остервенением, что всем тварям Эпицентров и Разломов такому только учиться.
Отбивая все удары, ссыпающиеся на меня, как из пулемёта, я подрубил Печать Усиления и вошёл в транс. Звериные инстинкты взвинтились на максимум, позволяя мне слышать, видеть, и чувствовать гораздо больше. Снаружи начался бой, который всё сильнее набирал обороты.
Вот ведь! Ничего опасного для империи! Любая угроза будет устранена! Видно, как учёные империи устранили! Аж глаз радуется! И ведь хотел заняться этим вопросом раньше, но из-за Маркуса и Гордыни пришлось отложить! Другой вопрос, как Драгуну удалось завладеть телом этой девушки⁈
Раздался грохот. Здание под нами содрогнулось, в дыре, где ранее была стена, виднелся устремившийся в небо столп фиолетового пламени.
Крики людей становились всё громче. Зазвучали приказы, послышался рёв Багратиона.
Губы Аллы разошлись в окровавленном оскале, из её глаз и ушей текла кровь. Отринув человеческую природу и души, став разумными машинами, Драгуны более не были сдержаны плотью. Они не чувствовали боли, сомнений, угрызений совести. Движимые лишь разрушениями, они не считались ни с чем. И эта тварь тому доказательство. За короткий бой тело девушки было на грани. Драгун выжал из неё всё.
— Сколько вас? — поймал я кулак Драгуна, крепко сцепившись с ним Гибкий Барьером и блокировав Жёсткими с трёх направлений.
— Мы здесь, Охотник… Мы пришли и мы не уйдём… Всё будет гореть… Всё умрёт…
— Знакомая песня, но я спрашивал другое, — холодно произнёс я, а затем спеленал Аллу не только Жёсткими Барьерами, но и Воздушными.
— Убей меня и это девушку, Охотник… На моё место придут другие… Ты умрёшь, Щит Ордена… Умрёшь… Умрёшь…
— Это мы ещё посмотрим, — лёгкое движение руки и Аллу оторвал от пола, подняв передо мной. — Потерпи, дитя, — обращался я к девушке, что была ещё жива, но заперта внутри собственного тела. Она всё видит, но поделать ничего не может. — Будет больно.
Мои глаза вспыхнули золотым пламенем, а затем я коснулся её лба ладонью и провалился в душу.
Каждый человек представляет свой внутренний мир по-разному, поэтому я не особо удивился, оказавшись во дворе МИУ. В точности таком же, как и в реальности. Видать, Алла очень любит учёбу, раз её умиротворение — это подобное место.
Сама девушка тоже была здесь. Лежала возле фонтана на холодном камне, прижимала к себе руки с коленями и ревела во всё горло. Представляю через что ей пришлось пройти, когда душа Драгуна в неё вселилась.
Привести её в чувство не было времени. Чистые небеса над головой почернели, солнце исчезло, и всё вокруг кануло во мрак.
Все Драгуны связаны между собой. Единое сознание. Единый разум. Поэтому я знал, чего ожидать, когда рядом с лежащей Аллой стали формироваться силуэты. Призрачные, состоявшие из ярко-зелёной энергии с оттенком металла. Среди них отчётливо выделялась одна, и ранее в этом существе можно было признать человека. Гуманоидная форма, две ноги, две руки, голова. Тело, полностью состоявшее из гладкого тёмно-зелёного металла. Натуральный киборг из какой-нибудь третьесортной фантастики.
Драгун неотрывно смотрел на меня, напрочь игнорируя хозяйку тела, которое занял. Не поглотил он её лишь по одной причине — слишком слаб. Похоже, что эти твари проторчали в Малефикаре слишком долго и ослабли. Хорошая новость, в первую очередь для Аллы.
— Ты один… Ты слаб… Умрёшь… Умрёшь… Умрёшь…
Призрачный силуэтов становилось всё больше. Они занимали всю территорию двора, появлялись на крышах зданий.
Много, конечно, но сути не меняет. В реальности у Драгуна ещё был шанс. Убить меня неожиданно, но он решил раскрыться. Глупость не свойственная машине, но свойственная человеку. Вот и думай, лишились ли эти Драгуны после своего перерождения всего.
Что ж, пора прикончить эту тварь, помочь девушке, а затем разобраться, что происходит снаружи. Чую, теперь Долгов ответит на все мои вопросы. Особенно, если спасти его дочь.
Драгун сделал шаг, призрачные силуэты покачнулись в мою сторону, но резко замерли. И их реакция была понятна, ведь всё душевное пространство Аллы содрогнулось от рёва. Неистового, яростного, и пробуждающего в людях моего мира, однажды услышавших его, настоящий ужас.
Тёмные небеса вспыхнули в огне, мгновенно разогнав мрак, а затем на высокое здание университета приземлилась туша дракона. Полностью чёрная, с исходящей паром чешуей, поверх которой танцевал языки пламени.
Красными, словно налитыми кровью, глазами, Дагахар посмотрел на Драгуна и призраков. Из его глотки вырвался очередной рёв, вслед за которым последовали другие. Король Воздушных Драконов Нельтар, Королевская Мантикора Обирона, Бедствие Зарзии. Тысячи тварей моего Океана пробуждались, желая разорвать Драгунов на части.
— Что ты там говорил про одного и слабость? — похрустел я шеей и оскалился. — Можешь повторить?
Глава 5
Бережно подхватив потерявшую сознание Аллу, покинул кабинет Долгова и вышел в коридор. Жандармы, что привели меня сюда, лежали мёртвыми у стен со свёрнутыми шеями. Скорее всего, парни даже понять не успели, как умерли, не воспринимая в девушке никакой угрозы. Всё же дочь начальника, мало ли какая ситуация произошла, и она поспешила к отцу? Притянуто, конечно, но люди не всегда рациональны в своих действиях. Даже, если они служивые из корпуса Жандармерии, решившие пропустить девушку в кабинет, где шли переговоры.
Повёл плечом и слегка поморщился. Не сказать, что бой дался мне тяжело, но и лёгким его не назвать. Проявление столь большого количества сущностей в одной душе могло банально убить Аллу. Разрушить её душу на осколки, оставив живое тело в качестве овоща. Чтобы такого не произошло, пришлось оттянуть Драгуна и призраков к себе. Разумеется, они сопротивлялись, но все их попытки были тщетны. А уж когда они оказались в моей душе, то дело осталось за малым. Но как раз смена «поля боя» и выдалась самым тяжёлым этапом. Впрочем, не впервой.
Весь штаб Центра Охотников превратился в жужжащий улей. Люди бегали кто с оружием, кто в одних штанах. Никто из них не ожидал, что кому-то вообще может прийти в голову атаковать это место, поэтому хаос царил знатный. Пожалуй, лучше всего дела шли на улице.
Как оказалось, Драгун был не один. Обеспечивая безопасность и подавление нападения, Багратион вступил в бой, как минимум, с тремя из них. И каждый был в теле Охотника. Девушка с рыжими волосами, которой не дашь больше тридцати, невысокий мужчина с козлиной бородкой, и юнец, что как и я, принимал награду из рук Главы Центра.
Судя по разрушениям, бой выдался знатный. Угол крыши одного
