— Это двухъярусный автобус, верно? — сказала я.
Колкахун кивнула.
— Нарисованный кровью.
— Там внизу, — сказал Мюррей. — Там, где… должна быть подпись художника. Это…?
— Палец Гилкриста Боаста? Да, похоже на то, — сказала я. Отрубленный палец был неуклюже приклеен к рисунку скотчем.
— Не просто нарисован кровью, но ещё и нарисован пальцем, — Колкахун повернулась ко мне. — Какого хера происходит?
Я не могла ответить. Я не имела вообще ни малейшего понятия.
(Имеется в виду техника пальчикового рисования для детей, когда не используется кисточка; ребёнок просто обмакивает пальцы в краску и рисует ими по бумаге, — прим.)
Глава 7
Единственный, кто в данный момент считал, что хорошо будет устроить пресс-конференцию — это мужчина на импровизированном подиуме, старший следователь по делу. Это было его шоу.
— Мюррей — не плохой детектив, — пробормотала Колкахун. — И он не плохой ведущий следователь.
Я ничего не говорила. Я ждала «но».
— Но он амбициозен, — продолжила она. — Он хочет стать одной из шишек в полиции Лондона.
Я ничего не имела против амбиций, но мне не нравилось, когда амбиции мешали результатам или подрывали безопасность. Самый быстрый способ сделать себе имя — это привлечь к себе внимание публики, и именно поэтому детектив Мюррей стоял перед стадом журналистов. Но у нас не было ответов, нашей единственной зацепкой была Зара, и её нигде не было видно. Обнародование информации может побудить убийцу убить вновь. Мюррей не выделил время на обдумывание последствий того, что он собирался сделать.
Он постучал по микрофону, и тот пронзительно запищал в ответ.
— Леди и джентльмены, — произнёс он. Микрофон снова запищал. На его лице отразилась раздражённая гримаса, и он выключил микрофон. Затем повысил голос, чтобы его слышали. — Мне нужно сделать короткое заявление, а потом я отвечу на вопросы, — выкрикнул он.
Журналисты нетерпеливо поёрзали, держа вытянутые руки с телефонами, которые уже вели запись.
— Две ночи назад на Гановер-стрит в Хакни было найдено тело мужчины сорока с небольшим, находившегося в его доме. Мы опознали жертву как человеческого мужчину по имени Питер Пиковер. Его убийство было особенно омерзительным, и в результате я посчитал, что нужно рассмотреть возможные сверхъестественные элементы. По этой причине я вызвал для консультации Сверхъестественный Отряд, — он показал на меня.
Я сделала всё возможное, чтобы не поморщиться, и мысленно отматерила его за то, что он приказал мне присутствовать на конференции. Единственная причина, зачем я тут нужна — это чтобы он выглядел хорошо.
— Этим утром, по близко расположенному адресу, была найдена вторая жертва, мужчина-гоблин, с кровью жертвы из Хакни. Чтобы ускорить наше расследование, я вызвал главного лондонского вампира, Лорда Хорвата, на помощь. У нас две жертвы, человек и сверх. С помощью Лорда Хорвата мы пришли к выводу, что убийца один.
Пока моя кожа покрывалась мурашками от дискомфорта, детектив Мюррей выждал эффектную паузу.
— Мы называем его Убийца Купидон.
Я вскинула взгляд. Разве?
— Если у представителей общественности есть какая-то информация, мы хотим её услышать. Наше расследование будет обширным, и я бы хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы заверить граждан, что мы будем действовать тщательно. Я также хотел бы сказать Убийце Купидону, что дни его убийств сочтены. Я не потерплю, чтобы такие ужасные действа совершались в моём прославленном городе.
Колкахун фыркнула.
— Уверена, Убийца Купидон трясётся как осиновый листочек.
Я решительно отказывалась называть его Убийцей Купидоном.
Мюррей величественно тряхнул головой.
— Теперь я отвечу на вопросы.
— Почему вы дали ему имя Убийца Купидон? — спросила первая журналистка.
Мюррей, похоже, пребывал в восторге от того, что она спросила. Видимо, ему не терпелось раскрыть отвратительные детали.
— Обе жертвы были найдены со следом поцелуя на щеке, — он услужливо показал на свою щеку на случай, если журналисты не были знакомы с данной частью анатомии.
— То есть, у вас есть образцы ДНК? Слюна?
— Следы поцелуев были созданы искусственно, — Мюррей сделал паузу для пущего эффекта. — Кровью.
Это привлекло всеобщее внимание. Наверное, надо быть благодарной, что нам удалось отговорить Мюррея от упоминания остального. Существовали весомые причины, по которым не все детали расследования сообщались публике.
— Между двумя жертвами есть связь?
— Мы это расследуем, — сказал Мюррей.
— Убийца сверх или человек?
— Мы это расследуем.
— Как думаете, каковы мотивы убийств?
— Мы это расследуем.
Я вздохнула. Из-за этой пресс-конференции мы будем выглядеть не как компетентные детективы, а как идиоты, которые ничего не знают. Я поджала губы. Если так подумать, это правда.
— Будут ещё убийства? Людям надо бояться?
Мюррей ушёл от ответа.
— Я сделаю всё возможное, чтобы найти того, кто ответственен за эти мерзкие преступления, — он серьёзно кивнул. — Благодарю за уделённое время.
Журналисты выкрикивали новые вопросы, пока Мюррей сходил с подиума. Он незаметно дёрнул пальцем, показывая, что я и Колкахун должны пойти за ним в ждущий рядом полицейский фургон.
— Жалко, что не февраль, — заметил он, когда двери фургона закрылись. Он выжидающе посмотрел на нас обеих.
Видимо, я должна клюнуть.
— Почему же, сэр? — вежливо спросила я.
— Ну, тогда бы мы назвали убийцу Валентином. Это более устрашающе.
Ну-ну.
— Думаю, сэр, сам тот факт, что мы имеем дело с двумя убийствами, уже достаточно устрашает, — сказала я. — И возможно, мы должны рассмотреть разницу между двумя местами преступлений. Я знаю, что их связывает кровь, и Зара привела их туда, но…
Мюррей сощурился.
— Давайте не будем чрезмерно усложнять. Ни на секунду не смей думать, Беллами, что я легко отношусь к этим ужасным преступлениям. По улицам бродит убийца, и общественности нужно знать, что происходит, чтобы они могли предпринять соответствующие меры. Они должны защитить себя и информировать нас обо всём, что приведёт к поимке ублюдка. И осведомлённость общественности поможет мне запросить больше сотрудников и финансирования. Я тут ведущий следователь, ты только детектив-констебль, который помогает.
Он фыркнул.
— Я планировал послать тебя на поиски этой женщины Зары, чтобы доставить её на допрос после того, как ты создашь набросок с художником. Это ты и должна была сделать, когда она впервые подошла к тебе. Но это может сделать детектив Колкахун. Ты можешь посидеть на телефоне и принять ту информацию, которая поступит после моей пресс-конференции.
Блин. Возможно, мне надо было следить за своим тоном.
Вмешалась детектив Колкахун.
— При всем уважении, сэр, если способности Зары настоящие, тогда она член сообщества сверхов. Она с большей вероятностью поговорит с сотрудником Отряда Сверхов, чем со мной.
— Она фигурирует в деле, а ты детектив полиции, — рявкнул он. — Найди её и заставь говорить. Сделай свою работу.
— Что насчёт Лорда Хорвата? — спросила я.
— Твой бойфренд сделал то, что нам было от него нужно. Он не является частью расследования, — он сердито уставился на меня. — А теперь иди. Приказ ты получила.
***
Лукас вручил мне стаканчик кофе на вынос.
— Напомни-ка мне ещё раз, почему ты захотела работать в полиции? — мягко произнёс он.
Я бросила на него взгляд искоса, но не потрудилась отвечать. Он обнял меня рукой за плечи.
— Есть мысли по поводу подозреваемых?
— Ничего полезного, — я вздохнула. — Только… — мой голос оборвался на полуслове.
— Что?
Я сморщила нос.
— Дом Питера Пиковера представлял собой ужасное зрелище — запредельно ужасное. Крови было так много, что она просочилась в квартиру снизу, но при этом место преступления не было беспорядочным. Убийство Боаста было беспечным, с куда меньшим вниманием к деталям. Я не отрицаю связь с Гилкристом Боастом через поцелуй, но это два совершенно разных убийства. Чрезвычайно редко бывает такое, что кто-то убивает и сверхов, и людей без весомой причины.
