверждается, что этот документ подписан Робером де Самфором, прокурором ордена в Англии в 1240 г. Это — историческое лицо.

Конечно, здесь обращает на себя внимание термин «утешившийся», применяемый к братьям, получившим крещение по обряду магистра Ронселена. И было бы очень соблазнительно усмотреть в нем намек на обряд «утешения», существовавший у катаров, но тогда речь должна идти об искаженном варианте этого весьма своеобразного обряда, который мог принять лишь человек, способный по образу своей жизни воспользоваться его плодами. Естественно, к воинам-тамплиерам это не относится.

Продолжая эту мысль, рассмотрим намек на пророка или лжепророка, роль, приписываемую Иисусу.

Прецептор Нормандии Жофруа де Шарне был принят в орден Амори де Ла Рошем. Вот что он показал на допросе: «Приняв меня в орден и возложив на меня плащ, мне принесли распятие. Брат Амори приказал мне не верить в того, чье изображение я вижу, ибо это лжепророк, а не Бог».

А ведь это был Амори де Ла Рош, ближайший друг Людовика IX, будущего Людовика Святого! Другой рыцарь Храма сделал на допросе аналогичные признания. Командор, руководивший обрядом посвящения, сказал ему, когда он в ужасе отказывался плюнуть на крест: «Не бойся ничего, сын мой. Это не Господь, не Бог. Это лжепророк».