она и открыла дверцу духовки.
Он видел ее, он слышал ее, он мог с ней говорить…
– Посмотри на себя, ты валишься с ног. – Кэтрин вытащила пирог, поставила его на стол и вдохнула яблочный запах.
Хейз не верил своим глазам.
– Хорошо получилось, – сказала Кэтрин. – Ну что ты там сидишь, проходи.
Она сняла рукавицы и фартук.
Маркус смотрел на жену не отрываясь, боясь спугнуть ее и больше не увидеть. Она подходила ближе; стук каблуков ее домашних туфель отозвался болью в израненной памяти.
– Да что с тобой? – подала ему руку. – Поднимайся.
Маркус еле встал.
– Сегодня такая метель, я думала, ты опоздаешь… – Кэтрин положила голову на его плечо и стала раскачивать и мужа, и себя в незатейливом тихом танце.
– Я опоздал, – еле вымолвил он, чувствуя ее запах, нюхая ее волосы.
– На каких-то десять минут… – Она улыбнулась. – Это не страшно. Обними меня.
Маркус обнял ее крепче.
– Не так сильно, – засмеялась Кейт. – Ладно, иди ешь, пирог остывает.
Маркус прошел к столу; по кухне разносился запах ванили и яблок.
– Все, как ты любишь. – Кэтрин улыбалась, смотря на него.
– Ты не присядешь? – спросил он.
В дверь опять постучали.
– Сейчас, только открою, – она поспешила к двери, – а ты ешь.
– Нет! – Он не мог сдвинуться с места, ноги будто приросли к полу. – Не открывай, Кэтрин! Нет!
Но она уже не слышала его. Стук раздавался сильней и сильней. Кейт потянулась к двери…
– Нет! – крикнул Маркус и открыл глаза.
* * *
Кто-то ломился в дверь с наглым назойливым стуком. Так стучать могут только…
Маркус потянулся к дверной ручке.
– Здравствуйте! – На пороге стоял молодой человек в помятой зеленой куртке. – Я из туристической компании «Семейный отдых». – Он держал в руках буклет.
Точно! Так стучать могут только торговцы и распространители всякого барахла.
– Какого черта… – приходил в себя Хейз.
– Мы приглашаем вас на увлекательную семейную экскурсию по озеру Роуз. Для вас: романтичный отдых вдвоем, катание на лодке и бесплатная фотосессия. – Он вручил ему рекламную брошюру.
– Мне не нужна никакая экскурсия и катание на лодке.
Молодой человек, не выразив более никакой настойчивости, развернулся и ушел, скрывшись в нависающем над улицей тумане.
Странно, подумал Маркус, обычно они назойливее. Захлопнул дверь и выбросил буклет к газете. Затем постоял еще пару минут, прислонившись к двери; мысли его путались и шумели. Он попытался опять вернуть Кэтрин, почувствовать ее запах, ее руки на своих щеках. Он часто так возвращал ее из мира мертвых в свой потаенный мир, она была так осязаема, так привычна, так странно было это все… Но этот рекламщик стоял у него перед глазами, не подпуская никаких воспоминаний. Маркус хотел отмахнуться от парня, как от назойливой мухи, но тот все не уходил.
Мы приглашаем вас на увлекательную семейную экскурсию по озеру Роуз, – раздалось у Хейза в голове, – по озеру Роуз… по озеру…
– Подождите, какая экскурсия? – Он открыл дверь, но у дома уже никого не было, только ледяной порывистый ветер обдал его снегом.
Никаких экскурсий на озере Роуз зимой не проводили.
Хейз достал буклет из мусорной корзины и открыл его.
На пол упала прядь рыжих волос Кэтрин.
* * *
Озеро Роуз было одним из памятных мест их невзрачного города. Оно замерзало зимой и воскресало под лето – кристально-голубое, глубокое, с миллионом ледяных трещин, привлекающее туристов своей природной нетронутой красотой. Маркус несся по встречке, обгоняя поток неторопливых машин, заносясь на поворотах, чуть не влетая в стоявшие на обочинах многотонные фуры. Вот он промчался мимо частных домов, мимо пекарни и строительного магазина, выехал на перекресток, пересек торговый переулок, миновал заправку, парковку для грузовых машин, проехал мимо полицейского участка, оставив его далеко позади. Вдруг издалека послышался звук полицейских сирен; он нарастал тем быстрее, чем сильнее Хейз давил на педаль. Это за ним, понял он. В этом городе полицейским если и есть чем заняться, так это выписыванием штрафов. Маркус свернул на объездную дорогу, чтобы хоть как-то оторваться. По объездной было дольше, но и машин здесь немного, так что добраться до цели можно быстрей. На переднем сиденье лежал рекламный буклет туристических экскурсий по озеру Роуз. Прядь волос Кэтрин выпала дома; он не помнил, поднял ее или она так и осталась там, на полу. Нет, он поднял, точно поднял, поднял… и куда дел? Хейз полез в карман брюк, одной рукой управляя машиной, – нет, ничего, пусто. Может, выпали, пока он шел до машины? Но Маркус помнил, помнил, что это были они, это волосы Кэтрин, рыжие, как закатное солнце…
Городские дома исчезали в зеркале заднего вида, смыкаясь в одну темную точку; они остались далеко позади, когда он приехал на место. Стрелка спидометра резко опустилась до нуля, заскрипели тормоза. Окаймленное снежными берегами озеро Роуз застыло меж них, поглотив в своем зазеркалье и небо, и берег, и ели макушками вниз. Маркус спускался по заснеженному каменистому склону, соскальзывая, цепляясь руками за облысевшие ветки кустов. Где-то вдали все еще слышался гул полицейских сирен. Туман, будто страшась прикоснуться к замерзшим водам, лишь нависал над ними, не покрывая собой. Вокруг только промозглая пустошь и тишина. Маркус огляделся. Все замерло, все было неподвижно – и лед, и туман, и высокие ели над ним. Вдруг что-то двинулось на другом берегу. Хейз присмотрелся – и не поверил. Там, далеко, на другой стороне, за метелью и серым туманом, неподвижно стояла Кэтрин, все в том же зеленом платье и вязаной кофте до колен. Он не верил, что видит ее.
Кэтрин помахала ему, но тут же развернулась и пошла прочь. Она исчезала медленно и плавно, скрываясь в тумане и снежной неге хвойных ветвей, лишь изредка мелькая макушкой своих ярко-рыжих волос.
– Кэтрин! – Маркус ступил на лед. – Кэтрин, стой!
Он бежал через замерзшее озеро, ноги его скользили, пытаясь нащупать опору.
– Кэтрин! – кричал Хейз, охрипнув от ветра.
Но ее уже не было видно – только дразнящее эхо, отлетая от деревьев, разносилось по пустынной округе, растворяясь в ледяной тишине. Маркус начал ступать шаг за шагом, осторожно, без резких движений. Еще немного, и он пересечет эту гладь, только бы не упасть… Лед трещал под его ногами, Маркус шатался, раскинув руки, пытаясь удержаться. Треск нарастал, и Хейзу показалось, что он бежит по этому треску, или треск бежит на него; дыхание его участились, он уже не чувствовал ног. «Не беги, иди тише…» Но шаг его ускорялся, приближая берег к нему.
Вдруг что-то под ним надломилось и забурлило водой. Одна нога
