пластмассовым наконечником.
– Стромино, – провел наставник указательным пальцем по железнодорожной линии. – Дальше Бякино, Ерелино и Гыркино. Хмм… Тут наш лагерь и сама деревня. Это не то… И это не то… Это вообще не понятно что. Вот здесь Ремино. А где же Миловка?
– Какая еще Миловка? – подошел к карте Серёжа.
– Как какая? – удивился вопросу наставник. – Ты что, не слушал, когда я читал записки того мужика?
Серёжа пожал плечами.
– В блокноте написано, – продолжил Борис Валентинович. – Они с Ясей пришли из деревни Миловка.
– Ну и что? Нам-то какое дело?
Борис ничего не ответил и принялся снова водить пальцем по карте.
– Вот и у меня тоже она из головы не выходит, – влезла в разговор Мария.
Девушка сидела на скамье и помогала одной из пожилых бродяжек зашить дыру на куртке.
– Я, похоже, что-то пропустил, – повернулся к жене молодой смотритель. – Всё же нормально. Собака теперь с нами. Ее бывшему хозяину уже не помочь. Так в чем дело-то?
– А дело, брат, в том, – Борис положил ладонь на плечо напарнику, – что в дневнике говорится про дочь. Маленькую девочку, которую выставят за ворота коммуны, как только поймут, что ее отец больше не придет. У них страшный неурожай, а она лишний рот, от которого легко избавиться.
– Вы шутите? – улыбнулся Сергей. – У кого же поднимется рука выгнать на мороз голодного ребенка? Она же и одной ночи не переживет. И потом, ее отец весь год работал в огородах, да и сама она, я уверен, ему помогала. Разве не имеет девочка права на долю с этого самого «неурожая»?
– Сережа, – спокойным голосом ответил Борис Валентинович. – Я тебе миллион раз говорил, и выжившие бродяги подтверждали мои слова. Все до одного. После зомби-апокалипсиса люди озверели. Человек человеку теперь волк. Такого, как на нашей станции, нет больше нигде. Да ты и сам видел, что творится в других убежищах. Без оплаты тебя вышвырнут ночевать с зомбаками. А если их нет, так сами же и приведут для устрашения. Вспомни еще Свиноголового бандита или покойного Михалыча, загонявшего людей по сути в рабство. А ведь прошло-то времени всего ничего. Я где-то читал, в каком-то журнале, что личность человека формируется до пяти лет и больше не меняется с годами. Получается, что, если этому верить, то люди были такими всегда. Просто держали себя в руках, скрывали свою истинную сущность. У всех сорвало крышу, когда осознали, что закон больше не имеет силу. Мы с тобой не такие? Нет… Это не вопрос… Мы же с тобой не такие, брат! Поэтому я здесь! Девочку запросто могут выгнать. Есть ли нам какое до нее дело? Думаю, есть. Потому как, если не будет, то мы ничем не отличаемся от Свиноголового.
Маша заплакала, и все обернулись в ее сторону.
– Ничего, всё нормально, – шмыгнула носом девушка. – Я просто вспомнила Ю.
Борис Валентинович вновь повернулся к карте и, освещая огоньком бензиновой зажигалки, принялся разглядывать округу.
– Хмм… А вот и она, – обрадовался мужчина. – Деревня Миловка. Остановку помнишь? Между Бякино и Ерелино. Вот после нее через километр примерно наш покойничек и вышел из леса.
– Получается, он почти четыре километра по железной дороге прошел? С раненой ногой? – удивился Сергей.
– Угу, и притом папаша не знал, куда идет, – добавил Борис. – Просто доверился собаке. Яся почти довела хозяина. Другое дело, смогли бы мы ему помочь? Потерял много крови, замерз, обессиленный от голода и долгой ходьбы. Псина только ближе к утру о хозяине вспомнила. Ты бы впустил раненого незнакомца в убежище?
Серёжа промолчал, решив не забивать себе голову проблемами, которых на данный момент нет.
– Вот то-то и оно, – не стал дожидаться ответа наставник. – Можно не отвечать. Когда я впервые увидел тело, мне показалось, мужчина умер не этой ночью, а раньше. Уж больно оно какое-то промерзшее, что ли. Я могу ошибаться. Так что, скорей всего, Яся не спешила звать на помощь вполне по понятным причинам.
Собака гавкнула на весь зал.
– Да-да, про тебя говорим, – рассмеялся Борис Валентинович. – Свою кличку услышала.
– Значит, вы всё уже решили? – строгим голосом спросил Сергей. – Идете за девочкой?
– Не могу… Я просто не могу, – ответил Борис.
– Опять это чувство, про которое вы рассказывали раньше? – тихо спросил Серёжа.
– Думаю, да, – улыбнулся наставник. – Ты начинаешь меня понимать. Оно снова манит меня. Снегопад стихает, возможно, завтра и выдвинусь.
– Я не могу оставить жену одну, – оправдался Серёжа.
– Ничего страшного. Я буду не один, – Борис присел на корточки и позвал собаку похлопыванием ладонью по коленке. – Со мной будет Яся. Девочка доверится мне, только увидев собаку.
Глава 7
В динамике раздалось негромкое потрескивание. Вчера Борис Валентинович вбил молотком небольшой ржавый гвоздь в доску, закрывающую окно, и прикрепил на него радиоточку. Мужчина встал с кресла и покрутил ручку громкости. Заиграла легкая классическая музыка, но через несколько минут прекратилась.
– Тррр, крх… – послышалось вновь в громкоговорителе. – Значит так, это снова я, Сидорович. Поздравляю всех с окончанием этого чёртового снегопада. Небо прояснилось, и, скорей всего, начнутся похолодания. Скоро пришлю гонца ко всем смотрителям станций. Вы уж там встретьте его как полагается. И да, если этот проходимец опять начнет клянчить ресурсы якобы за ноги, скажите, что я ему их сломаю, когда вернется. Не переживайте, челноку заплачено сполна. Хотя… Как знаете.
В общем, хочу знать, как связь и кто меня слышит. Передаю микрофон Максиму Анатольевичу.
– Пшш… Пшш… – раздалось в динамике.
Тишина, после снова шипение. Скрип деревянных ножек об пол. Шорох бумажных листьев на столе. Громкий продолжительный, явно мужской кашель.
– Вот зараза, он что, не выключил микрофон, я же сто раз показывал, где тумблер, – диктор постучал несколько раз по головке микрофона. – Здарова, с вами снова Жмур. Извините, приболел. Простуда, сами понимаете. Теперь эфиров будет больше. Мне подарили баночку малинового варенья для ускорения, так сказать, выздоровления. Хотя выгодней ее все же продать и пожрать по-человечески.
Снова продолжительный кашель. Ведущий, громко отхаркивая, куда-то сплюнул.
– Короче, бродяги, важное и срочное сообщение от Славки Болта, читаю дословно.
«Обращаюсь ко всем порядочным выжившим бродягам на станциях Ерёлино, Бякино и Стромино. Если заметите в ваших убежищах гаденыша по прозвищу Хромой, просьба его задержать до моего прихода. Выдвигаюсь немедленно. Этот паразит ворует у спящих, а недавно нового напарника кинул на схрон. И да, может представляться другим именем и всё отрицать. Чёрненький такой, с короткой стрижкой, без бороды. Морда в прыщах и прихрамывает на левую ногу. За помощь
