— Вы за эти четыре года хотя бы раз говорили друг с другом?
— Мне не о чем с ней говорить. Она скучная, — вздыхает Арсен и хмурится. Эта тема уже утомила его. — Впрочем, к черту Дину. У меня есть не очень хорошие новости, касающиеся Якуба.
— Он вляпался в еще одно сложное дело? — не могу скрыть ехидства я.
— Нет. Он должен был уже быть в Варшаве, но его там нет. На звонки и письма не
отвечает. Я не знаю, что думать, — говорит Арсен и опускает голову.
А вот теперь в игру, похоже, вступил мой брат.
Приняв душ и переодевшись, думаю спуститься в подвал и немного отдохнуть. Но тут мой взгляд падает на книгу, которую я забрал из дома Конрада. Что если подсказка в ней? Снова листаю ее, пытаюсь словить озарение, но ничего не выходит. Буквы по-прежнему мне непонятны. Напевая что-то себе под нос в комнату входит Дэшэн. Увидев меня, тихо ойкает. Видимо, счел что меня здесь нет и решил прибраться.
— Скажи, тебе не знакома эта книга? — на всякий случай спрашиваю я. И протягиваю китайцу свою находку. Он бережно принимает ее, обнюхивает, крутит в руках. Как ребенок, которому дали диковинную игрушку. Потом открывает. Долго водит глазами по странице. Это заставляет меня думать, что он что-то понимает.
— Нет, господин, — виновато отвечает Дэшэн. — Ничего подобного я раньше не видел. Вам нужно обратиться к Джозефу Бронштейну. Он знает о редких книгах все. Сходите к нему в антикварную лавку.
— Спасибо за наводку, дружище, — от души благодарю его я. Китаец кланяется и оставляет меня одного. Звоню Вианору и прошу его узнать все о Монро. Прошел ли регистрацию, видел ли его кто-то в зале ожидания, есть ли он на записях с видеокамер.
— Зачем этот придурок поперся в Польшу? — в голосе Ви звучит недоумение.
— За тем, что ребята решили, мол, будет круто увести ее из-под носа у бандитов таким вот романтичным образом. Пусть побегают за ней по всему земному шарику, — раздраженно бросаю я. — И да, я в курсе, что это полный идиотизм.
Ви хрипло смеется, но обещает узнать все, что меня интересует. Ведь он тоже несет ответственность за то, что происходит сейчас. С его подачи Арсен влез во все это дерьмо. Беру книгу и спускаюсь вниз. На сегодняшний вечер у меня два очень важных визита.
Найти Джозефа Бронштейна труда не оставляет. Его лавка очень популярна. Пока я жму на кнопку звонка, над моей головой качается, слегка поскрипывая, пожелтевшая от времени и дождей вывеска. На ней изображен ворон, несущий в своем клюве веточку. Надо же, какое интересное сочетание символики жизни и смерти! Раздается тихий писк, а следом за ним пронзительный скрежет. Тяжелая дверь открывается, и я вижу перед собой пожилого мужчину. Он сед, худ, поношенный костюм, некогда имевший синий цвет, висит на нем как на вешалке. Наклонив голову вбок, он внимательно смотрит на меня выцветшими голубыми глазами, над которыми топорщатся всклоченные брови.
— Добрый вечер, — почтительно произношу я. — Мистер Бронштейн?
— Добрый. Да, молодой человек, это я. С чем вы ко мне пожаловали? — его голос звучит сухо, несколько насторожено.
— Хочу, чтобы вы посмотрели на одну книгу, — говорю я и протягиваю ему увесистую книженцию. Он берет ее в руки, как маленького ребенка. Робко, неуверенно, словно боясь нечаянным движением навредить ему. Испуганно оглядывается по сторонам и схватив меня за рукав затаскивает в помещение.
— Откуда это у вас? — дрожащим шепотом спрашивает он, заглядывая мне в глаза.
— Друг оставил в наследство, — озвучиваю я заранее придуманное объяснение. — Она ценная? Или так, сборник мифов о крокодилах?
— Ценная ли она! Он спрашивает! — заходится от негодования старик и бежит к столу. Открывает книгу, внимательно осматривает переплет. Потом долго листает ее, проводит пальцами по страницам, словно смакуя их. Закрывает глаза и стоит с выражением лица блаженного идиота минут десять, пока мне это не надоедает.
— Мистер Бронштейн, может быть, вы будете медитировать, когда я уйду? — предлагаю я. Джозеф вздрагивает и удивленно смотрит на меня. Кажется, о моем существовании просто забыли.
— Это книга Чори, — срывающимся шепотом произносит он и на его глазах выступают слезы. — Вы ведь знаете, что это значит?
— Если бы я знал, то пришел бы сюда? — резонно говорю я, устало глядя на чудака, который, похоже, выжил из ума.
— Впрочем, вы еще очень молоды, вам простительно не знать, — улыбаясь сухими губами, произносит Джозеф и садится за стол. — Чори был пророком. Он жил в Северном Междуречье около пяти тысяч лет назад. Исцелял, спасал, ставил на ноги самых безнадежных больных. Мог остановить эпидемию. Одним движением руки управлять стихией или взглядом заставить замереть дикого зверя. Его любили и боялись. Казалось, что знал о мире все. На каждый вопрос у него был готов ответ. Когда его влияние стало особенно сильным и ему начали поклоняться как Богу, трусы решились на заговор. Его оболгали, что он соблазнил женщину вождя и что-то украл. Удивительно, но поклонение мгновенно сменилось ненавистью и его закидали камнями, а потом сбросили умирать в глубокий овраг.
— Если он был таким крутым, то почему не остановил этих придурков одним плевком? — искренне удивляюсь я.
— Возможно, были какие-то детали, не позволившие ему сделать это, — выкручивается Джозеф, пытаясь сделать так, чтобы его легенда не потеряла лицо. — В любом случае, утром люди пришла забрать его труп. Но тела не обнаружили. Как человек с переломами мог выбраться из глубокого оврага, было загадкой. И тогда они решили, что его забрали живым на небо.
— Ну, допустим. А откуда же тогда взялась книга?
— В его хижине нашли свитки, и те, кто обладал знаниями, счел их божественными. Их спрятали в надежном месте, а потом стали передавать из поколения в поколение. Со временем свитки истрепались, но, чтобы сказания не потерялись, один из потомков первых хранителей решил сделать книгу. К тому времени языка, на котором она была написана, уже не существовало, но он наделся, что однажды встретит того, кто ему поможет ее перевести.
— И о чем здесь речь? — недоумевая все больше, спрашиваю я.
— Помилуйте, откуда же я знаю? — разводит руками Джозеф. — Я не специалист по мертвым языкам. Но у Чори было три книги. В одной говорилось о людях. О том, кто их и для чего создал. В другой речь шла о мироустройстве. О Земле, планетах, что нас окружают, местах, откуда спускаются наши души, чтобы пройти обучение здесь. Третья была посвящена мистическим существам — вампирам, оборотням, ведьмам. Если найти все три и суметь перевести, то обретешь власть Бога. И никто не сможет тебя победить.
— Что-то самому Чори это не помогло, — сухо замечаю я, гадая для чего эта мифическая история могла понадобиться Конраду.
— Если эта книга попала к такому скептику, как вы, она непременно должна вас чему-то научить. Впрочем, любой к кому она попадает уже не может быть прежним, — улыбаясь, говорит Джозеф. — Мою жизнь она изменила.
— Может быть, вы подскажете мне специалиста по мертвым языкам? — с надеждой спрашиваю я. — Мне очень важно знать, что здесь.
— Обратитесь к профессору Рогожкину. Он лучший специалист в этой теме. Я бы пошел именно к нему, — отвечает мне Джозеф.
— Как его найти? — хватаюсь за эту соломинку я.
— Профессор живет в России. Кажется, этот город называется Бариново, — подумав, отвечает Бронштейн и лезет в стол. Достает оттуда потрепанную записную книжку, долго ее листает, слюнявя сухие пальцы. — Да, все верно. Память меня еще не подводит! Это чертовски приятно!
— Благодарю вас, мистер, — с теплом произношу я.
— Вы не собираетесь продавать эту книгу? Если да, то назовите любую цену и я куплю ее у вас! — глаза старика лихорадочно блестят. Замечаю, как сильно дрожат его руки. Так и сердечный приступ получить недолго.
— Забудьте о нашем разговоре, — внушаю ему я. — О том, что книга Чори существует. Вы весь вечер читали газету и ничего нового с вами этот вечер не произошло. А теперь вам хочется спать. Вы не можете совладать с собой и засыпаете прямо за столом.
