бухгалтерию, бросив на прощанье начальнику отдела кадров:
— Ну я вам не напоминаю, что о моих интересах никому ни слова. А если кто полюбопытствует, скажите, что уговаривал вас принять на работу несколько освобожденных из заключения мальчиков. Мне же сразу позвоните об этом.
— Как будто не знаю! — деланно обиделась начальник отдела кадров.
Бухгалтер, плотный мужчина с сатиновыми нарукавниками, одетыми на рукава пиджака, выслушав Тетяева, скупо сказал:
— Нет, недостач по столярке у нас пока не было.
— Ну, а рамы, двери, кухонные подоконные столики или, как вы все это называете, «столярка» списывается на каждый дом в том количестве, что предусмотрено проектом или больше?
— Бывает и больше, — после продолжительной паузы, нехотя ответил бухгалтер, — ведь столярка рассыхается, ломается…
— Воруется! — не удержался Тетяев.
— Нет! Нам такие случаи неизвестны.
От бухгалтера Михаил Кузьмич пошел на стройку домов, чтобы посмотреть, как выглядят его Володьки. Но с изуродованным носом среди них никого не нашел.
Пообедав, Тетяев пошел на деревообделочный комбинат, но и там ничего нового не выяснил. Вечером, уставший и недовольный, Тетяев встретился с Литвиновым в райотделе. Они рассказали друг другу, как прошел у них день.
— Значит торговец действительно существует и торгует, по-видимому, все же похищенными дверями. — задумчиво сказал Тетяев.
— Да! И завтра мы его должны найти.
На следующий день, когда время уже близилось к вечеру, в кабинет Николая Ивановича буквально влетел Тетяев. Черная меховая шапка его была сдвинута на затылок, а полупальто расстегнуто.
— Ты что это так? — не совсем любезно встретил его Литвинов. Заболеть захотел? Ведь на дворе мороз!
— Не до этого, Николай Иванович! Мчался к вам со скоростью спутника! Прохожие сторонились. Наверно, думали, что из психиатрички сбежал. Так, установил я вора! Это каменщик-монтажник Муранов Владимир Васильевич. Работает, оказывается, не у строителей, а в монтажной организации. Все на месте! И нос и часто прогуливает. Был я и в доме, где он живет. Он не столяр. Инструмента не имеет и не плотничает!
— Молодец! — обрадовался Литвинов. — Ты, конечно, молодец, а не Муранов!
— Но это цветочки, Николай Иванович! А вот вам и ягодка. Вчера Муранов с работы уволился и заявил в бухгалтерии, что из Челябинска уезжает. Соседи говорят, что вещи уже упаковал!
— Да ну?! — начальник ОБХСС даже привстал. — Немедленно установи надзор за домом! А я сейчас пойду и доложу начальнику райотдела.
— Есть! — Тетяев так же стремительно, как и вошел выскочил из кабинета.
Как у любого человека, занятого работой, так и у Литвинова время, оставшееся до вечера, прошло незаметно. Тетяев не звонил. Очевидно, у него было все в порядке. И когда он внезапно появился перед Литвиновым хотя и со спокойным и даже равнодушным лицом, то у начальника ОБХСС все же сразу екнуло в груди.
— Как идет наблюдение? — тревожно спросил он.
— Я снял наблюдение, — спокойно отозвался Тетяев, не торопясь, стал расстегивать полупальто и сел на диван.
— Опять ты со своими предисловиями! Рассказывай, что случилось! — нетерпеливо проговорил Николай Иванович.
Тетяев ухмыльнулся.
— А куда торопиться? Дело уже сделано, а поспешность в нашей работе часто вредит. Так вот, смотрим мы — Муранов куда-то пошел. Чувствуется по всему, что под хмельком. Сворачивает в домоуправление. Не успел мой помощник покурить, как на улицу выбегает домоуправляющий. Сразу видно, взволнован чем-то. Он меня знает, да и ростом я, говорят, удался, так что никак не мог увильнуть от встречи. Пригласил он меня в свою контору, говорит, что там хулиган бога и мать по очереди вспоминает и к телефону не допускает. Я зашел, а там Муранов куражится. Пришлось взять его и доставить сюда. А вот и акт о мелком хулиганстве, составленный работниками домоуправления.
Тетяев положил на стол исписанный лист бумаги.
— Да-а, — озадаченно протянул Литвинов, — а я-то думал, что Муранов, возможно, ночью пойдет на кражу, и мы возьмем его с поличным!
— Нет худа без добра. Судья арестует его за мелкое хулиганство, и мы сможем без спешки доказать вину Муранова.
— Ладно! Что сделано, то сделано. Давай подумаем, как лучше организовать его допрос.
И опять началось подробное обсуждение предстоящего поединка следователя с преступником. И лишь только тогда, когда все вопросы, которые необходимо было выяснить, и все возможные ответы, которые мог дать преступник, не остались без всесторонней оценки, Тетяев пошел в свой кабинет.
Утром, а потом и ближе к обеду в разных концах Металлургического района, где имелись индивидуальные строительства граждан, можно было увидеть двух мужчин. Один из них, в демисезонном драповом пальто, кирзовых сапогах и серой шапке-ушанке, часто потирая обезображенный шрамами нос, недовольно поглядывал на своего спутника. А тот, на голову выше своего попутчика, в полупальто и в черной шапке, казалось, был очень доволен прогулкой. То ли ясная морозная погода, то ли снег, хрустевший под ногами, то ли застройщики, приветливо бросавшие этой парочке: «Привет, Володя!», но что-то, видимо, благотворно действовало на настроение высокого мужчины в полупальто.
В конце концов они свернули к центру Соцгорода и, пройдя еще несколько улиц, скрылись за дверью высокого здания с вывеской: «Отдел милиции…»
Вскоре у подъезда дома остановилась темно-синяя машина с красной полосой. Из нее вышел Литвинов. Войдя в кабинет к Тетяеву, он подал ему лист бумаги и спросил:
— Ну как ваша прогулка?
— Замечательно! Многие застройщики его опознают.
— Муранов оказывается уже судим за хулиганство. Так что используйте эту справку о судимости во время допроса, как мы договорились. А как судья?
— Утром дал ему десять суток ареста.
— Прекрасно! Приступайте к допросу.
Умело организованный допрос, как заранее разученная партия в шахматы, дал ожидаемый результат. Муранов сознался в хищении дверей со стройплощадки жилстроя. Было установлено, что всего преступник похитил 79 дверей и две раковины от умывальников. Администрация же жилстроя, хотя и видела перерасход по дверям на строительстве каждого дома, не обращала на это внимания.
— Мимо такого безобразия молча проходить нельзя, — нахмурился Литвинов, выслушав доклад Тетяева, — напишите представление управляющему трестом о необходимости принятия соответствующих мер.
— Есть! — отозвался оперуполномоченный.
— А теперь возьмите вот это заявление. Судя по нему, непорядок в заводской столовой. Составьте план проверки, потом покажите его мне. Идите!
— Есть!
СРОЧНЫЙ РЕМОНТ
Возвратившись из краткосрочного отпуска в Челябинск, участковый уполномоченный Металлургического райотдела милиции старший лейтенант Горбатюк, несмотря на раннее время, сразу же пошел к своим помощникам из числа жителей обслуживаемого им поселка.
«Как тут без меня? Не было ли каких происшествий?» — подумал он. Его внимательный взгляд скользил но знакомым домикам Каштака. Те же крашенные
