за боксёрками, а я, накинув халат, направляюсь на кухню. Женя следует за мной. Пока я пью воду, позволяю себе украдкой рассмотреть его — того самого парня, о котором мечтала все эти годы.
Как странно — быть так близко с человеком, но чувствовать, что между вами стоит целая стена несказанного. Я знаю его тело лучше, чем своё собственное в этот момент, но не знаю самого главного — свободен ли он по-настоящему.
Его тело идеально: рельефный пресс, сильные руки, мощные ноги, прокачанная грудь и широкие плечи. Одно только созерцание этой мужской красоты вызывает волну возбуждения. В голове всплывают отрывки прошлой ночи, а между бёдер появляется знакомое напряжение.
Женя подходит вплотную, забирает у меня стакан и "случайно" проливает воду на грудь. Тонкая ткань халата мгновенно промокает, обнажая очертания моего тела.
— Я будто во сне... — его шёпот у самого уха вызывает мурашки.
Он начинает целовать то место, куда пролилась вода, слизывая капли. Отодвигает халат, освобождает мою грудь, захватывает сосок губами. Вторая его рука, до этого поглаживавшая бедро, перемещается к промежности.
Я тону в ощущениях, но мысль не даёт покоя: *"Он делал так же с ней? Говорил те же слова?"*
В ответ мои пальцы находят его твёрдый член. Во мне смешиваются любопытство, азарт и нестерпимое желание доставить ему удовольствие.
Я хочу его так сильно, что это пугает. Но ещё больше пугает то, что я могу быть просто "другой" в его жизни.
Толкаю его к подоконнику, освобождаю член из трусов.
— А-а-а, Арина, что ты со мной делаешь?!
Реакция на мои ласки не заставляет себя ждать.
Пульсирующий в руках член приятен на вкус, как и его обладатель. Он прекрасен — упругий, с выраженной головкой, набухшие вены под тонкой кожей.
Нежно обхватываю головку губами, рисую влажные круги у самой уздечки.
— А-а-а, Арина... чёрт... — Он стонет, когда я начинаю медленно погружаться глубже, создавая вакуум.
Моя свободная рука находит его мошонку, нежно массирует. Я ускоряю ритм, чувствуя, как он набухает ещё больше во рту. Его пальцы впиваются в мои волосы, но не направляют — просто наслаждаются.
Вдруг он резко отстраняет меня.
— Я не хочу кончать так... — хрипит Женя, подхватывает меня на руки и усаживает на край стола. — Хочу быть внутри тебя.
Он входит одним резким движением, заставляя меня вскрикнуть. Его руки подхватывают мои бёдра, и он начинает двигаться — сначала медленно, затем всё быстрее. Я обвиваю его шею, чувствуя, как с каждым толчком нарастает волна удовольствия.
Стол скрипит под нами, посуда дребезжит, но нам плевать. Когда волна накрывает меня, я впиваюсь зубами в его плечо. Он кончает следом, с моим именем на губах.
Это так прекрасно, что становится больно. Потому что я не знаю — имею ли право на это счастье.
* * *
Мы лежим в постели, обнявшись, и Женя вдруг серьёзно смотрит на меня.
— Ты заслуживаешь объяснений.
— Да? — я приподнимаю бровь. Вот оно. Сейчас возможен момент истины.
— Но прямо сейчас я не могу рассказать всё.
— Почему? — в голове рой вопросов.
Он вздыхает, перечисляя на пальцах:
— Первая причина: это не только моя тайна. Есть люди, которых это касается.
Я киваю, понимая.
— Вторая: если я начну сейчас, это испортит наш день. А я не хочу, чтобы что-то омрачало эти часы с тобой.
— А третья?
Он притягивает меня ближе.
— Потому что как только я закончу объяснять, тебе захочется либо ударить меня, либо уйти. А я не готов к тому, чтобы ты сделала любой из этих выборов.
Я задумываюсь, чувствуя, как его пальцы рисуют круги на моей спине.
— Но ты всё же расскажешь?
— Обязательно. Когда будет время.
— А пока?
— А пока... — он переворачивает меня на спину, — я могу придумать три причины, почему тебе стоит остаться прямо здесь.
И начинает доказывать свою точку зрения очень убедительно.
Но даже когда моё тело дрожит от наслаждения, в глубине души остаётся щемящая боль — потому что я знаю: рано или поздно нам придётся говорить о его невесте.
Глава 15 — Обстоятельства
Припарковав велосипед у студии, готовлюсь морально к тяжелому трудовому дню. Полная запись гарантировала боль в шее в конце дня, но даже это не ухудшило моего настроения. Яркое солнышко в раннее утро грело, ласкало, словно Женин поцелуй...
Сейчас начнутся расспросы, и, вроде, счастье меня переполняет и окрыляет так, что хочется с каждым встречным-поперечным поделиться радостью. С другой стороны — это такое личное и мое! Никому не хочу показывать.
Стоило переступить порог студии, как Маша, уже занимающая свое рабочее место, начинает играть бровями, явно ожидая подробностей. Лишь бы при клиентах не начала свои расспросы...
— Привет! — Что-то в ее голосе было настораживающим, улыбка нервная. — Там...
— Все потом, в перерыв, хорошо? Мне надо подготовиться и собраться с мыслями...
Не успела я договорить, как со второго этажа студии раздался громкий и властный голос Элины:
— Арина! Зайди в мой кабинет!
Взгляд на Машу. Та разводит руками:
— Она с утра как ужаленная, может, ПМС? В общем, ты знаешь. Со всем соглашайся, не отсвечивай, а потом, как успокоится — разрулим.
Я знала это. Как и методы работы начальницы. Элина Сереброва — это влиятельная женщина, сильная, обеспеченная, многодетная. Она создала эту студию "Серебро" с нуля, будучи в декрете с третьим ребенком. Да, есть муж, тоже предприниматель. Но тогда они были почти в разводе... Несмотря на всю жесткость и взбалмошность, она великолепно создавала и управляла процессами, но людьми — не всегда.
— Арина, а что, собственно, у нас происходит? Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Голос давил своим тоном, не давая никакого шанса увельнуть от ответа.
— Да вроде все нормально... Прецедентов не было.
— Точно? Сейчас на нас сыпется какая-то атака из анонимных отзывов о твоей халатности. Ни имен, ни телефонов для обратной связи.
У меня от напряжения пересохло во рту. Я всегда гордилась тем, как выстраиваю отношения с клиентами, своим ремеслом и тех вершин, которых достигла в данной профессии за пять лет. Тем временем Элина, видя моё замешательство, продолжила.
— Пока жалобы анонимны, это не имеет большого значения, но если появятся реальные лица, мне придется принять меры и проводить расследование. В нашей сфере репутация превыше всего.
— Я понимаю, Элина. Я не знаю, что это может быть. Все фотоотчеты выкладываю, клиент уходит всегда довольным свежим маникюром...
— Нет нужды оправдываться, но будь, пожалуйста, аккуратней.
— Хорошо.
Выходя из кабинета в тяжелых раздумьях, совсем не
