Когда Кэндис наклонилась, чтобы поднять ее, то почувствовала сильный запах небольших сигар, которые любил курить профессор: «Ла Кабрилла», «Маленькие короны», импортируемые из Гондураса, издававшие изысканный дубово-перечный аромат.
В кабинете профессора на ковре они обнаружили памятную медную пластину, подаренную ему студентами: «Слава Божья — облекать тайною дело, а слава царей — исследовать дело. Притчи 25:2».
Рядом с пластиной лежал номер ежеквартального альманаха «Международный рынок древностей». Кэндис взяла его в руки, сразу обратив внимание на дату выпуска — полгода назад. Профессор Мастерс не искал новый экземпляр книги Дюшеса как раз до того времени, когда, согласно словам мистера Гоффа, он пришел с просьбой срочно найти ему эту книгу. Теперь она знала причину. Из журнала из раздела объявлений о продаже, была вырвана страница.
Положив журнал на место, Кэндис поднесла руки к лицу. Мог ли стойкий запах сигар остаться на ее коже, после того как она держала разбитую коробку из-под них? Она ничего не могла унюхать. Однако, убрав руки от лица, она почувствовала дубово-перечный аромат.
Странно.
— Здесь что-то есть, — произнес Гленн, осматривая глубокий ящик с бумагами, замок на котором был выломан. — Папки с корреспонденцией отца. Он дотошно собирал и хранил записи и копии различных бумаг. — Некоторые папки были очень толстыми, и в них были документы почти сорокалетней давности. Вся папка на букву «Б» исчезла.
Кэндис обернулась, пытаясь рассмотреть что-то в тенях, собравшихся по углам комнаты. По ее шее опять поползли мурашки, и ощущение, что за ней кто-то наблюдает, только усилилось. Еще этот странный запах…
— Детектив, — позвала она.
Он прервал ее жестом руки. Она увидела, что, осматривая комнату, он тоже что-то почувствовал. Может, тот же запах сигары?
— Оставайтесь здесь, — сказал он шепотом и осторожно, на цыпочках, пошел к двери, ведущей на кухню и к задним комнатам дома.
Кэндис не хотела оставаться тут одна. Ей все еще казалось, что за ней наблюдают. И этот не исчезающий запах сигар…
Кто-то курил их до того, как они с Гленном попали в дом!
Она быстро оглянулась по сторонам. Но ничего подозрительного не увидела — только темные тени, отбрасываемые предметами, стоявшими в комнате, и принимавшие необычные формы. Она напрягла слух, пытаясь расслышать шаги детектива, но в доме была зловещая тишина. Кэндис захотела позвать его, но вспомнила, что шуметь нельзя.
И вдруг раздался скрип!
Она вскинула голову. Кто-то ходил этажом выше. Может, детектив Мастерс поднялся по задней лестнице?
Ее сердце колотилось от страха, во рту все пересохло. Крадучись отойдя от стола, она на цыпочках прошла к двери, ведущей к парадному входу. Запах сигар стал сильнее.
Он все еще был в доме!
Кэндис бегом вернулась к столу и нащупала нож для писем, который заметила там ранее. Когда она уже взяла его в руку, ее напугал неожиданный грохот, раздавшийся на верхнем этаже.
— Детектив Мастерс? — позвала она.
И услышала глухой стук падения наверху, тяжелые шаги, звуки борьбы. Бросившись к подножию лестницы, она всматривалась во тьму у верхних ступеней.
— Детектив?..
Опять грохот, короткое затишье, затем громкий шум — кто-то спускался вниз по лестнице.
— Это он, — только и успела проговорить Кэндис.
Человек выскочил из темноты — это был большой мужчина. Пробежав мимо, он сбил ее с ног. Она закричала ему вслед, и через мгновение еще кто-то бегом пронесся по лестнице: детектив Мастерс, увлеченный погоней, перепрыгнул через нее и выбежал в открытую входную дверь.
Кэндис вскочила на ноги и побежала следом, добравшись до двери как раз в тот момент, когда Мастерс схватил взломщика и повалил его на мокрую траву. Мужчина был меньше его ростом, но более проворным. Он быстро освободился от детектива, поднялся и с силой пнул Гленна в плечо. Гленн успел встать и с размаху ударил противника, отчего тот упал на спину.
Кэндис выбежала под дождь, сжимая в кулаке нож для писем. Она поджидала удобный момент. Когда взломщик повернулся к ней спиной, она уже хотела ударить его, но Гленн дал ему по челюсти, сбив с ног, он врезался в Кэндис, и она выронила свое оружие. Когда Гленн побежал за ним, незнакомец пустился наутек, детектив не отставал, они пронеслись по лужайке к скользкому тротуару и скрылись за изгородью.
Подобрав нож для писем, Кэндис отправилась за ними и, когда завернула за изгородь, увидела, как они опять схватились, нанося удары и стараясь повалить друг друга на землю. Взломщик вырвался и понесся по улице, Гленн погнался за ним. Вдруг откуда ни возьмись появилась машина. Она мчалась прямо на них, затем резко затормозила, развернувшись поперек дороги. Водитель открыл дверь со стороны пассажирского сиденья, и преступник запрыгнул внутрь. Гленн схватился за дверную ручку и с силой ударил по окну. Но, когда машина набрала ход, ему пришлось отпустить ручку. Он отлетел в сторону, ударившись спиной о бетонный фонарный столб.
— Черт! — закричал он, стукнув кулаком по столбу.
Кэндис почти выбилась из сил, когда подбежала к нему.
— С вами все в порядке?
Костяшки на его руке кровоточили.
— Вы запомнили номер машины?
— Я даже не смогла рассмотреть, что это за модель.
Гленн вглядывался в затуманенную от дождя улицу, его грудь тяжело вздымалась, губы были сжаты. Потом он повернулся к Кэндис, и на лице его появилась ярость.
— Этот ублюдок курил сигары отца! В то время как фа-бил его дом!
Пикающий звук нарушил шелест дождя. Из больницы звонили на пейджер Гленна. Его отец пришел в себя и мог говорить, но состояние его оставалось по-прежнему тяжелым. Врач посоветовал Гленну приехать как можно скорее.
5
Гленн ударил по тормозам, из-за чего машина завиляла задом по мокрому асфальту, а Кэндис дернуло вперед, но ее удержал ремень безопасности.
— Что?! — вскрикнула она, оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, что же произошло.
— Этот человек, — озадаченно произнес Гленн. — Я его знаю.
Она проследила за его взглядом и увидела длинный черный лимузин, стоявший в парковочной зоне перед больницей. К нему направлялись трое мужчин, вышедших из здания. «Интересное трио», — подумала Кэндис, наблюдая за их походкой и жестами. Посередине, похоже, шествовал босс, двое, что по бокам, нацепившие темные очки в пасмурный день, — его подручные. Один был афроамериканцем, высоким и худым, другой — белым лет пятидесяти, с огромной отметиной розового цвета на левой щеке, по размеру и форме напоминавшей ладонь человека, будто кто-то залепил ему пощечину, а след так и остался. На обоих были желто-коричневые брюки и белые рубашки с открытым воротом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
