уже исследовал около 25 трупов и нашел важнейший и верный способ анестезирования седалищного нерва. Скажи по телефону Иванову, что я прошу его, если встретится какая-нибудь операция на ноге (на бедре, на голени, на стопе), не делать ее до моего приезда, т. к. хочу испытать новый способ анестезирования седалищного нерва»[41].
В 1912 году в годовом отчете главный хирург, хотя и скупо, но отмечает свой опыт регионарной анестезии: «Значительно чаще применялась регионарная анестезия, дававшая блестящие результаты». И приводит цифры, из которых следует, что он применял этот метод в стационаре – в 16 процентах случаев; в амбулатории – в 12 процентах.
Отметим, что Войно-Ясенецкий в Переславле-Залесском, вслед за сложившейся практикой в клинике Дьяконова, решил публиковать ежегодные годовые отчеты о работе в больнице отдельной книгой. Вместе с этими изданиями стали достоянием гласности несколько сотен составленных им историй болезни. Отчеты – несомненно, научный труд, дающий анализ жизни больницы за несколько лет. Не случайно впоследствии в приложении к своей диссертации «Регионарная анестезия» в списке трудов были указаны отчеты о деятельности Переславской больницы.
Но вместе с тем в отчетах как бы открывается для нас внутренняя жизнь страны, такие ее стороны, как самочувствие народа и его обывательская, ежедневная жизнь. Перед нами коллективный портрет в основном сельского жителя. Большинство записей обнажает быт российского мужика: «ушиб ногу упавшим бревном», «ударила в лицо копытом лошадь», «упал с воза», «свалился со стога»… И грыжи – бесчисленные пупочные и паховые грыжи, болезни тяжело работающих людей.
Вместе с тем выделяется и еще одна группа больных, чьи раны – следствие иных обстоятельств, к сожалению, тоже типичных для Российской империи. Читаем эти ужасные строки: «В праздник получил удар колом по голове», «тесть ткнул вилами в бок», «пьяный сам упал с крыльца», «на Петров день получил удар в грудь ножом», «ранен топором в голову»… Или так: «Егор О., 36 лет, из д. Большево Петровской волости. Сильно пьянствовал, но в последнее время бросил пить. Несколько дней был очень задумчив, тосковал, не спал по ночам… В шесть часов вечера перерезал себе горло кухонным ножом, затем бросился бежать по деревне и упал, истекая кровью».
За этими «колами и вилами», «ножами и топорами» проступает нечто страшное, омерзительное, пугающее в жизни народа…
В декабре 1912 года главный врач Переславской больницы докладывал о своих достижениях на IX съезде российских хирургов в Москве. Он представил научному сообществу свой метод блокады седалищного нерва, то есть указал точку, в которую нужно вводить анестезирующий раствор. Впоследствии ее стали называть точкой Войно-Ясенецкого.
Валентин Феликсович неустанно хлопотал о необходимых изменениях в состоянии больницы. В отчете о ее деятельности за 1912–1913 годы он указывал: «Электрическое освещение операционной… не является предметом роскоши, как может показаться на первый взгляд: освещение операционной керосиновыми и спиртовыми лампами подвергает большой опасности оперируемого больного, всех участников операции, т. к. от соединения паров хлороформа с газообразными продуктами горения керосина и спирта образуется очень ядовитый газ, хлорокись углерода, белые пары которого наполняют всю операционную, вызывают очень быстро у находящихся в ней тяжелую головную боль, кашель, обмороки, а иногда и смерть больного»[42].
Ему удавалось буквально выбивать от земства деньги на нужды больницы, на увеличение штата, улучшение условий работы персонала и содержания больных, ремонт. Земская управа, хотя и не без упрямства, соглашалась с предложениями своего главного врача. Удалось построить инфекционный корпус, прачечную и дезинфекционную камеру, провели капитальный ремонт хирургического отделения и открыли рентгеновский кабинет.
В 1913 году Войно-Ясенецкий предпринял решительные действия для завершения процесса защиты диссертации на звание доктора медицинских наук. Сначала, в январе – феврале, свой отпуск он в очередной раз провел в Москве, работая в Институте профессора Рейна и профессора Карузина, исследуя 300 черепов и найдя очень ценный способ инъекции при обезболивании тройничного нерва. Затем, в конце года, получив трехмесячную командировку, направился в Киевский университет, чтобы сдать докторские экзамены. Возвратившись в Переславль, продолжил работать над завершением диссертации.
С началом Первой мировой войны (1914 год) к возглавляемым им городской, фабричной и уездной больницам добавился военный госпиталь, где лечили раненых пленных. В военное время стало не до изменений больничной жизни. Многое из планировавшегося приходилось откладывать «на потом», но было и то, что, по мнению главврача, необходимо сделать несмотря ни на что:
«Многие из тех нужд больницы, на которые указывали я и мои предшественники… остаются до сих пор неудовлетворенными, но по условиям военного времени не обо всех их уместно говорить. Есть, однако, одна нужда, поистине вопиющая и удовлетворить ее необходимо…
Я говорю о нетерпимом состоянии больничной ассенизации… абсолютно необходимо приобрести для больницы насос и пневматическую бочку, завести лошадь, которая, кстати сказать, и без того крайне необходима для больницы, и держать собственного рабочего ассенизатора.
…В больнице буквально нельзя дышать от зловония во время чуть ли не ежедневной… примитивной чистки ям и необходимости постоянно держать закрытыми окна терапевтического и хирургического отделения, выходящие на восточную часть двора»[43].
К сожалению, и в этот раз положение не изменилось. К тому же военный ритм накрыл больницу. Несмотря на то, что ряд сотрудников был призван в армию, создан лазарет, через который прошло около ста раненых, в том числе и военнопленных.
…Летом 2022 года в период подготовки книги автор побывал в Переславле-Залесском, посетил места, связанные с пребыванием в нем В. Ф. Войно-Ясенецкого. К сожалению, бывшая земская больница, окружающие здания и территория оставляют впечатление заброшенности и неухоженности, запущенности и захламленности; чувствовалось, что здесь редко ступает нога человека. Почему-то в ближайшей округе нет никакого указателя, а расспросы встречных заканчивались одним и тем же: «не знаю». Хорошо хоть на стене здания в 2001 году установлена и сохранилась памятная доска, сообщавшая: «Здесь, в бывшей земской больнице, в 1910–1916 годах работал главным врачом и хирургом профессор медицины, святитель Лука, архиепископ Крымский (Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий). 27.04.1877 – 11.06. 1961». Да-да! Всё с той же неверной датой рождения! Кстати, и работал-то он в больнице как минимум до февраля 1917 года! И покинул город в марте 1917-го!
Упорство и устремленность Войно-Ясенецкого завершились изданием в 1915 году в Петрограде его монографии «Регионарная анестезия», с авторскими иллюстрациями. Она не только знакомила хирургов с личным опытом врача, какого не было в этом виде обезболивания ни у кого из хирургов России, но и служила в качестве диссертационного исследования, что было обозначено на титульном листе части тиража: «Диссертация на степень доктора медицины».
В предисловии автор писал: «…Я хотел надеяться, что книга станет известной моим… товарищам и поможет им успешно удовлетворять те огромные запросы на хирургическую помощь, которые так настойчиво предъявляет им жизнь… Внимание земских врачей было бы для меня лучшей
