Действительно. Почему-то от этого его убийство становилось ещё более жутким — наверное, в этом и был смысл. Я вздохнула. Три удара в полную силу означали, что убийца не рисковал; он хотел, чтобы Гилкрист Боаст умер. Его смерть была жестокой, быстрой и неделикатной. Это весьма не сочеталось с медленным кровопусканием, которое пережил Питер Пиковер.
Я снова подумала о брызгах крови на стене в доме Боаста… и об отсутствии любых схожих следов в квартире Пиковера. Там всё было сделано намерено, чего не скажешь о следах на стене Боаста.
— Сковородка, — сказала я, меняя тактику. — Мы знаем, откуда она взялась?
— Я так и думала, что ты спросишь. Криминалисты сказали, что она совпадает с комплектом посуды на кухне Гилкриста Боаста, так что не похоже, что убийца принёс её на место преступления.
Я медленно кивнула. Значит, убийца принёс все орудия убийства в дом Пиковера, но потом у Боаста использовал то, что подвернулось под руку. Я указала на его ладонь.
— Что по поводу пальца?
Лаура подняла пакетик.
— Тот, что найден в рамке, определённо принадлежит Боасту. Отрезан вскоре после его смерти.
Я посмотрела на него. Край не был ровным: плоть местами была изорвана. Лаура уловила ход моей мысли.
— Тот, кто отрезал его палец, столкнулся с трудностями. Не думаю, что криминалисты нашли использованное орудие, но оно было не особо острым, и потребовалось немало… пилить.
Я испытывала дурноту. Не похоже, что это делал кто-то с медицинскими познаниями — ещё одно отличие от убийства Пиковера.
— А след поцелуя на щеке?
— Опять-таки, я не могу быть уверена, пока не получу результаты всех тестов, но похоже, что его нарисовали кончиком его же пальца, как и рисунок автобуса.
Жуть. Я передёрнулась, затем сосредоточилась на других вещах. Должно быть, убийца Боаста подошёл к нему сзади, с кухни, где располагалось орудие убийства, а не от входной двери. Там не было следов взлома или разбитых окон. Убийца мог пробраться через открытое окно в ванной, пойти на кухню за сковородкой, а потом выжидать удачный момент. Или Гилкрист Боаст мог его впустить.
— Ты слышала про другое убийство? — спросила я.
Лаура кивнула.
— Я слышала, что сказал твой Лорд Хорват, и мне прислали копию первичного отчёта о вскрытии. Похоже, Питеру Пиковеру перед кровопотерей сделали инъекцию внушительного количества атропина.
— Атропин?
— Один из любимых ядов Агаты Кристи. Он быстро распадается в человеческом теле, так что его не всегда возможно обнаружить, если не проверить его наличие на раннем этапе. Ещё он распространён, потому что используется во многих обыденных медицинских процедурах — например, капли для глаз. При правильном применении он спасает жизни, но в неверных руках…
Она поморщилась.
— Это упростило бы задачу одолеть Питера Пиковера. Он наверняка уже потерял сознание к тому моменту, когда его кровь начали выкачивать. И да, — сказала она прежде, чем я успела спросить, — я уже послала образец крови Гилкриста Боаста, чтобы её проверили на наличие атропина. Я дам тебе знать сразу, как получу результаты. Что я могу подтвердить, так это то, что Хорват прав: след поцелуя на щеке Боаста оставлен кровью Пиковера.
Разговор с Лаурой и ознакомление с её находками обычно успокаивали меня и давали ответы хотя бы на некоторые вопросы. Однако сейчас моё зловещее предчувствие лишь усилилось. Тут происходило что-то большее, но я почему-то этого не видела. Пока что.
Я встретилась взглядом с Лаурой. Я не хотела подводить её к выводам или подсказывать нужные слова, но мне очень нужно знать, что она думала.
— Эти два убийства, — начала я.
К счастью, она перебила.
— Если бы не очевидная связь посредством крови, я бы сказала, что они совершены разными людьми.
Должна ли я быть довольна, что её оценка совпадала с моей, или встревожена тем, что мы рассматривали идею двух убийц?
— Спасибо, — сказала я. — Я ценю твою прямоту.
— Само собой, — она улыбнулась. — Переходя к другим новостям, мне стоит сказать тебе, что вчера ко мне пришёл оборотень. Он хочет получить второе мнение по недавнему вскрытию пикси.
О. Мои плечи сгорбились ещё сильнее.
— Оборотень Салливан?
— Ага. С начала работы с тобой я получала много запросов, связанных со сверхами. Как видишь, — она кивнула на тело Гилкриста Боаста. — Но у меня никогда не было запросов от оборотня. Обычно они проводят свои вскрытия сами. По словам волка, так было и с пикси. Понятия не имею, почему он не доверяет работе своих людей.
— Скажем так, это волк с миссией. Ты сделаешь это?
— Зависит от родственников. Я слышала, там есть внучка?
Я кивнула. Я не знала, что выберет Фистл Торн, и внезапно порадовалась, что это не моё дело. Мне ужасно было думать о том, как отреагирует Роберт Салливан, если Фистл откажется от повторного вскрытия.
— Иногда, — мягко сказала я, — мир кажется совсем похеренным.
Лицо Лауры исказилось от беспокойства.
— Ты в порядке, Эмма?
— Нормально. Просто день был долгим, вот и всё, — я улыбнулась ей.
— Я всегда рядом, если тебе надо выпустить пар. Я хорошая слушательница.
— Честно, я в порядке, — я улыбнулась пошире. — Мне лучше идти. Надо поймать минимум одного убийцу.
Лаура улыбнулась, но уходя, я чувствовала на себе её взгляд.
***
Я нашла детектива Мюррея в его кабинете, он со скрещенными на груди руками стоял и просматривал кадры его пресс-кконференции в новостях. Я задалась вопросом, сколько раз он их уже просмотрел, затем покачала головой. Его озабоченность публичным имиджем — не моя проблема.
— Сэр? — позвала я.
Он повернулся и нахмурился, увидев меня.
— Что такое, Эмма?
— Думаю, нам стоит уделить больше внимания теории о том, что убийц двое, а не один. Я говорила с патологоанатомом, проводившим вскрытие Гилкриста Боаста…
— Ты должна сидеть на телефоне.
Я втянула глубокий вдох.
— Сэр, она считает, что почерк на двух местах преступления существенно отличается. Жертв убили двумя совершенно разными способами…
— Они связаны кровью. Твой же чёртов бойфренд это подтвердил.
— Кровь не означает, что это не два разных убийцы работают вместе.
— А Ганнибал Лектор работал с кем-то ещё? Или Норман Бэйтс?
Наверное, сейчас не стоит упоминать, что они оба вымышленные персонажи.
— Сэр…
Офицер в униформе просунул голову в дверь.
— У нас кое-что есть, — сказал он, запыхавшись. — Поступило по горячей линии.
Мюррей мгновенно просиял.
— По горячей линии? По моей горячей линии? — он триумфально посмотрел на меня. — Вот видишь? Подумать только, Эмма, если бы ты сделала, как я сказал, ты могла бы принять этот звонок, — он повернулся к офицеру. — Так что там, констебль? Информация? Свидетель?
Констебль улыбнулся.
— Видео.
Мюррей вскинул кулак в воздух.
— Иии-ха!
И не поспоришь.
***
Конференц-зал был набит битком. Детектив Мюррей расположился перед большим экраном с пультом в руке.
— Запись автомобильного регистратора, — гордо сказал он и стукнул себя кулаком по груди, издав громкий шлепок, который эхом разнёсся по комнате. — Запись автомобильного регистратора, которую мы не получили бы, если бы я не настоял на публичности. Бдительный гражданин, который её прислал, сказал, что проверил регистратор после того, как увидел мою пресс-конференцию по телевизору.
Он гордо просиял.
— Это может иметь жизненно важное значение. Регистратор записал ранние часы пятничного утра на Беллдаун-авеню. Для тех из вас, кто не уделял внимание — именно там нашли ведро с кровью Питера Пиковера, — он поднял пульт и с пафосным жестом нажал на воспроизведение.
Хотя видео записывалось практически ночью, фонарь и качество камеры сделали запись ясной и чёткой. Временная отметка подтверждала дату и заявляла, что на записи было начало третьего часа утра. Хоть я уже просмотрела запись несколько раз, я вместе с остальными подалась вперёд и посмотрела ещё раз.
