Хозяйка копается там в поисках съестного, а пятая точка призывно «выглядывает из-за угла».
У меня недоеб что ли? Не понимаю.
В тысячный раз напоминаю себе, что это невеста брата и злюсь на себя, за то, что не могу справиться с интересом, за то, что не ухожу, хотя просто обязан драпать отсюда, сверкая пятками.
Это сильнее меня. Кажется, я слабак.
Тем временем задница пропадает, но появляется Веркина смущенная физиономия:
– Не знаю, как ты, а я очень голодная.
Я тоже…
– Как насчет того, чтобы подойти к этому вопросу более основательно?
– В смысле поужинать?
– В смысле дернуть по тарелке борща, закусить пюрешкой с котлетами, и полирнуть яблочной шарлоткой.
Боже, не дай мне влюбиться…
Она смотрит на меня исподлобья, от волнения кусая пухлые губы, и когда я сдавленно произношу:
– С удовольствием, – растекается в счастливой улыбке.
В тот же момент чашки и вазочка с конфетами отправляются на хрен, а из холодильника появляется кастрюля с борщом, банка сметаны и сковородка с котлетами и картофельным пюре.
Вера разогревает еду, пританцовывая у плиты и, кажется, напевает что-то типа: щас пожрем, щас пожрем.
Во рту у меня пересыхает. Я абсолютно четко понимаю, что меня здесь быть не должно, но продолжаю сидеть.
Вскоре передо мной появляется тарелка с густым темно-бордовым борщом. Вера щедро бахает в нее ложку с горкой густой сметаны.
– Приятного аппетита.
Едим. Я пытаюсь не заглатывать пишу, как голодная белая акула, но мне так вкусно, что в конце тарелку готов вылизать.
Потом пюре с котлетой. И я уже готов поселиться здесь навсегда.
Ну а уж после шарлотки, все что я могу – это сидеть и блаженно хрюкать.
Вера напротив. Сладко причмокивает и вздыхает. Поймав мой взгляд смущенно улыбается
– Хорошо-о-о.
– Угу.
Я обычно болтаю, как заведенный, но рядом с ней меня стопорит. Превращаюсь в молчуна. То ли мысли умные кончаются, то ли боюсь ляпнуть что-то лишнее.
Тем временем дождь за окном затихает и сквозь редкие капли, переливисто светит закатное солнце. На душе неспокойно.
В коридоре пиликает Верин телефон, и она тут же уносится отвечать, а я ловлю обрывки разговора:
– Привет, Мет…ага, уже дома… как прошел первый день? Отлично. Только ноги по самое не балуйся стерла.
Невольно усмехаюсь. Не вяжется она у меня с нежной скромницей, зато с хулиганкой, которая гоняла меня по парку крапивой запросто.
– Меня Андрей довез…Ага…сидит, ест.
Черт. Зачем быть такой честной? Можно было и не говорить братцу, что я здесь. Мало ли подумает что-то не то. Мне стыдно, словно я украл что-то.
Надо валить…пока не захотелось остаться насовсем.
– Должна же я налаживать контакты со своими будущими родственниками, – усмехается в трубку Верочка.
А я морщусь. Будущий родственник. Только поэтому она пригласила меня зайти, накормила на убой и терпела бестолковое присутствие. Испытываю досаду и раздражение. И еще что-то чему нет определения, и в чем я не собираюсь разбираться.
Точно надо валить.
Пока она болтает с моим братом, я стаскиваю с батареи теплый, но все еще сырой пиджак, и когда Вера появляется в прихожей, я уже успеваю обуться. В кроссах хлюпает.
– Уже уходишь? – разочарованно тянет она.
– Да. Пора. Футболку завтра верну, ладно?
Она криво улыбается и кивает.
– Без проблем. Спасибо, что довез.
– Спасибо за гостеприимство. Мету привет.
И ухожу, не оглядываясь, с какой-то потаенной тоской слушая, как позади щелкает замок. Выскочив из подъезда, запрыгиваю в машину, но прежде, чем тронуться с места ищу взглядом ее окна. И кажется, улавливаю легкое движение за шторами.
Наверное, радуется, что я свалил.
М-да…
Я отличный гость. Ворвался почти без приглашения, обожрался, футболку отжал. Еще и трусы спиздил. Ну не красавчик ли?
Вытаскиваю из кармана кружева. Задумчиво кручу их в руках, не понимая своих собственных эмоций, а потом закидываю в бардачок, и уезжаю, пообещав себе, что ноги моей в Веркином доме больше не будет.
Глава 6
Андрейка
– Ну, ты блин и красавец…
Вместо того чтобы ехать домой, я по кой-то хрен отправился на встречу с друзьями. Они зависали в бильярде. Пили пиво, жевали пиццу и гоняли шары. Мне внезапно тоже захотелось, и я сорвался к ним, напрочь забыв о том, какая модная футболка досталось мне от Верочки.
В итоге жопа мопса на моей спине произвела настоящий фурор. Каждый считал своим долгом или просто ткнуть пальцем в темное очко, или со словами «ути-пути, какой хорошенький» пощекотать его.
Чертовы извращенцы!
Под конец, я уже был готов оторвать руки любому, кто ко мне прикоснется. А еще испытывал дикое желание вернуться в Верунделю и всучить ей в руки эту прекрасную, милую, добрую футболку. Пусть вернет Матвею! Пусть он ходит с этим идиотским мопсом!
А я…я, пожалуй, напьюсь.
– Идите вы все в задницу, – произношу угрюмо и плюхаюсь на лавку, рядом со стойкой для шаров.
– А чего это Крапивин у нас сегодня такой нервный? – интересуется Олег, чавкая пиццей, – поди, не трахался давно?
– При чем тут трахаться, – устало тру лицо руками и растягиваюсь на лавке во весь рост. Перед глазами Вера в домашних шортах и маечке. Вот на фиг она мне сдалась? Почему не оставит в покое? Как привязалась в парке, так и преследует, постепенно заполняя собой все вокруг.
– Колись давай, чего какой убитый, – Диман садится напротив.
– Обычный.
– Обычно ты лыбишься во весь рот и угораешь громче всех, а сегодня, как зомби тормозной.
– Иди к черту.
– Коли-и-ись, – толкает меня в плечо.
Я отмахиваюсь и задеваю локтем за стойку. Аж простреливает:
– Да вашу ж мать, – трясу рукой и сажусь. Смотрю на этих двух придурков, они смотрят в ответ. Понимаю, что не отстанут и сдаюсь.
– Мет собрался жениться.
– Да ладно? – Олег аж присвистывает от удивления. – Прямо по-настоящему?
– По-настоящему. Он познакомил со своей невестой и попросил взять ее на работу.
Про то, что это та самая ведьма с крапивой из парка, умалчиваю. Мне сейчас не до приколов.
– Ну, молодец он. Надо будет поздравить, – произносит Диман, – я только не пойму, отчего у тебя-то такая скорбная морда.
– Жалеет, что братец его опередил и женится первым, а ему потом придется донашивать за ним костюм, – хмыкает Олег, даже не подозревая, что попал в самую точку.
Жалею. Только не о том, что он женится первым, а о том, что первым встретил Веру.
– Хорош глумиться, – Дима толкает его локтем в бок.
– Вы надо мной всегда глумитесь. Напомнить, как угорали, когда я копчик на
