— Мобильность? Сай хочет начать войну? Но против кого, во имя Древа? Что с ним произошло?
— Ты знаешь, приказы короля не обсуждаются.
— Рэй, послушай, — Клайм сделал глубокий вздох, — мне это известно, но мне не нравится, что мы узнаем последними о таких важных решениях. Обыкновенно в таких случаях проводится чрезвычайное совещание или военный совет в расширенном составе.
— И все же мы должны подчиниться. Я уверен, что Сай Валентайн обязательно объяснит свои приказы позднее. Я могу извинить его величество срочностью дела. Просто прими на веру, что ему известно то, что не знаешь ты. И пока он не говорит это тебе лишь потому, что не хочет, чтобы сведения просочились в ряды наших солдат. Наверняка, дело достаточно серьезное, настолько, что нам не нужна лишняя паника в той части нового ополчения, которую ты тренировал все это время.
— Да какое там ополчение — все это просто сброд. Мне повезло, что я нашел хотя бы талантливых командиров. Иначе мне бы с ними не справиться. Ах да, верно… почему бы не задействовать их? — неожиданно вспомнил Клайм.
— О ком ты говоришь?
— Ты, верно, не присутствовал при нашей первой встрече с беженцами. Сейчас я познакомлю тебя с этой парой, они единственные, кто способен держать в руках весь этот разношерстный народ.
Оставив капитана в легком недоумении, Клайм подошел к выходу из палатки. Выглянув из нее, он взглядом подозвал своего адъютанта. В этот момент он снова вспомнил недобрым словом Мизара Фон Грассе. Этот его починенный был адъютантом только на бумаге, постоянно пропадая в столице в качестве советника Сая. Ну конечно, эта должность была, видите ли, слишком низкой для 'его превосходительства'. Клайм скривился, но факт оставался фактом. Теперь, после того, как все прямые наследники перед этим человеком были убиты либо исчезли с горизонта, фактически он становился законным следующим главой Ксанады. Однако, похоже, это его не интересовало. В это время страна осталась на грани развала. Хотя какое дело было Клайму до Ксанады? Что действительно волновало его, так этот приказ Сая.
— Пошлите за Оли Миа, я хочу поговорить с ним и… — Клайм подавил глубокий огорченный вздох, — и за его господином тоже пошлите. — 'Господином' был тот самый усатый черноволосый выскочка–дворянчик, которому Клайм преподал хороший урок при въезде в лагерь. Звали Сан Рэн. Однако, как выяснилось впоследствии, несмотря на свой склочный и высокомерный характер, он был превосходным руководителем.
Несколько минут спустя двое появились на пороге. На первый взгляд было сложно найти двух столь непохожих друг на друга людей. Первого звали Оли Миа, в и прошлой жизни, еще до того, как Приора разорила его родную деревню в Аше, он был фермером. Коренастый, широкоплечий и смуглокожий, с волосами, завитыми мелкими кудряшками, что было характерно для многих в Срединных странах. Самым примечательным был его нос — крючковатый и с горбинкой. Он был выходцем из простого сословия, но Клайм сразу оценил его удивительные навыки собрать вокруг себя людей и заставить их делать то, что ему нужно. Одет он был в те же широкие, сужающиеся книзу черные шаровары и красную безрукавку. Но теперь на плечи была накинута рубашка, которую он носил на манер плаща.
Второй мужчина вошел, подчеркнуто не глядя на Оли Миа, будто того и не существовало рядом. Смоляные завитые волосы, собранные в низкий хвост, спускались ниже плеч. Усы — предмет его особой гордости — торчали двумя стрелками вверх. Надменный подбородок и не менее надменный взгляд. Должно быть, он по–прежнему считал, что служит у Клайма лишь из одолжения. Одежда его, свободная, золотисто–желтого цвета, была перевязана широким черным кожаным поясом с затейливой оплеткой. На нем висел свитый кольцами хлыст, который тот не стеснялся пускать в ход при первой же возможности. Сай Рэн был родом из Таары, но по иронии судьбы в Аше он являлся наместником правителя и был господином деревни Оли Миа. Вот и сейчас он словно все еще не мог забыть и понять, что его деревни, ровно как и правителя, больше не существовало. Он продолжал держать себя как надменный юнец, иногда перегибая палку. Так что Клайму приходилось постоянно быть начеку, чтобы тот не выкинул какой–то фокус, настроив против себя его людей.
Но у этих двоих было одно общее, что объединяло их. Как и Оли Миа, так и Сан Рэн — оба держали в железных рукавицах всех пришлых из Срединных стран. Оли Миа снизу. А Сан Рэн среди знати. Они очень помогали Клайму, хотя ему и не хотелось признавать, но они стали фактически незаменимыми.
Поднеся надушенный платок к носу, словно в палатке плохо пахло, Сан Рэн спросил:
— Зачем ты вызвал нас? У меня куча дел. Если хочешь, чтобы я держал в узде всю эту свору, у меня нет времени отвлекаться по первому твоему зову.
— Молчи и слушай, — рявкнул Клайм, на всякий случай указав пальцем место рядом с собой. Иначе с этим человеком говорить было нельзя. — Оли, ты тоже. Я не вызвал бы вас просто так. Мне известно, какая ситуация в лагере, я и так наложил на вас множество обязанностей. Да тяжело, но вы же знаете, что иначе нельзя.
— Что–то произошло, командир? — спросил Оли Миа.
— Да, хмм, — Клайм неловко прочистил горло и подошел к походному шкафчику. Достав из него два бокала, он налил в них вина из стоящей тут же бутылки и протянул их обоим подчиненным. — Хотел спросить, нашли ли вы себе надежных помощников за это время? Лучше бы, чтобы у каждого из вас было хотя бы еще по двое доверенных людей.
Краем глаза Клайм видел, как Рэй Нордис отошел в угол палатки и прислонился к стенке, опустив голову. Дело было деликатное, Клайм не мог отдавать приказы напрямую этим двоим. Ведь они не были подданными Астала, и его подчиненными фактически тоже. Ситуация была скользкая, а он никогда не был силен в дипломатии.
— У меня есть пара толковых парней, я уже объяснил им что к чему, — ответил Оли Миа. Но его прервал Сан Рэн:
— Я не собираюсь отдавать вам своих людей, если ты это имеешь в виду. Я не подданный Астала. И не давал присягу.
— Знаю, знаю, — Клайм старался держать себя в руках, но это стоило огромных трудов. С этим человеком было трудно иметь дело. — Вы проделали хорошую работу. Вы оба, — подчеркнул Клайм. — И ты прав, Сан Рэн, я не имею права отдавать вам приказы, но я хотел бы сделать предложение.
— Предложение? Командир, не темни, говори прямо. Я не привык к обинякам, — Оли Миа поставил едва ли наполовину выпитый бокал на стол, а Сан Рэн напротив залпом осушил свой.
— Сегодня Рэй привез приказ о создании интернациональной армии. Полагаю, это может быть возможно лишь в одном единственном случае — добровольности. У вас больше не осталось родины, куда бы вы могли вернуться, также нет домов и земель. Все, что у вас есть — ваша гордость и память о ваших странах. 'Черт, Сай, у тебя бы получилось намного лучше. Я не мастер говорить', — про себя выругался Клайм.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
