— Да, слухи ходят по нашему лагерю, о тех, кто называет себя… как же это, — мужчина сжал виски, — а да, они называли себя 'независимыми'. Это просто обозначение или название, я не могу точно сказать. Но думаю, мои люди смогут найти главных.
— Я тоже… — вдруг поспешно вставил Сан Рэн, словно не желая уступать первенство в их паре простому фермеру, — я тоже поговорю с дворянами… с офицерами, то есть. Я лично, — выпрямившись, Сан Рэн с достоинством нацепил свой тюрбан, — прослежу за тем, чтобы эти слабовольные трусы были выдворены из лагеря. Если они так хотят возвратиться в свои руины — это их личное дело.
Клайм кивнул.
— Рассчитываю на вас, и также даю вам день, чтобы решить насчет моего предложения.
— Конечно, командир, мы подумаем, — кивнул Оли Миа. Сан Рэн отвесил деревянный знак почтения, и удалился еще раз, по пути покосившись на щепки, разбросанные по полу.
— Ну, что скажешь? Я полностью провалился? — устало спросил Клайм, после того, как они с Рэем остались наедине.
— По–моему, ты неплохо справился, — кивнул капитан. — И даже это нападение сработало нам на руку. Теперь они подумают дважды, прежде чем отказаться.
— Думаешь, они откажутся?
— Они согласятся, я уверен, — покачал головой Рэй Нордис. — У них нет иного выхода. Интернациональна армия, — проницательные глаза капитана задумчиво сузились. — Что его величество задумал? Я слышал, в Риокии будет ждать посланник Сая с секретными указаниями. Надеюсь, это не приведет к очередной войне.
— Сай не поступил бы так глупо, — Клайм склонил голову. Да, Сай никогда не сделал бы чего–то настолько бесполезного, как нападение на столицу. К тому же у Рэя был пропуск в виде мирного договора с этой страной. Но власть там переходила из рук в руки после смерти старого короля. И теперь трусливый старший принц Мортимер готов был просить помощи с любой стороны, лишь бы усидеть на троне.
— Рэй, — вдруг спросил Клайм, увидев странное выражение на лице друга, — ты ведь ничего от меня не скрываешь?
С миг их взгляды скрещивались, но потом Рэй слабо улыбнулся.
— Ну что ты, если бы было что–то кроме этого, ты бы узнал первым.
Но сомнение осталось. Сомнение, что Клайм что–то пропустил, что он не узнал нечто важное. Приказ о мобилизации не давал покоя командующему армией Астала в Вальце.
Часть 2
(Виера. Кабинет короля)
'Кальвин, я…' — рука Сая вывела только эти два слова и застыла. Он не знал. Он действительно не знал, что писать дальше…
'Кальвин, уже наступила весна. Ты чувствуешь? Но ты так и не увидишь, как распускаются листья на деревьях в саду дворца. Ты не увидишь их, потому, что тебя больше здесь нет. Потому, что я сам приказал тебе не приближаться ко мне. Хотя я не сказал этого, но все равно своими руками я сломал все. Но я надеюсь… Кальвин, что те места, где ты находишься сейчас, так же красивы, как и Виера в эти дни начала весны…'
Сай обвел взглядом стены своего кабинета. Как бы он ни желал этого, он больше не мог убегать от своих обязанностей. И снова вынужден был вернуться сюда, в этот кабинет. Все дни были заполнены бесконечными встречами, заседаниями, инспекционными поездками, совещаниями. Поездки. Работа, подписи, и вновь совещания…
'Если бы ты был здесь, то наверное кричал бы, что это все тебе надоело и что я наглый эксплуататор… Сколь много я бы отдал, чтобы еще раз услышать это крик. А Эвенка метала бы в тебя свои веера, говоря, что ты слишком шумишь…'
Но Сай отчетливо понимал, что вся эта работа, которой он завалил себя, перемежающаяся лишь коротким четырехчасовым сном, была лишь иллюзией. Иллюзией, что ничего не изменилось, что даже если он потерял двух своих самых незаменимых помощников, ничего не изменилось… 'Ложь, Ложь, Ложь! Мне хочется кричать, что все это лишь фарс, кому я лгу, кроме самого себя. Мне не хватает вас обоих… Но после того, как я предал вас обоих, и прежде всего тебя, Кальвин самым ужасным образом, как я могу мечтать о таком? И теперь я должен просто выполнять свои обязанности как король? Чушь!..'
Резные настенные часы с птичками, своим щебетом обозначая каждый час, показали половину шестого вечера. Закат в это время года начинался позднее, чем зимой.
'Ты видишь, Кальвин, дни стали длиннее, и я могу работать допоздна, не зажигая света. Но работа — лишь способ скрыться от реальности. Знаешь… я начал бояться ночи. Ведь когда наступает ночь, сон не приходит ко мне, вместо этого я снова и снова нахожусь в том месте. Древо… Мне кажется, что оно стало моим крестом…'
Обед, оставленный на столе Даной Торн, был наполовину съеден, но Сай уже не помнил даже его вкуса.
'Скажи мне, Кальвин, как давно пища перестала казаться мне вкусной? Когда я потерял сам вкус к жизни?'
Обстановка кабинета обычно была располагающей к долгой работе. Все в этом кабинете было знакомым и близким сердцу короля. Ничего не изменялось, несмотря на то, что сам кабинет периодически разрушался.
'Кальвин, должно быть ты считаешь меня ужасным человеком? Так и есть. Поэтому, Кальвин, хотя больше всего на свете я желаю увидеть тебя вновь, не возвращайся… Я дам тебе совет — убегай как можно дальше от меня. От такого меня… Потому, что я не знаю, что сделаю с тобой, если ты вернешься. Я больше не уверен в себе, я больше не могу доверять самому себе…'
Сай выдохнул, отложив перо в сторону, и закрыл дневник…
Он начал вести его после возвращения из Приоры. Была там и предыдущая запись, после того, как он узнал, что Кальвин исчез из камеры в Академии Наук. Сама Академия теперь стала куда более странным местом. В лабораториях для изучения магии теперь велись тайные исследования, уполномоченные его собственной рукой.
Взглянув на свою ладонь, он в отвращении и горечи зажмурился, отведя взгляд. И все же пора вернуться к работе. Он не имел права дольше предаваться сентиментальным воспоминаниям. Ведь у него были обязанности как короля этой страны. Несмотря на то, что он потерял так много, он был должен намного больше. И все его подданные, и беженцы из других стран — они не виноваты в том, что король Астала так слаб. Поэтому, Сай должен работать.
Стопка бумаг справа от него доказывала это каждый день и каждый час. Вот поэтому он не мог остановиться. Потому, что если он остановится, кроме него эти обязанности будет некому выполнять. Тенио куда–то запропастился, а Велька — как он мог требовать от нее больше, чем она уже делала? Рэй Нордис должен был уже доставить в Вальц тот приказ. Но еще оставались нерешенные дела с Риокией. Ту смуту, что происходила в ней, пора было остановить. И еще была Ксанада. Но и для этого у Сая уже был план. 'Ты отвратителен', — кривая усмешка появилась на губах Сая, — 'какое у тебя право решать судьбы других стран?' Но Зоар бы сказал, что это единственный путь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
