Это наш первый ужин дома. Сегодня будем балбесничать, а завтра с утра подумаем, что нам делать дальше. И не надо нам никаких баб, правда?
– Ма шер, ты почему такая грустная? – спросил Марсель, хозяин салона, Оксану. – Ты же в последнее время выглядела такой цветущей.
– Отцвела уже, – буркнула в ответ та.
Ей было грустно.
Я, кажется, влюбилась в этого Рыжего. Есть в нем что-то настоящее, то, что нужно женщине. Но перспектив никаких. Ноль! Я тут, он в Москве, и сюда уж точно не переедет… Казалось бы, врач с таким именем, с такой репутацией везде нужен, но бюрократия тут такая… Русский диплом не годится, видите ли… А мне в Москве делать нечего… Впрочем, меня никто в Москву и не звал. А я бы с дорогой душой… Я была бы счастлива ждать его допоздна с работы, готовить для него, стирать-убирать, обихаживать его кота… Но… Даже намека с его стороны не было… Попользовался и улепетнул в свою Москву. И хотя нашептал мне столько всяких слов… А чего они стоят, эти постельные речи? Шекель в базарный день! Ладно, это еще не конец света. Будем жить дальше. Он даже не обещал звонить…
Розалия тоже заметно погрустнела после отъезда племянника. Говорит, даже сама не ожидала, что так привяжется к нему… И все спрашивает, не звонил ли он мне… Ей раза три-четыре звонил, в мне ни разу… Скотина! Такая же скотина, как все мужики…
А доктора Симачева в Москве неожиданно закрутило. Ему позвонил его однокашник Матвей Уралов, глава одной частной клиники.
– Привет, старик! Слыхал про твои проблемы.
Игорь Анатольевич хотел было что-то сказать, но Матвей Александрович не дал ему даже слово вставить.
– Вот что, друг, бросай все и приезжай ко мне. Записывай адрес!
– Погоди, Матвей…
– Некогда мне годить, давай приезжай! Да захвати с собой все документы…
– Какие документы? – удивился доктор Симачев.
– Все. Я беру тебя на работу! Только не трынди мне про свой тремор. Я все знаю, но не пропадать же такому классному специалисту! Я такого не допущу! Будешь у меня консультантом, молодых обучать будешь. Словом, дело такому врачу найдется. А будешь при деле, все неприятности забудутся. Глядишь, и тремор твой пройдет. Короче, бери такси и приезжай! Зарплату тебе положу хорошую. Будешь завидным женихом без эмпэ. – хохотнул Матвей Александрович.
– Что? – не понял доктор Симачев.
– Без материальных проблем, – пояснил Матвей Александрович. – Так что, едешь?
– Еду! – решился вдруг Игорь Анатольевич. – Кажется, это именно то, что мне нужно.
– Рыжик, придется тебе побыть одному. Уж извини, брат, надо привыкать. Если я выйду на работу… – Он поцеловал котенка, уложил в купленную для него специальную корзинку и ушел.
С Матвеем Игорь Анатольевич не виделся лет пять. За это время доктор Уваров сильно раздобрел, выглядел настоящим боссом.
– Мотька, а ты сам оперируешь?
– Да нет, дружище, у меня на столе умерла молодая женщина, с тех пор не могу…
– Твоя вина?
– Нет, у нее были травмы, несовместимые с жизнью, после аварии… Но я взялся и не справился. С тех пор появился страх… Да я и предпочитаю совсем другое: собрать под свое крыло самых классных специалистов, вроде тебя. И умело ими руководить, чтобы склок не было… Пошли, покажу тебе нашу клинику.
Они шли по коридору.
– Оборудование у нас новейшее, персонал опытный, – не умолкал доктор Уваров, вдруг остановившись. – Я слыхал, ты в своем отделении молодых не держал, – со смехом произнес он. – Я вообще многое о тебе узнал. Что в разводе, живешь один, квартиру у тебя оттяпали…
– Не совсем так… Просто родительскую квартиру я разменял. Мне и однушки достаточно, и кстати, я уже не один. У меня теперь кот есть, Рыжиком звать. Я его в Тель-Авиве на улице нашел. Такой парень…
– Вот не знал, что ты кошатник.
– Я и сам не знал, а вот взял его на руки и пропал, – смущенно засмеялся доктор Симачев. – Ну, Мотя, веди, показывай свое хозяйство!
«Хозяйство» оказалось просто великолепным. Роскошное оборудование, превосходное оснащение, сверкающие чистотой палаты и коридоры.
– А что ж ты мне операционные не показываешь? – заметил Игорь Анатольевич, что его не ведут в святая святых.
Матвей Александрович смешался и что-то начал нести в оправдание.
– Ааа, я понял! Боишься меня травмировать? Спасибо, конечно, но напрасно. Я все-таки не мимоза.
– Покажу, нет проблем! – обрадовался Матвей Александрович.
В дальнем конце коридора Игорь Анатольевич вдруг приметил высоченного мужчину в зеленом медицинском костюме. Он показался ему знакомым. А тот быстро пошел ему навстречу.
– Конопатый, это ты? – бросился тот ему в объятия.
– Санька! – обрадовался доктор Симачев. – Ты здесь теперь?
Они обнялись. Это был анестезиолог Александр Лавочкин, по кличке «Авиатор».
– Ты теперь будешь тут работать, Игорь?
– Похоже на то.
– Да будет-будет, куда денется, – заверил анестезиолога Матвей Александрович.
– Ладно, я пошел, мне к больному надо. Рад был повидаться!
– И я!
– Вот видишь, Игоряша, какие хорошие люди у нас трудятся.
Посещение операционной произвело на Игоря Анатольевича прекрасное впечатление.
– Здорово, Мотька! Я впечатлен.
– Пойдешь ко мне работать?
– Пойду, все равно ведь надо работать, а тем более со старыми знакомыми…
– А сейчас я тебя познакомлю с ребятами, которых будешь учить и опекать на первых порах. Талантливые, заразы, но не обстрелянные еще…
Матвей Александрович распахнул дверь комнаты, где за двумя столиками сидели парни лет под тридцать.
– Вот, друзья мои, позвольте вам представить вашего будущего наставника, доктора Симачева, Игоря Анатольевича.
– О! – воскликнул один из парней.
– Этого парня зовут Касум, а этого просто Ваня… А Лев где?
– Сейчас придет.
Дверь открылась и вошел третий молодой человек, видимо, Лев. Его лицо показалось доктору Симачеву знакомым.
– Ой, Игорь Анатольевич! – воскликнул он. – Не узнаете меня?
– Простите, нет… Мы знакомы?
– Гора Тавор, случай на экскурсии…
– Ааа, припоминаю, вы помогли мне тогда.
– Ерунда, просто сделал укол… Вы у нас будете работать? Это клево!
– Знаешь, – засмеялся Матвей Александрович, – это наш «Лева, это клево!»
Лева покраснел.
– Игорь, а помнишь, как тебя на первом курсе доставали?
– Ты имеешь в виду эту идиотскую дразнилку про убитого дедушку? – хмыкнул Игорь Анатольевич.
– Какого дедушку? – полюбопытствовал Касум.
– Да меня вечно дразнили «Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой!»
– Ах, какая нехорошая дразнилка! Дедушек не следует убивать! – со смехом заметил Касум.
– Ладно, пока оставляю вас для более детального знакомства. Игорь, потом зайди ко мне, будем оформлять тебя. С понедельника выйдешь на работу.
И Матвей Александрович ушел.
Через два часа, так и не дождавшись старого приятеля, Матвей Александрович
