на то время, пока мы будем находиться в Преисподней! Исполнишь ли ты мою просьбу?!
— Что ты предложишь взамен, заклинатель?! — проревел утробным голосом демон. Его львиный рот при этом двигался совсем как человеческий, только видны были звериные клыки. — Есть у тебя, чем расплатиться?!
— Разумеется! — я сделал пальцами особый знак, и в воздухе закружились маленькие кружки, заполненные причудливыми символами. — Знаешь, что это такое?!
— Естественно! — прорычал Марбас. — Вижу, ты давно пользуешься нашими услугами! Больше сотни глиф уже потратил!
— Ничего, ещё много осталось. Так что, примешь одну из них в уплату?!
— Приму три! Одну за указание пути, и по одной — за защиту вас двоих!
Торговаться было бессмысленно. Это я знал по опыту.
— Согласен! Веди нас!
Три глифы вспыхнули и исчезли. Плата была внесена! Из шестисот шестидесяти шести печатей осталось пятьсот сорок восемь. В начале своих штудий я слишком активно пользовался услугами демонов, и вот результат!
— Войдите во врата! — провозгласил Марбас. — И следуйте за мной! Не отклоняйтесь ни на шаг, иначе защита не сработает!
Он начал опускаться в сигил.
— Нам что, нужно… войти сюда?! — спросил прерывающимся голосом Даррен.
Я кивнул.
— И очень советую придерживаться совета губернатора и не отступать от маршрута.
С этими словами я первым шагнул в светящийся чертёж. Даррен, замешкавшись лишь на пару секунд, последовал за мной.
Нас охватило лиловое пламя, уши заложило, всё завертелось с бешеной скоростью, а затем мы резко провалились, словно в полу открылся люк!
Глава 8
Падать пришлось недолго. Несколько секунд — и мы плюхнулись в толстый слой пепла, покрывавший горное плато, окружённое чёрными скалами. На горизонте полыхал вечный пожар, а над головами клубился маслянистый дым, прорезаемый время от времени молниями. При этом в Преисподней царила гнетущая тишина.
Поднявшись, я отряхнулся. Даррен, открыв рот, пялился по сторонам. Как бы умом не тронулся! Хотя военный лётчик должен иметь крепкие нервы.
— Вставайте, господин Мобрей! — сказал я. — Некогда рассиживаться. Губернатор уже проложил для нас дорогу.
— А?! Где?! — Даррен поднялся и завертелся на месте. — Не вижу тут никакой дороги!
— Вам и не положено. Её вижу я.
Действительно, от места, где мы приземлились, змеилась тонкая лиловая светящаяся линия, уходившая в сторону скал. По ней и следовало идти.
— Шагайте за мной и никуда не отходите, если хотите остаться в живых! Помните предупреждение Марбаса. Он не шутил.
Я двинулся по линии, взметая клубы пепла. Он копился здесь тысячелетиями, так что «сугробы» местами доходили до колен. Благо, они не могли замести светящуюся линию.
Даррен торопливо шагал следом, вертя головой. Для него адский пейзаж был в новинку. Если повезёт, снова он увидит его нескоро.
Мы брели долго. Время здесь — понятие относительное, так что на часы я не смотрел.
Справа и слева то и дело возникали неясные тени. Это стражи Преисподней, мелкие бесы, ждали, чтобы один из нас оступился, отошёл от светящейся линии и угодил в их лапы!
Наконец, плато закончилось. Перед нами возвышались покрытые копотью скалы, изрезанные трещинами и ущельями.
— Почему здесь не жарко? — спросил вдруг Даррен. — Я думал, в аду воздух всегда раскалён.
— Не здесь. Главный аттракцион вон там, где на горизонте виден пожар. Там расположены сопки, где терзаются души. Преисподняя — это один из миров. Она не представляет собой сплошную пыточную.
— Мы туда не пойдём? — спросил, глядя вдаль, Даррен. — Далековато… Сколько туда добираться?
— Нисколько. Демоны сами относят туда души. Но к сопкам нам не надо. Ваша сестра была похищена вместе с телом, а значит, находится где-то здесь. Если, конечно, ещё жива. Идёмте. Нам нужно вон в то ущелье!
Мы прошли по светящейся линии к расселине, поднимавшейся вертикально. Наверху она сужалась, а внизу была достаточно широка, чтобы в ряд могли пройти человек шесть.
Вступив в скалистую арку, мы очутились в густой тени. Видно, однако, было хорошо — благодаря путеводной линии, проложенной Марбасом.
— Почему один демон помогает нам против другого? — шёпотом спросил Даррен. — Разве они не должны быть заодно?!
— Вовсе нет. Каждый за себя. Высокая конкуренция. Учитывая, что заклинателей вроде меня немного, так особенно.
— А что это за значки кружились вокруг вас? Ну, которыми вы расплатились с демоном.
— Глифы. Местная валюта. За каждую душу назначается цена. Максимально — шестьсот шестьдесят шесть печатей. И затем чародей может тратить их в обмен на услуги здешних обитателей. Если до конца жизни использует все, его душа отправится в сопки.
— А если нет?
— Тогда как повезёт. Можно и в рай попасть. Только раскаяться нужно. А это не так просто.
— Значит, вашу душу оценили по самому высокому разряду? Почему?
— А это уж моё дело, господин Мобрей! Смотрите, мы почти пришли! Линия упирается вон в ту скалу.
Мы приблизились к чёрной каменной стене, покрытой паутиной трещин. На ней под слоем сажи угадывался рельефный рисунок.
— И чем нам это поможет?! — нервно спросил Даррен. — Здесь нет Эмбер!
— Терпение!
Я потёр рубиновую Печать Соломона. На скале тотчас засветился барельеф, изображавший сигил похитившего девушку демона!
— Герцог Валфор, приказываю тебе показаться! — возгласил я. — Мы явились за Эмбер Мобрей, которую ты похитил!
Скала затрещала. Посыпались осколки. Камень разошёлся, выпуская из своих недр демона с телом льва и ослиной головой! Кожа и шерсть при этом у него были зелёными и переливались, словно огранённые изумруды. За спиной развернулись белоснежные крылья.
— Кто тебе велел унести Эмбер Мобрей?! — спросил я, чуть отступив.
Даррен тоже попятился, едва не споткнувшись. Конечно, я не рассчитывал, что демон ответит. Он и не должен был. Меня интересовала реакция моего спутника. Даррен не испугался, что Валфор выдаст его. Он жадно ждал ответа.
— Не твоё дело, жалкий человечишка! — проревел высоким надтреснутым голосом демон. — Как ты посмел вторгнуться в мои владения?! За это ты умрёшь, а твоя душа отправится в огненную геенну!
Валфор кинулся на меня, замахиваясь львиными лапами! Выпущенные когти походили на кривые кинжалы. Из ослиной пасти вырвались языки пламени.
Я пригнулся, одновременно нырнув под левую лапу. В моей руке появился извлечённый из ножен меч! Когда-то я был одним из первых фехтовальщиков Флоренции и с тех пор
