площадке, клюшки убрал в багажник.
Еще через полмили Ден остановился у бензозаправки. Вошел в будку телефона-автомата и позвонил в Тарритаун.
Джордано повесил сушиться последнюю из фотографий. Он сделал шестнадцать снимков, ясных и четких. Фотоаппарат, сработанный японцами, размером не превышал пачки сигарет, и он зарядил его высокочувствительной пленкой. Теперь он разглядывал фотографии и не находил в них изъяна. Фотографии он сделал размером четыре на пять дюймов. Пожалуй, подумал Джордано, можно было увеличить негативы еще больше, без ущерба качеству. Но и эти смотрелись неплохо.
Он вылил реактивы в раковину и поднялся наверх. Элен Тремонт сидела за кухонным столом и читала журнал.
— О, Луи, — воскликнула она. — Я не слышала, как ты зашел. У тебя кошачья походка.
— Надеюсь, я вас не напугал…
— Отнюдь. — Она улыбнулась. — Ты уже закончил? Быстро, однако.
— У вас превосходная фотолаборатория. Работать в ней — одно удовольствие.
— Да, Уолтер проводил там массу времени. Ты видел его фотографии. Вот уж кто умел фотографировать природу, животных. Он говорил, что никакой другой охоты не признает. А ты увлекаешься фотографией?
— Теперь уже нет. Несколько месяцев фотографировал все и вся, а потом до меня дошло, что стол забит фотографиями, на которые я ни разу не взглянул после того, как их отпечатал. И интерес сразу пропал.
— Наверное, другого быть не могло.
— Фотографии у меня получались хорошие, но не более того. Фотохудожника из меня не вышло. Наверное, недостает воображения. А особо мне нравилось работать в фотолаборатории. Наблюдать, как на белой бумаге проступает изображение. Между прочим, нравится до сих пор. И в этот раз фотографии получились отличные.
— Роджер порадуется твоим успехам. Он наверху. Если он тебе нужен, поднимись. Ой, да что же это со мной! Хочешь что-нибудь выпить?
— Если можно, то кофе.
Он посидел с Элен, выпил кофе. Говорили они о хобби и путешествиях, но Джордано с трудом удерживал нить разговора. Допив кофе, он тут же поднялся. Полковника он нашел в библиотеке, на втором этаже.
— Фотографии сохнут. Очень четкие.
— Отлично. Я только что говорил с Френком. Он без труда открыл счет и арендовал сейф. Удалось ему взглянуть и на хранилище. Разумеется, он ничего не фотографировал.
— Его зрительная память не хуже фотоаппарата.
— Он подъедет вечером, хочет вместе с тобой взглянуть на фотографии. Говард позвонил чуть раньше. Они рассчитывают, что завтра утром им удастся попасть в поместье Платта. Если все пройдет, как задумано, завтра вечером мы получим необходимую информацию.
— Да, сэр. Э… я вот… насчет вечера…
— Слушаю тебя.
Джордано помялся.
— Я тут пригласил на обед одну из кассирш. Могу и не идти, если вы скажете, что встреча с Френком важнее, но думаю, это полезное знакомство. Конечно, она лишь кассирша, но может многое знать о внутреннем распорядке банка.
— Да, да, — кивнул полковник. На мгновение задумался. — Ты к ней подходил лишь для того, чтобы разменять купюру, так?
— Да, двадцатку.
— В это время клиентов полно, так что у кассирши не было ни одной свободной минуты.
— Нет, сэр.
— И тем не менее ты успел договориться о свидании?
— Ну…
Полковник хохотнул.
— Понятно. Значит, ночь ты проведешь в Нью-Джерси?
Джордано почувствовал, что заливается краской. Мало того, что он низкорослый, худющий, близорукий. Почему же еще он должен и краснеть?
— Девушка она очень тихая. Не знаю… я хочу сказать…
Полковник развернул кресло, покатил к столу.
— Думаю, ты совершенно прав, Луи. Знакомство полезное. Раз ты пригласил ее на обед, вечер у тебя занят. Я могу позвонить Френку и предложить ему подъехать завтра. Нет, нехорошо. Фотографии высохнут до твоего отъезда?
— Они высохнут гораздо раньше.
— Отлично. Принеси их мне, мы с тобой с ними поработаем, и я буду знать, как и что. А потом я еще раз просмотрю их с Френком. А ты взглянешь на его рисунок завтра утром. Только позвони мне, чтобы я знал, где ты остановился.
— Мотель «Кавалер» на автостраде Один.
— О? — Полковник изогнул бровь. — Ты снял номер до того, как побеседовал с девушкой, или после? Можешь не отвечать, Луи.
Джордано вновь покраснел.
— Пойду посмотрю, как там фотографии, — и вылетел из библиотеки.
ГЛАВА 10
Мэнсо отправился в путь в половине седьмого. Заглянул в четыре ресторана, руководствуясь имеющимся у него списком, в каждом выпил по «Кровавой Мэри». Водка в этом коктейле на него практически не действовала. В каждом ресторане он проводил порядка пятнадцати минут, потом садился во взятый напрокат «плимут» и отправлялся в следующий.
В четвертом ресторане после четвертой «Кровавой Мэри» он почувствовал, что проголодался. Ресторан этот находился в Клифтоне и назывался в честь знаменитого в прошлом боксера, который и работал там метрдотелем. Над стойкой бара висели фотографии других известных боксеров, естественно, с дарственными надписями. Обеденный зал украшали запечатленные в масле боксерские поединки. Все блюда также носили имена боксеров. Желающие могли заказать сэндвич Джейка Ламотта или жареную курицу а-ля Рэй Робинсон. Присутствовало в меню и фирменное блюдо Джерси Джо Уолкотта, особым образом приготовленный лобстер.
Принадлежал ресторан не боксеру. Его владельцем, как и трех остальных, что значились в списке Мэнсо, был Альберт Платт. Он не рассчитывал на встречу с Платтом, но решил, что попробовать стоит. По тому, как Платт проводил время в Лас-Вегасе, чувствовалось, что по вечерам ему дома не сидится. А многие гангстеры любили погулять в собственном ресторане.
О гангстерах Мэнсо знал более чем достаточно. Когда после демобилизации армейский самолет доставил его в Штаты, в кармане у него было почти три тысячи долларов, и он прямиком отправился в Лас-Вегас. Три первых вечера только выигрывал и пришел к выводу, что лучшего способа зарабатывать на жизнь ему не найти. На четвертый вечер в казино «Сэндз» он подошел к игральному столу, имея в кармане уже восемь с половиной тысяч. К полуночи выигрыш достиг двадцати тысяч. Без двадцати три утра от них остались пятьдесят долларов, спрятанные в башмаке.
Заместитель управляющего купил ему завтрак, сказал, что номер можно не оплачивать, купил билет на автобус до Лос-Анджелеса. На автовокзале Мэнсо сдал билет, получил деньги, снял комнатку в пансионе и устроился работать на автоматическую мойку автомобилей. Каждый вечер он проводил в городских казино. Играл по минимуму, так что не проигрывал больше пяти долларов за вечер. А в основном наблюдал.
Питался консервами, экономил на всем. Говорил с людьми, читал книги. Все тщательно обдумал и пришел к выводу, что игорные столы не обманешь. Однако продолжал ходить в казино, ставить пяти- и десятицентовики, делая в уме
