священного писания.
На площади они распрощались, Лука еще раз напомнил девушке, что об анонимном письме она должна молчать, как рыба, и Саша отправилась на встречу с подругами, тяжело вздохнув: вот как умолчать о самом интересном?
И снова включила Симона лампы на полочках в мастерской, после объятий и радостных восклицаний полилось в бокалы вино, на сей раз прохладное белое Верначча из Сан Джиминьяно, которое Саша не любила.
Но здесь, в двух шагах от средневекового города с высокими башнями, оно казалось совсем другим, словно впитавшим жар июльской травы, лучи летнего солнца, горячий ветер, путающий верхушки строгих кипарисов и придающий залихватский вид этим стражам дорог.
Саша так и сказала подругам, когда они уютно утроились на креслах вокруг низкого столика в розовом домике Симоны.
– Слишком много солнца, – вздохнула хозяйка, – обещают скоро опять за 40 градусов будет зашкаливать, из дома не выйдешь.
– Зло под солнцем Тосканы, – продолжила Джованна, самая старшая, благоразумная и серьезная из подруг. – К сожалению и такое бывает… И от этого становится еще грустнее, казалось бы, откуда здесь у нас такие события…
Сашу так и подмывало рассказать про анонимное письмо, она еле сдерживалась, стискивала зубы и молчала.
– К делу, хватит философствовать! – скомандовала Симона. – Я поговорила с общими знакомыми. Все очень хорошо отзываются от Алессии. Может, она и не была красавицей, сами понимаете, нежная девушка вряд ли захочет стать таксистом, но все говорят, что Алессия была добрым и солнечным человеком, у нее не было врагов. И скорее всего, это случайное убийство.
– Это не может быть случайностью, ведь и две девочки и Алессия связаны одинаково.
– Я имею в виду, что это не направлено непосредственно на нее, как будто она подвернулась убийце случайно. Я говорила с мужем, расследует полиция, но карабинеры, конечно, в курсе. У полиции есть полный генетический профиль, нет только человека, которому он бы подходил. А каждого жителя Тосканы не обследуешь. Муж сказал, что взяли анализ ДНК у шести человек, хоть как-то попавших под подозрение. И ни один не совпал.
– А бойфренд?
– Таксист, тоже местный. Всю ночь работал, и это подтверждает счетчик. А вообще у них были очень хорошие отношения, мне все говорили.
– А муж? Бывший.
– Тоже никаких проблем, Он строитель и давно уже работает на стройке где-то в Венето. Там стопроцентное алиби.
Джованна допила вино и грустно покивала головой:
– Мы ни до чего не докопаемся. Так, поговорить, но не больше. Вспомните, прошлый раз мы стали искать корни семьи, копались в архивах, а сейчас у нас даже намека нет, откуда искать.
Саша до боли вонзила ногти в ладони, только бы не проговориться. Ну как не сказать про фразу на латыни?! Симона, с большим опытом работы в архивах, возможно, и нашла бы зацепку. Но она дала слово комиссару, вернее, как он теперь называется, вице квестору.
Вот ведь… Один полковник, другой вице-квестор, на глазах карьеру делают, одна она болтается между двумя странами и ничего не происходит ни в профессиональной, ни в личной жизни. Словно она застыла в невесомости, сделав неправильный шаг, и теперь, пока не найдет нужную дорогу, все так и будет, она… она зависла, как компьютер с вирусом, вот!
Словно прочитав ее мысли, Симона сказала:
– А угадайте, кто ведет следствие?
– Ну, раз ты так загадочно вопрошаешь, даже я догадалась с первого раза. – засмеялась Джованна. – Я так понимаю, вы с комиссаром расстались?
– С вице-квестором, – хмуро уточнила Саша, все еще расстроенная из-за зависшего компьютера ее жизни. – Я уже давно встречаюсь с другим. И ты, Симона удивишься. – Саша рассказала историю знакомства с полковником карабинеров.
– Вот это да, и молчала! – ахнула Симона, и еще час Саше пришлось рассказывать о своих отношениях с Никколо.
Потом все резко засобирались, Симона проводила подруг до порога, ей пора было готовить ужин семье, а Джованна торопилась домой, жила она в пригороде в большом доме-ферме, и оставляла машину на стоянке у стен древнего города.
И хотя они засиделись допоздна и уже стемнело, Саша больше не боялась. Кастельмонте снова стал теплым и любимым местом, где с ней ничего не могло случиться.
Казалось, даже краски его каменных стен потеплели, из-за запертых ставней доносились звуки привычной жизни, смех, разговоры, звяканье тарелок, вилок и бокалов. Она знала, что лучше не задерживаться, не беспокоить Фиону, но не смогла удержаться и прошлась вдоль стен Кастельмонте, мимо огромной, увитой плющом башни дворца правителей долины, и даже спустилась немного по дороге из главных городских ворот в поля, откуда открывался прекрасный вид на средневековый городок.
Не успела Саша проснуться, как зазвонил телефон. Это был Никколо с другого конца света. Он рассказывал, как интересна командировка в Латинскую Америку, 4 недели в четырех странах это не просто новый опыт, это еще и знакомство с новым миром, прошла всего неделя в Аргентине, и он предвкушает три новых страны впереди.
Девушке стало завидно, может, поэтому она и не сказала, что говорит с полковником совсем не из дома в России, а из Италии, как придется врать и скрывать свою поездку дальше, она в тот момент не задумывалась.
Только нажала отбой, как телефон снова зазвонил. На этот раз это оказалась Симона, которая умудрилась, сославшись на мужа, договориться о встрече с матерью Алессии. Пойдут они вдвоем, у Джованны на этот день запланирована съемка рекламных видео своей фермы на две недели вперед для соцсетей. И вообще Джованна ругается, что у людей горе, а Симона от безделья полезла общаться, но она же не от безделья, она же хочет помочь следствию!
Саша не определилась, чью сторону она занимает, вроде и некрасиво лезть в семью, потерявшую дочь, но с другой стороны и Симона права, а вдруг им расскажут то, что забыли рассказать полиции, ведь так бывает часто!
Через два часа подруги отправились на машине Симоны в пригород, frazione Кастельмонте, где среди зелени холмов прятались небольшие современные дома.
Дом, где жила с родителями Алессия, был таким же, как и соседние, двухэтажный, современный, с садом и кадками с цветами у входа. Похоже, цветы не поливали уже несколько дней, не до полива.
Мать Алессии, синьора Джина, удивилась визиту девушек, но приняла сбивчивые объяснения Симоны. Казалось, что она загнала горе глубоко внутрь, не проявляла никаких эмоций, механически отвечая на вопросы.
– Алессия предпочла жить с нами. У нее было
