хитрый башибузуки сумел её выдать лишь ровно наполовину. Нехорошо (не вслух) матюгнувшись, он придал себе выражение полной покорности, а далее приступил:
– Мы прибыли сегодня в город Сент-Джордж с некой детальной разведкой…
– Какой?! – резко прервал его мистер Левин; по виду он нахмурился гораздо сильнее. – А главное, с кем?
– С мисс Доджер, естественно, – детское удивление выглядело настолько наивным, что в правдивое изложение, проистекавшее дальше, поверил даже подозрительный капитан-командор, полномочный английский ставленник, – она всегда берёт меня с собой на любые вылазки, как такие, так и примерно на них похожие.
– Похоже на истину, – кивнул высокомерный военачальник; он устроился в центральное кресло и приготовился внимательно слушать. – Рассказывай. Какая конкретная задача предназначалась тебе – это раз? Какая у вас была конечная цель – это два?
– На второй вопрос ответить проблематично, – лукавый мальчишка придал себе выражение безвинного ангела, – капитан, ну, то есть мисс Доджер, никогда не посвящает в грядущие планы. Все её решения являются внезапными, неожиданными – я бы даже сказал – откровенно неордин-н-нарными, – заумное словечко проговорилось с заиканием, с огромным трудом.
– Могу подтвердить, – вмешался Рубинс; раньше он почтительно постаивал при приоткрытых дверях (как бы на карауле), – скольких пленных мы не брали, никто не разбирался в дальнейших планах смекалистой дамочки.
– Продолжай, – видимо, сэр Скраймджер придерживался мнения приблизительно схожего. – Что поручалось тебе?
– Моя задача была простая и незатейливая, – преданный товарищ подумал, что Валера уже далеко, и решил, что «изворачиваться особо нет никакого смысла», – она опрашивала городских прохожих, а я прикрывал её из ближних кустов. Если возникала какая напасть, я свистом предупреждал капитана о приближавшейся потенциальной опасности. Она по-быстрому пряталась. Ориентировалась по сложившейся обстановке. Двигалась дальше. Вот, впрочем, и всё. Когда появились ваши бравые кавалеры, – говорилось не без язвительного сарказма, – я не успел ей подать сигнал тревоги, а сами они – то ли из недостаточной расторопности, то ли из малой внимательности, то ли по причине какой-то другой, мне неизвестной? – её не заметили. По-моему, она от Бермудского острова милях уже в десяти… Хотя-а, – он деловито сощурился (представился подготовленным мореплавателем), – при попутном ветре, возможно, и дальше.
Едва тринадцатилетний пленник только договорил, сзади, снаружи приоткрытой двери негромко покашляли; походило, как будто кто-то прибыл с немаловажными сведениями.
– О’Брайен! – сэр Левин признал хрипловатый бас и окликнул его владельца. – Войдите.
Тот не успел ещё пересечь приоткрытой двери́, а нетерпеливый полководец настоятельно у него допытывался:
– Вы привезли двух мерзких пиратов: Скупого с Бродягой.
– Да, сэр! – отчеканил бесстрастный служака, но следом, практически сразу, немножечко стушевался.
– Чего-то не так? – проницательный военачальник то́тчас же понял, что случилась неординарная ситуация.
– По дороге на нас напали, – являясь добросовестным, капрал докладывал обстоятельно, чётко, только по делу, – едва мы миновали открытую местность, из близлежащих кустов повыскакивали отъявленные головорезы и, превышая нас, как минимум втрое, внезапно атаковали. На Скупого накинули верёвочное лассо и затащили в кустистые насаждения. Мы остались сражаться с девятью отлично обученными бойцами. Когда нас совсем зажали, откуда-то из можжевеловых зарослей послышалась команда «Отбой операции!», а далее показался Скупой. Он объяснил, что заарканил его Кровавый Бобби Уойн, а освободила «несравненная пиратка мисс Доджжер». Это его дословное изречение, – поправился сразу Генри, хотя, если честно, сам он считал ничуть не отлично.
– Бродяга! – прикрикнул сэр Левин; он привстал с резного стула и вышел на середину комнаты, где одиноко постаивал вихрастый мальчишка. – Зайдите с приятелем, оба, сюда.
Не прошло и пары секунд, а в просторное помещение ввалились два неразлучных друга: первый – худощавый и рассудительный; второй – округлый, и лысый, и туповатый. Они застыли рядом с капралом О’Брайеном и лейтенантом Рубинсом.
– Вы знаете его? – обращаясь к ним, английский ставленник указал на пойманного сорвиголову́.
– Да, – незамедлительно отчитался Скупой; он даже слегка присвистнул, – это мальчишка капитана мисс Доджер.
– Всё верно, – подтвердил и неотъемлемый спутник.
Оба выразительно покивали. Потом уточнили, что «видели их вместе не менее сотни раз». Хотя, конечно, надуманно врали: навряд ли им удалось увидеться крат пять или шесть.
– Тогда мальчишку пока запереть, – распоряжался лорд Скраймджер; нелицеприятное приказание касалось ответственного О’Брайена, – Понадё-о-ожнее! Потом возвращайтесь сюда. Мы пока обсудим детали предстоящего морского похода.
Бертрана поместили на нижней палубе, в специальном каземате, где доводилось посидеть и Бешенному Фрэнку, и Джеку Колипо. Он находился в отдельном кубрике и представлял трёхстороннюю железную клетку; со стороны четвёртой она крепилась к деревянной оснастке левого бо́рта. Пока добросовестный капрал затаскивал пойманного башибузуки в тюремную камеру, совещательный разговор продолжился дальше. Практичный капитан-командор ещё раз попытался выяснить всю сущую подноготную; ему почему-то казалось, что два хитро выделанных подонка (чего-то!) не договаривают. Он обратился к наиболее умному.
– Послушайте, Бродяга, – как правило, спесивый военачальник разговаривал высокомерно, напыщенно, барственно, – мне кажется, или вы – два пронырливых плу́та – пытаетесь меня обмануть, ввести в наивное заблуждение. Признавайтесь! Где находится таинственный остров?
– Мы честно не помним, сэр Скраймджер, – лысый бандит едва не обделался; он оправдывался, давая другому товарищу собраться с разумными мыслями. – Настоящую дорогу знает только Кровавый Бобби. Он нас туда привёз, там же и бросил. Велел охранять схороненное сокровище. Хотя чего его сторожить?.. Если он даже не показал нам сокрытое место, надёжный пиратский схрон. Потом мы долго блуждали по страшным, бескрайним пещерам, пока-а…, – он взял короткую паузу и по́днял указательный перст, – не наткнулись на спрятанное богатство – его там, ну! просто немерено. Мы починили одну из лодок, взяли с собой испанского золотишка – сколько могли увести – и выдвинулись в дорогу. Где мы блуждали, известно одному лишь Господу Богу. Постепенно нас вынесло к Багамскому архипелагу, к одному из многочисленных островов. Далее… – недалёкий злоумышленник печально вздохнул, – нас захватило английское патрульное судно. Золотые запасы, естественно, отобрали.
Как бы ища весомого подтверждения, он глянул на молчаливого спутника. На него же посмотрел и недоверчивый мистер Левин; он грубо спросил:
– Так ли всё было? Твой разговорчивый приятель не врёт?
– Чистая правда, сэр! – для бо́льшей убедительности хитроумный разбойник стукнул кулаком по худощавой груди; он старался выглядеть, как есть, убедительным. – Мне даже добавить нечего. Мой откровенный приятель рассказал Вам всю голую истину. Правда… – он обозначился задумчивым видом, словно раздумывая «стоит ли ему высказываться или правильнее благоразумно смолчать».
Проницательный полководец, сообразивший, что знает тот больше, чем говорит, той же секундой решил за него. Он жёстко распорядился:
– Сказал «А» – говори и «Б». Открывай: чего вы там утаили?
Бродяга переглянулся с тупоголовым спутником и с трепетом на́чал:
– Остров тот, секретный, находится в бескрайних просторах Карибского моря. Путь туда
