- У покойного лорда Шона, земля ему пухом, всегда был хороший вкус.
- В каком смысле?
- С тех пор как стало известно, что лорд Шон обзавелся приемным сыном, я все гадала, какой же ты на самом деле. И знаешь, действительность превзошла все мои ожидания.
Кевин смутился и скромно потупил глаза.
- Спасибо за комплимент.
- Это вовсе не комплимент, - возразила Дейрдра с улыбкой, ласковой и лукавой одновременно. - Ты самый красивый из всех парней, которых я встречала. К тому же ты такой милый... - Она немного помолчала, затем совершенно другим тоном произнесла: - Говорят, лорд Шон был очень привязан к тебе. Это так?
- Безусловно, - кивнул Кевин. - Лорд Шон был очень добр ко мне. Думаю, я чем-то напоминал ему его умершего в детстве сына. Когда он приехал на наш остров, то в первый же день обратил на меня внимание. Он подозвал меня к себе, мы с ним долго о чем-то говорили - не могу вспомнить, о чем именно, - и уже тогда он называл меня "сынок".
Дейрдра внимательно присмотрелась к Кевину и сказала:
- А знаешь, он был прав. Ты действительно похож на кузена Дункана, царство ему небесное. Правда, Дункан был светловолосым и голубоглазым мальчиком, а у тебя темные волосы и карие глаза, да и ростом ты гораздо выше него, но некоторая схожесть между вами, несомненно, есть.
- Ты сказала: "кузен Дункан"? - озадаченно произнес Кевин. - Лорд Шон Майги был твоим дядей?
- Ну да. Его жена была сестрой моей матери, следовательно, он был моим дядей. А ты, получается, мой названный двоюродный брат. - Дейрдра обворожительно улыбнулась. - Когда я была маленькой, лорд Шон часто качал меня на руках, рассказывал мне сказки - он был большой выдумщик и замечательный рассказчик. После его отъезда на ваш захолустный остров я очень скучала по нему.
- Говорят, - заметил Кевин, - что он уехал из Лайонесса, потому что все здесь напоминало ему о жене и сыне.
Дейрдра вздохнула.
- Да, это так. Когда умер Дункан, а вскоре после него - и тетя Констанс, лорда Шона будто подменили, он стал сам на себя не похож. Тогда мне было всего лишь десять лет, но я очень ясно помню...
Она не договорила, так как в этот момент Кевин громко поперхнулся, уронил кусок пирога себе на колени и во все глаза уставился на нее.
- Постой-ка! Ведь лорд Шон был женат на сестре королевы!
Дейрдра с важным видом кивнула, однако в уголках ее глаз притаилась шаловливая улыбка, готовая в любой момент вырваться наружу и заиграть на ее губах.
- Ты соображаешь медленно, но верно. Я чуть было не отнесла тебя к тугодумам.
- Значит ты...
- Разумеется, я Дейрдра Лейнстер из Авалона. Мой отец - король Бриан. - Ее улыбка стала явной, ослепительно сверкнули два ровных ряда жемчужно-белых зубов. - Ведь это же было очевидно.
- Очевидно? - переспросил обескураженный Кевин.
- А разве нет? Разве тебе не говорили, что дочь короля - самая прекрасная девушка в мире? Можешь ли ты представить себе, что на свете существует кто-нибудь прекраснее меня?
Кевин пытливо посмотрел ей в глаза, но так и не смог понять, сказала она это серьезно или шутя. Он прикрыл рот рукой и прокашлялся, прочищая горло.
- Да, да, конечно. Извини мне мою недогадливость. Но, видишь ли, я никак не ожидал встретить в этих краях принцессу из королевского дома Лейнстеров - одну, без свиты, без охраны...
- И без одежды, - смеясь, добавила Дейрдра. - Надеюсь, это происшествие останется строго между нами?
- О чем может быть речь!
- А еще я надеюсь, - продолжала она, - что мой титул принцессы не повлияет на наши отношения, которые начали складываться так непринужденно. Ведь ты не станешь называть меня "ваше высочество", "миледи" - и вообще корчить из себя придворного кавалера?
- Я никогда не был придворным кавалером, - ответил Кевин. - Да и при дворе-то я не был ни разу. Я типичный провинциал.
- Тем лучше. Я обожаю провинциалов и терпеть не могу всех этих благовоспитанных маккормаков и маэлгонов с их изысканными манерами и слащавыми речами. - Дейрдра негодующе фыркнула. - Впрочем, дружки кузена Эмриса еще хуже. У приближенных Колина, по крайней мере, голова на плечах служит не только вешалкой для ушей.
- Так ты решила немного отдохнуть от тех и других в тиши лесов и озер Лохланна?
- Вроде того, - уклончиво ответила она и потянулась за второй бутылкой. Кевин опередил ее, при помощи штопора извлек из горлышка пробку и плеснул немного вина в кубок. Дейрдра выстрелила в него насмешливым взглядом, и он долил ей еще, однако счел своим долгом предупредить:
- Вино гибернийское. Кажется слабым, как сок, но здорово ударяет в голову.
- Знаю. И больше всего люблю гибернийское. - Она сделала глоток и игриво подмигнула ему. - Ну, продолжай.
- Что продолжать?
- Расскажи о себе. Насколько я знаю, в твоем происхождении есть много неясного.
Кевин хмыкнул.
- Это еще мягко сказано. Лично для меня мое происхождение сплошная загадка. Двадцать лет назад крестьяне нашли меня на опушке леса, завернутого в алую, шитую золотом мантию. Отроду мне было месяцев пять-шесть, я был голоден и ревел, как молодой бычок...
Дейрдра прыснула смехом.
- Наверное, ты был очаровательным карапузом.
- Может быть. Но для островитян я прежде всего был подобен грому с ясного неба. Жителей на острове не так уж много, все наперечет, и вскоре выяснилось, что ни одна из местных женщин не могла быть моей матерью. А если учесть, что на сотни лиг вокруг простирается океан без единого клочка суши и за последние полгода к острову не подходил ни один корабль, то и вовсе получалось, что мне неоткуда было появиться на свет. Тем не менее я был и очень живо напоминал о своем существовании. Меня отнесли в дом тогдашнего губернатора острова, лорда Маркуса Финнегана, поскольку ясно было, что я не обыкновенный подкидыш - при мне нашли прекрасной работы шпагу, клинок которой изготовлен из какого-то странного металла, похожего на серебро, но тверже стали; также был золотой перстень с камнем...
- Тот, что у тебя на пальце?
- Да.
- Мне можно посмотреть?
- Пожалуйста.
Кевин снял со среднего пальца левой руки перстень и передал его Дейрдре. Где-то с минуту она рассматривала его, сосредоточенно сдвинув брови, затем вернула Кевину со словами:
- Знатная вещица. Очень тонкая работа по золоту и камень красивый правда, не могу определить его происхождение.
- И никто не может, - сказал Кевин, надевая перстень на палец. Вроде бирюза, но нет. Он только с первого взгляда кажется бирюзовым, на самом же деле он светло-голубой. Если долго смотреть на него, завораживает; создается впечатление, что внутри камня заключено огромное пространство.
- Может быть, он колдовской?
- Вполне возможно. А вот моя шпага наверняка колдовская. Обыкновенное серебро, с какими бы то ни было примесями, не может быть таким прочным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
