Здесь следует добавить, что, по-видимому, испорченность нравов была распространена в среде тамплиеров не более, чем в других рыцарских орденах, например Тевтонском ордене и ордене св. Иоанна Иерусалимского, действовавших на Святой земле, или чем это имеет место в современную эпоху в Иностранном легионе, колониальных войсках и т. д. К тому же, чтобы заниматься гомосексуализмом, надо этого хотеть! Из допросов явствует, что лишь очень редкие приоры рекомендовали его как крайнее средство, к тому же наказание за содомию было весьма суровым.
Заметим, что, хотя тамплиеров арестовывали во всех христианских странах Европы, они были приговорены к смерти лишь во Франции и в графстве Прованском, принадлежавших тоща королю Неаполитанскому и Сицилийскому. В других странах их оправдали, но орден распустили.
Устав, предписывавший тамплиерам избегать женщин и никогда не обнимать их даже в знак простой привязанности, несомненно преследовал цель уберечь их от опасности, весьма распространенной в Святой земле. Действительно, единственные, кто соглашался спать с этими воинами-монахами, были проститутки. Отсюда — опасность распространения венерических заболеваний в общине, где практически все: посуда, ложки, кубки и т. д., — было общим. Не забудем, что мусульманских женщин держали взаперти, а еврейки не связывались с ними по религиозным соображениям. Следовательно, оставались лишь обыкновенные шлюхи.
К тому же, стоило ли строго судить этих мужей за сексуальные и гомосексуальные связи в эпоху, когда сами священники — их судьи — не лишали себя такого удовольствия? Стоит ли напоминать, как Петрарка возмущался, что Авиньон, став папской резиденцией, превратился из-за присутствия там всего этого клира в огромный лупанарий, то есть публичный дом?
Это эпоха, когда св. Петр Дамьен писал папе Льву IX (1048–1054): «Епископы открыто содержат любовниц, а священники развратничают с собственными незаконнорожденными детьми. Они все прелюбодеи, продажные твари и убийцы. Да примет наконец Ваше Священство меры!» Папа Лев IX ограничился следующим ответом: «Число виновных столь велико, что затрудняет проведение любых дисциплинарных мер и вынуждает меня сохранять на церковной службе даже преступников!»
В XIII в. св. Бонавентура (см.: Quare fratres minores prasedicent) заявляет, что «большая часть клириков — известные распутники. Они содержат любовниц у себя дома или в других местах. На глазах у всех они развратничают с несколькими женщинами». Папа Иннокентий III, вдохновитель крестового похода против альбигойцев, писал тогда в аббатство Сен-Дени: «В нашем городе[32] есть священники, которые, злоупотребляя своим саном, нарушают ночной покой обывателей, вламываясь силой в бордели, чтобы предаться там непотребству. Они пристают даже к дочерям горожан, что вызывает недовольство, а порой дело доходит до бунта».
Дурные нравы также процветали среди духовенства. Пьер Почтенный, бывший в XII в. аббатом Клюни, запретил монахам принимать послушниц у себя в кельях, ибо весь монастырь наполнен гнуснейшим развратом. А Парижский собор 1212 г. запретил монахам и монашенкам спать в одной постели «ввиду опасности проявления невоздержанности». Тьери де Ньем, секретарь папы Урбана IV, ставший в 1396 г. архиепископом Камбре, с возмущением писал: «Монашенки грешат с епископами, монахами и послушниками. Иногда они изгоняют плод, но некоторые, презрев родительскую любовь и страх Божий, даже убивают своих новорожденных детей».
Рыба тухнет с головы. Достаточно вспомнить нравы некоторых пап, правивших в ту эпоху, чтобы понять их снисходительность в отношении нравов духовенства.
Иоанн XXII (1249–1334), ставший папой римским в 1316 г., поставил отпущение грехов клирикам на финансовую основу:
«Священник, лишивший невинности девственницу, платит 2 ливра 8 су».
«Монашенка, которая отдалась нескольким мужчинам одновременно или по очереди в стенах монастыря или вне его и которая хочет стать аббатисой, платит 131 ливр 15 су».
«Священник, который хочет сожительствовать со своей родственницей, платит 76 ливров один су»[33].
Иоанн XXII прижил сына от кровосмесительной связи со своей сестрой. Родившийся в Савердене, графство Фуа, этот ребенок был объявлен официально сыном местного булочника по имени Фурнье. Именно в связи с этим дата и даже год его рождения тщательно скрывались. Под именем Бенедикта XII он наследовал папский престол у своего отца Иоанна XXII в 1334 г. Будучи сам строгих нравов, он преследовал распущенных священников. Однако воспылал любовью к сестре Петрарки, которой было 16 лет, и приказал похитить девушку. Когда Петрарка начал энергично протестовать, он попал в руки инквизиторов за оскорбление Его Святейшества. Дабы спасти жизнь, поэту пришлось бежать.
После чтения этих весьма поучительных текстов, написанных видными отцами церкви, складывается впечатление, что тамплиеры были куда меньшими грешниками, чем их судьи.
Отречение от Христа
С самого начала нашего исследования было показано, что некоторые поступающие в орден были в ряде случаев подвергнуты испытанию отречением от Христа. Рассмотрим подробнее эту проблему.
С 11 апреля 1309 г. по 26 мая 1311 г. следственная комиссия допросила 231 свидетеля, из которых 225 тамплиеров (рыцарей, приоров, священников, слуг) и шесть свидетелей, не принадлежавших к ордену.
И вот без всякой пытки 107 тамплиеров признали, что при вступлении в орден они, согласно обряду, отреклись от Иисуса Христа «устами, но не сердцем», и что они плевали, но не на крест, а в сторону креста, и что они целовали и их целовали в губы и в копчик. 16 человек утверждали, что обвинения ложны, и что ничего подобного не было во время их посвящения. Двое заявили, что они отказались отречься от Христа. 153 человека отрицали, что им разрешалось мужеложество, дабы не согрешить с женщиной. Двое из них даже заявили, что в момент посвящения их предупредили о строгой каре за содомский грех. Однако 72 обвиняемых признались, что такие рекомендации им давались, дабы они не имели сношений с женщинами. Однако они заявили, что не воспользовались этим.
Все отрицали поклонение черной кошке. 219 человек отрицали и поклонение идолу в виде головы, якобы происходившее в момент посвящения или на церемониях капитула.
И конечно, все они заявили, что верят в таинства Церкви и что капелланы ордена ни разу во время мессы не пропустили слов «Ecce enim corpus meum…» («Это есть мое тело»). Но что они могли знать доподлинно? Священник во время мессы мог пробормотать какие угодно слова, и никто из служек ничего бы не понял. Тем более если их не было рядом.
Наконец, они заявили, что Великий магистр, не будучи священнослужителем, никогда никого не исповедовал и не давал отпущения грехов без исповеди. Он мог простить дисциплинарные проступки, но это, естественно, входило в его административные функции.
Напомним, что Великий магистр получил от папы право посвящать братьев в рыцари без особого на то разрешения Святейшего престола. Так записано в ст. 677 Устава ордена. Лишь рыцари, ранее отлученные от церкви, должны были перед вступлением в орден получить отпущение грехов и епископское благословение.
Что же до знаменитых веревок (о которых пойдет речь дальше), они никогда не прикасались к таинственной голове. Каждый добывал их сам. Многие рыцари получали веревки перед обрядом посвящения из чистых и богобоязненных рук своих матерей, сестер или родственниц.
Вот, однако, признания нескольких тамплиеров в том, что их заставили отречься от Иисуса Христа.
В Париже в самом начале следствия 19 октября 1307 г. инквизитор Гийом Парижский допрашивал рыцаря ордена Ренье де л’Аршана. Он показал до пытки, что отрекся от Христа и плевал на крест.
24 октября 1307 г. перед тем же инквизитором предстал сам Жак де Моле, который впоследствии заявил, что его не пытали, но подвергли жестокому заключению. Великий магистр показал, что, когда он вступил в орден, он отрекся от Христа и плюнул, но не на крест, а на землю около него.
В тот же день и перед тем же следователем Пьер де Арблейо также признался, что отрекся от Христа и плюнул на крест. Все эти признания были подтверждены 19 марта 1310 г. перед Большой следственной комиссией.
Также 24 октября 1307 г. Жан де Элемозина признал, что плевал на землю (а не на крест) и отрицал божественную сущность Христа. На допросе 20 февраля 1310 г. он подтвердил это перед Большой следственной комиссией.
27 октября 1307 г. Гийом де Сэн-Эвюрс, заместитель Гийома Парижского, допрашивал брата Стефана де Домона, который признался, что он отрекся и плевал в сторону креста. 16 февраля 1310 г. перед лицом Большой комиссии он заявил, что не усматривает в этом греха, так как отрекался устами, а не сердцем.
