поспешила за пожилой синьорой, не дай Бог потерять ее в толпе.
Пока Фиона обнималась со старенькой монахиней, Саша заметила, что за спинами этих двоих прячется третья фигура в черной рясе – еще один священник, только полная противоположность первому: худой и мрачный, он через силу выдавливал улыбку. Но спросить пожилую синьору она ни о чем не успела, дон Доменико обнял обеих женщин, подтолкнул их к выходу из толпы:
– Ну что мы тут пробки создаем, давайте я угощу вас пирожными, – и повел куда-то.
Раскрасневшаяся от удовольствия, Фиона забыла и про рынок, и про Сашу, заторопилась за святым отцом под руку с подружкой-монахиней. Мрачный священник так же молча поплелся следом.
Саша открыла рот, чтобы воскликнуть «ну ни фига себе, сходили на рынок!», но тут на нее сзади налетели, чуть не сбив с ног. Она возмущенно обернулась и нос к носу столкнулась с Симоной, своей давней подругой и местной художницей.
– Ааааа!!! – завопила Симона. – Алессандраааа!!! И ты молчала??? Сome mai!!! Приехала и не позвонила! Пошли, там все расскажешь, – подтолкнула она Сашу в том же направлении, куда ушла компания клириков.
В каждом – ну почти в каждом – городке есть кафе-стекляшка у stazione, оно начинает работать очень рано, ведь те, кто уедет поездом или автобусом на работу или в школу, проезжает на машине на работу, обязательно забегут на чашечку кофе с корнетто-круассаном. И не смотрите, что это простенькое кафе из стекла и кирпича с кадками, из которых торчат вечнозеленые пальмы, пластиковой мебелью, и обстановка внутри сама простая. Как правило, здесь хорошо кормят, и здесь самый центр утренних новостей городка.
Вот и Симона с Сашей еле нашли свободный столик, Симона помахала бармену «как обычно» и через минуту улыбающийся бармен поставил перед ними две чашечки кофе и два пирожных.
– Ты же знаешь, что тут у нас нет кондитерских, вот Стефано за всех и отдувается, если что – даже не раздумывай, смело бери любое пирожное. У него все на самом высоком уровне. Стефано зарделся, хотел возразить, но его окликнули новые посетители, и бармен, извинившись, умчался.
Саша кивнула в сторону черных спин и белой монашеской одежды за столиком неподалеку, там Фиона, раскрасневшись, внимала речам дона Доменико:
– Что это вообще такое? Что за явление… ээээ… народу?
– Ты про них? Дона Доменико ты, конечно, не знаешь, он назначен настоятелем прихода 5 лет назад, а ты больше не приезжала. Он потрясающий! За пять лет он стал настоящей душой города, его все обожают. Сестра Мария управляет хозяйством, в общем, они с Фионой друг другу понимают, одна была домоправительницей замка, а другая- прихода.
– А в приходе есть домоправительница?
– Конечно, ведь у католических священников нет ни дома, ни имущества, дом им предоставляет церковь, а готовят, убирают, ведут хозяйство монахини.
Саша этого не знала, ведь у нее был только один знакомый священник, да и то погибший от руки убийцы. Она мысленно пообещала себе зажечь свечу, или как у них это тут называется, за дона Витторио.
– Пойдем, я тебя познакомлю!
Они подошли к компании, Саша уселась на свободный стул, и тут же раздался вопль всех присутствующих. Оказалось, она не заметила «беретту» дона Доменико и со всей силы плюхнулась аккурат на пушистый помпончик.
Девушка вскочила, покраснела, забормотала слова извинения, Фиона застыла с округленными от ужаса глазами, приложив ладони к губам. Падре лишь расхохотался, встряхнул свою «беретту»:
– Да ничего с ней не будет, не пугайтесь.
Знакомство состоялось и подруги направились к своему столику. Симона изобразила движением пальцев в воздухе счет.
– Уже заплатили! – бармен кивнул в сторону выхода. Там мелькнула лишь спина высокого мужчины. Симона засмеялась:
– Ох, уж этот Алессандро!
– Мой тезка? И кто он?
– Мой муж вообще-то. Ох, ты же с папой знакома, а с мужем еще нет. Ничего, исправим!
– Твой муж, я слышала, глава станции карабинеров?
– Да, мы жили три года в пригороде Рима, а теперь вернулись на родину, совсем недавно, года еще нет.
– А он рассказывал про убийство местной девушки, как ее там… Алессия?
– Это дело ведет полиция, но муж в курсе, его территория. Я ее совсем не знала, даже ни разу не видела. А помнишь, как здорово было, когда мы с тобой познакомились, искали тогда в архиве историю семьи, рецепт нашли старинный… Так классно было! Мы же нашли убийцу!
– Нашли, вот только он и меня чуть не убил.
– Не убил же! Неужели ты не скучала по тем приключениям?
– Ну, если честно, и скучать некогда было… как бы тебе сказать… с тех пор я в такие истории попадала, столько убийц нашли, я тебе расскажу, это было нечто! Даже в Тоскане!
– Это неинтересно… чужие приключения совсем не то… а давай, как в старые времена, узнаем что-нибудь про девушку, я мужа поспрашиваю, вокруг с людьми поговорим. Давай? Это ж здорово!
– Тебя муж не убьет?
– Убьет, конечно. Если узнает. Но мы же тихо, мы не будем светиться нигде. В общем так, вечером встречаемся у меня в мастерской. Я позвоню Джованне, она вроде должна вернуться из Милана. В издательство ездила, к редакторам, скоро вторая книга выходит, она теперь звезда! Кстати, а почему ты не сказала мне, что приезжаешь? Не позвонила, не написала, взяла и приехала втихаря!
– Я не втихаря. Я Джованне писала, я же не знала, что ты вернулась из Рима.
– Понятно, а спросить не могла. А наша бизнес леди как всегда занята и даже не нашла времени позвонить. Но теперь вы обе не отвертитесь. В общем, в семь у меня и никаких отговорок!
Саша присоединилась к Фионе, которая насиделась в приятной компании и засобиралась домой. Идти на рынок уже не было смысла, все интересное наверняка раскупили, зато все новости узнала, да и сходить в кафе с доном Доменико дорогого стоит! Фиона сияла, как начищенная кастрюля.
– Бог с ним, с рынком. Сейчас пасту сделаю быстренько, что нам еще надо! Вечером запеканку сготовлю.
– Вечером я к Симоне, с Джованной, так что на меня не готовь.
Саша непроизвольно расплывалась в улыбке, кто бы мог подумать, что их команда заговорщиков снова будет строить планы и как же она скучала по мастерской Симоны в розовом домике, их посиделкам с бокалом вин санто!
– Вернулись старые времена? – тоже заулыбалась Фиона. – Помню, как вы тут секретничали, и девчонки твои звонили в замок каждые пять минут. – Она вдруг погрустнела. – Одного члена вашей компании не хватает.
– Я знаю, – погрустнела и
