class="p1">— Правда? — удивилась принцесса. — И что ты сказал?
— Сказал, что церемония только для маркатов. Это наша священная традиция. И если мы её нарушим, это оскорбит Богиню.
— Спасибо, Аснар, — искренне поблагодарила Деамара. — Без лишних глаз действительно спокойнее.
Они замолчали, потому что жрица с Дарием подошли к статуе. Женщина начала говорить на древнем языке маркатов, взывая к божеству. Её высокий голос с небольшим эхом распространялся по залу. Мальчик оглянулся на родителей, и Дея улыбнулась ему, а Берий ободряюще кивнул.
Ещё несколько жриц стояли позади статуи и тоже повторяли слова, их голоса сплетались в таинственный гул, создавая мистическую и торжественную атмосферу.
И Дея не сдержала удивлённого вздоха, когда свечение вдруг окутало статую, сияющими спиралями потянулось к Дарию, ласковыми руками коснулось его светлой макушки, так что мальчик едва заметно вздрогнул. И медленно рассеялось в воздухе.
— Благословение получено, — сказала жрица с мягкой улыбкой.
Маркаты взволнованно зашептались и захлопали. Послышались поздравления, пожелания удачи, счастья и долгих лет жизни. Дарий испуганно заозирался, но жрица уже повела его обратно, к родителям.
— Ты молодец, — Берий подхватил сына на руки, целуя его. — А теперь посмотрим на твоего брата.
Аснар отпустил Эдгара. Жрица подошла ближе, а мальчик попятился, прячась за отца.
— Не бойся, ты же храбрый, — с улыбкой сказал Аснар, ловя его и не давая забраться под плащ. — Смотри, мама за тобой наблюдает.
Поддавшись уговорам, Эдгар нерешительно взял жрицу за руку. Толпа за их спинами снова притихла, наблюдая за таинством. А Дея вдруг почувствовала непонятное беспокойство.
Она вспомнила про тёмную дымку, которая жила где-то внутри мальчика. А если что-то пойдёт не так? Вдруг Богиня его не признает? Нельзя допустить, чтобы это произошло на глазах стольких людей.
— Аснар, надо их остановить, — нервно сказала девушка, наблюдая за сыном.
Правитель удивлённо посмотрел на жену.
— Я не могу нарушить церемонию, — он нахмурился, увидев её встревоженные глаза. — Почему ты так испугалась?
— Аснар… — умоляюще попросила девушка, но было уже поздно.
Жрицы начали говорить, а вокруг статуи снова возникло свечение. Деамара затаила дыхание. Всё было точно так же, как и с Дарием. Значит, всё хорошо и она зря так беспокоится? Ещё и Аснара взволновала зря…
Свечение медленно потянулось к мальчику, окутало его и неожиданно резко отпрянуло, рассыпаясь рваными лоскутками, а Эдгар закричал. Так громко, так страшно, что Дею словно молнией прошило. Не помня себя, она рванулась вперёд, но её уже опередили: Аснар оказался рядом первым, мгновенно оттолкнул жрицу, схватил сына в охапку и низко зарычал. Черты лица поплыли, изменяясь, становясь хищными, показались клыки. Эдгар замолчал, стоило ему оказаться на руках отца. Их тут же окружили стражи, обнажая оружие и готовые убить любого врага.
— Что с ним? — Дея, отталкивая их, подбежала к сыну, лихорадочно осматривая его. — Эдгар?
Мальчик смотрел на неё мокрыми глазами, протянул к ней руки, цепляясь за волосы.
Жрица, отшатнувшаяся в сторону, когда её толкнул Аснар, вдруг рухнула на пол, странно хрипя. Один из стражей тут же направил на неё лезвие меча. Худое тело страшно выгибало от боли. Женщина начала царапать горло и лицо скрюченными пальцами, изо рта пошла какая-то сероватая пена. Ноги судорожно скользили по гладкому полу, словно она боролась с кем-то или чем-то невидимым. Через несколько ужасных мгновений женщина замерла, обмякла. Кожа прямо на глазах становилась бледной, сухой, пергаментно-серой, а глаза затянуло мутной плёнкой.
В наступившей звенящей тишине, Дея к сильнее прижала к себе сына. Угрожающее молчание давило, душило её. А воздух вокруг, казалось, заледенел. Ей было страшно, чудовищно страшно. Принцесса не смела обернуться и увидеть шокированную толпу, удивление и ужас на лицах людей. Она хотела только одного: защитить своего ребёнка. От всего мира. А если понадобится — даже от самой Пресветлой.
Глава 12. Привет от Жнеца
Маленький сгусток тьмы летал вокруг Эдгара, то приближаясь, то отлетая подальше, превращаясь в клубочек и рассыпаясь на отдельные дымные нити. Мальчик его явно видел, пытался поймать рукой, но переменчивая магия раз за разом ускользала, играла с ним. Видела это и Деамара.
— Это магия Жнеца, я узнаю её, — сказала она сидевшей рядом Атаре. — Она выглядит так же.
Аснар с тёмным лицом наблюдал за сыном, сидя с ним на полу. Эдгар радостно показал пальцем на дымный клубок, который сейчас носился кругами, и отец помрачнел ещё больше. Конечно, Аснар не мог видеть тёмную магию.
Атара с лёгкой улыбкой слушала принцессу, словно речь шла о чём-то хорошем, а не о том, что в будущем наследнике живёт опасная магия Тёмного Бога, которая приводит в ужас всех маркатов.
— Сама магия — это не зло, — заметила травница. — Она лишь инструмент в руках того, кто ей владеет.
— Одно дело, когда он не получил благословения… — Аснар устало потёр виски. — Совсем другое, если пострадал человек. Тем более — жрица луны.
— Жрица, которая не распознала чужой магии под крышей храма, — хмыкнула Атара. — К сожалению, это уже не имеет значения.
— А эта магия не навредит ему? — обеспокоенно спросила принцесса. Хотя и сама видела, что нет: Эдгар довольно взвизгнул, когда тьма вдруг стала ласково льнуть к его руке. Она ластилась к нему, как маленький черный котенок, признавала своим. И точно не выглядела агрессивной.
— Конечно, нет, — ответила травница. — Она — его часть. Она скорее оберегает и защищает.
— Например, от чужой магии? — с досадой спросил Аснар. — А как она отреагирует, если Дарий проявит магию Пресветлой?
— Не проявит, у него есть магические задатки, но самые обычные, — удивила Атара. — Я уже посмотрела его.
— Вот как…
— Кем бы он ни был, — с мрачной тяжёлой решимостью сказал правитель, — Он мой сын. И я буду защищать его ценой своей жизни.
— Твой сын не чудовище, — раздражённо напомнила Атара.
— Объясни это моему народу, — огрызнулся оборотень. — Я удивлён, что они ещё не штурмуют замок.
— Может они решили, что заслуживают подобного, — пожала плечами целительница. — Один раз они уже ошиблись.
Дея отвела взгляд, стараясь отогнать неприятные воспоминания. И начала осознавать, с чем придётся столкнуться Эдгару, даже при самом лучшем исходе. Сердце сжалось от мысли, что он
