в основном для дальнобойного оружия используют, чтоб поправки минимальные вносить. И нет, жёлтых с фиолетовыми не бывает, как и прозрачных. В них смысла никакого.
— А если я себе куртку прозрачной пылью посыплю?
— Исчезнешь местами, — подтвердила мою теорию Гюрза.
— А почему местами?
— Для полного исчезновения куртку придётся покрасить, чтобы пыль как следует прилипла.
— А если машину зелёной пылью покрасить?
— Ты дохрена богатый, что ли?
— Ну, так-то да, — вздохнул я. — Но ведь можно?
— Мазай только на таких и ездит. Блин, да где эта пельменная?
— Только не говори, что ты снова жрать хочешь?
— Дурак? Там собеседование проходит.
— А-а-а, — протянул я и замолчал.
Нет, вопросов у меня было ещё много, но Гюрза не очень-то охотно на них отвечала. Видимо, у самой мозги чем-то заняты, да и настроение в последнее время скачет, как тот дикий конь. Короче, лучше её пока не трогать и дождаться окончания тех самых дней, из-за которых нервничают все женщины мира.
Пельменную в итоге отыскали. Во внешнем мире в такую разве что силой могли затащить. А здесь иди ж ты, почти средний класс. Пластиковые столы и точно такие же стулья, которые не каждый рискнёт в уличном кафе поставить. Столешницы липкие и вызывают отвращение, однако есть те, кто не боится за ними обедать. С другой стороны, микс способен побороть любой недуг, включая связанный с пищевым отравлением. Впрочем, запах здесь витал вполне аппетитный, так что не всё столь ужасно, как кажется на первый взгляд.
— Ты Фельдшер? — спросила Гюрза, обращаясь к мужику, что делал какие-то записи в блокноте.
— Смотря кто спрашивает? — Он оглядел нас с ног до головы.
— Мы по объявлению из комендатуры.
— Всё, девочки и мальчики, набор окончен, — закрыв блокнот, ответил Фельдшер. — Караван сформирован и завтра вечером отправляется в путь. Короче, кто не успел, тот опоздал.
— Он профессиональный дальнобойщик, — кивнула в мою сторону девушка. — А меня зовут Гюрза.
— Мне это о чём-то должно сказать?
— Я наёмница высшего эшелона.
— А я — русская балерина, — ухмыльнулся он. — Всё, набор окончен. Точка.
— Спорим, я ушатаю твоих верзил в рукопашной схватке менее чем за минуту?
— Даже если так, мне какой с этого прок? Ты что, на тварей с голыми руками прыгать будешь?
— Можем устроить соревнования по стрельбе. — Гюрза и не думала сдаваться.
— Послушай, девочка, некогда мне этой хернёй страдать. Завтра в рейс, так что прощайте, господа профессионалы. Попробуйте попытать счастья в другом караване.
— Ты не понял, — покачала головой подруга. — Нам нужен именно этот. Ты же на восток собираешься?
— Ясно, могу взять в качестве попутчиков, по двадцать камней с носа за сутки. Жратва и жильё — ваши проблемы.
— Ладно, — внезапно включила заднюю Гюрза. — Но учти: если передумаешь, наши услуги вырастут в цене.
— С какого это я должен передумать? — ухмыльнулся Фельдшер.
Гюрза не ответила. Мы вместе выбрались на улицу, после чего быстрой походкой затерялись в лабиринте складов. И только свернув за пятый угол, подруга остановилась и с ехидной рожей выудила из-за пазухи знакомый блокнот.
— Фигасе! — удивился я, — Когда ты его свистнуть-то успела?
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — крылатой фразой ответила она, при этом листая страницы. — Ага, вот оно.
— Что-то мне подсказывает, до добра это дело не доведёт. Ты не станешь никого убивать?
— Я, по-твоему, кто? Просто спеленаем парочку кандидатов и с невинным видом дождёмся каравана Фельдшера.
— Вот объясни мне, дураку, за каким хреном нам все эти сложности? Чем плох вариант с попуткой? А ещё лучше — с личной машиной, которая у нас, к слову, имеется.
— Нужно, чтобы нас кое-кто заметил, — поморщилась Гюрза.
— Это я уже и без тебя догадался. И чьё же внимание нам так необходимо? Надеюсь, не Мазая?
— Сплюнь и не произноси всуе… Скоро ты сам всё узнаешь.
— Так сложно ответить? Или ты боишься, что я нас сдам?
— Нет, просто не хочу спугнуть удачу.
— Вот ты прям бесишь иногда своими закидонами.
— Короче, Руль, мне кажется, что Кот сказал нам не всю правду.
— О чём ты?
— Я думаю, что их агент тоже наткнулся на мёртвого Смита, а то и вообще появился там после меня.
— С чего такие выводы?
— Во-первых, мы ещё живы, и вряд ли дело в том, что торговый союз нуждается в наших услугах. А во-вторых, Смит собирался продать им камень, так какой смысл его убивать в момент сделки? Те инструкции были написаны вовсе не от хреновой памяти. Сомневаюсь, что о такой закладке вообще можно забыть.
— Только не говори мне, что одержима поиском настоящего убийцы.
— Репутация, Руль, запомни это слово. — Гюрза назидательно подняла палец.
— Ладно, но в чём смысл всех этих манипуляций?
— Чтобы нас как следует запомнили. Ты хоть представляешь, сколько людей еженощно проходит через этот форт? Нам нужно как-то выделиться на их фоне.
— А разве он не может отыскать нас по тому же принципу, которым воспользовались мы в комендатуре?
— Да, но это ему даст только то, что мы здесь останавливались. А я хочу, чтобы он точно знал, в какую сторону мы ушли. Я вообще подозреваю, что торговый союз занимается тем же самым, играя нас втёмную. А я очень не люблю такие процедуры.
— Не нравится мне всё это, — поморщился я.
— Согласна, мне тоже не в кайф, но этого говнюка необходимо убрать прежде, чем мы доберёмся до камня. Ладно, пойдём-ка ещё раз до комендатуры, хочу посмотреть на портреты кандидатов. По одному только имени мы их до второго пришествия будем искать.
Глава 4
Меры воспитания
Дверь в администрацию оказалась закрыта ввиду окончания рабочего дня. С охранником договориться не получилось, да и смысл, если нужный нам человек всё равно отсутствовал. Естественно, Гюрзу это не остановило, и вскоре мы уже пытались отыскать его методом общения с барменами в различных питейных заведениях. Заодно умудрились договориться о работе с ещё одним караваном. Не уверен, но мне показалось, что это было частью плана подруги.
Ночь уже подходила к концу, и форт постепенно заполнялся людьми,
