Официантка принесла его кофе. Подождав, пока она уйдет, «Бонд» осведомился:
– Почему вы не вызвали полицию?
Тильда вздернула подбородок:
– Это было бы крайне неприятно. И потом, миссис Льюис могла бы сказать, что собирается отдать картину на экспертизу.
– Полагаю, именно поэтому вы прибегли к взлому – чтобы избежать неприятностей. Но к этому мы еще вернемся. Кто помог вам проникнуть в дом?
– Что? – переспросила Тильда, широко раскрыв глаза, как это всегда делали Гвен и Ив, когда хотели принять невинный вид.
Он восхищенно щелкнул пальцами.
– Бетти Буп![3]
– Что? – повторила Тильда, на этот раз куда естественнее.
– Вы напоминаете мне Бетти Буп. Кудрявые волосы, вытаращенные глаза, кукольный рот. Однажды моя сестра нарядилась в костюм Бетти Буп на Хэллоуин.
– Любопытно. – Тильда нахмурилась, услышав про «вытаращенные глаза». – Ну, теперь я могу идти?
– Нет, Бетти, не можете. В доме Клеа я специально проверил двери. Все были заперты, если не считать боковой. Замок там закрывается на «собачку», и сам не мог бы сработать. Кто сделал это для вас?
– Понятия не имею, о чем вы…
– Бетти, перестаньте врать. Я просто хочу узнать, кто ваш сообщник в доме, чтобы при случае этим воспользоваться.
Официантка принесла его гамбургер, бросила чек на столик и снова удалилась.
– У меня нет никакого сообщника, – убеждала его Тильда, пока он со скоростью света вгрызался в гамбургер. – Я заходила днем и сама отпустила «собачку».
Он молча поглядел на нее поверх очков, и она замолчала.
– Примите совет, – с откровенной угрозой процедил он. – Не стоит мне лгать. Пустая трата вашего времени и моего терпения.
– О, ради Бога, – небрежно отмахнулась Тильда, очевидно, нимало не испугавшись.
Он кивнул и снова принялся за гамбургер.
– Черт, никогда не мог разыгрывать крутого парня, – откровенно признался он, проглотив очередной кусок. – Что очень странно, потому что вообще-то я могу быть настоящим подонком.
Он улыбнулся, но Тильда заметила, что глаза его сверкнули злобой, и почувствовала, как у нее резко перехватило горло.
– Хотите испытать удачу? – поинтересовался он.
– Нет. Ладно, скажу вам правду. Кое-кто действительно мне помог, но этот человек не работает в доме. Мне кажется, там вообще нет слуг. Думаю, там никто не живет, кроме Мейсона Фиппса и Клеа Льюис, но дом почти никогда не остается пустым.
Мужчина развалился на стуле и принялся рассматривать ее с тем выражением лица, которое могло бы сойти за одобрение.
– Поэтому вы устроили званый ужин. Не так уж глупо.
– Спасибо, – кивнула Тильда, постучав по полу носком туфли. – Ну, могу я теперь идти?
– Нет, – покачал он головой, так и не убрав ногу. – Значит, Клеа купила у вас картину. Почему?
– Откуда мне знать? Наверное, она ей понравилась.
– А почему вы так старались заполучить ее обратно?
– Нет, – вырвалось у Тильды. – Это вам не поможет.
– А мне почему-то кажется, что очень даже поможет. – Он отодвинул пустую тарелку, и Тильда удивленно моргнула. Должно быть, он голодал несколько суток, если вот так, одним махом, втянул в себя огромный гамбургер. – А теперь давайте все с самого начала.
– Лучше не надо. – Тильда выпрямилась. – Послушайте, я понимаю, что вы прижали меня к стенке, но я совершенно никак не связана с Клеа Льюис. В жизни ее не видела, и мне нечего сказать. Так что, если вам этого недостаточно, валяйте, сдайте меня полиции.
– Бетти, я не из тех людей, которые кого-то сдают полиции, – печально вздохнул он, но тут же осекся, словно вспомнив что-то. – Вернее, не из тех людей, которые сдают кого-то вроде тебя. – Он поднял чашку с кофе и улыбнулся ей.
– Спасибо, – поблагодарила Тильда, игнорируя слабый толчок сердца. – Вы истинный джентльмен. Уберите ногу, пожалуйста.
Не сводя с нее глаз, он отхлебнул кофе.
– Вы не воровка. Вы предпочтете умереть с голоду, нежели таким способом заработать себе на жизнь, а вы к тому же явно не голодаете.
– Эй! – возмутилась Тильда.
– Это не оскорбление. Просто наблюдение, сделанное во время падения на ковер. – Он снял ногу со скамьи и выбрался из кабинки, предварительно криво нахлобучив бейсболку ей на голову. – Ладно, но учтите, разговор не закончен. – Извлек из-под стола рюкзак и бросил на ходу: – Оставайтесь здесь, Бетти. Вернусь, и все начнем сначала.
«Ну уж нет!» – решила для себя Тильда.
Проследив, как он идет к туалету – сгорбившийся, ничем не примечательный, – она поправила бейсболку, крепко зажала картину под мышкой и рванула к двери, но была перехвачена официанткой:
– Минутку, мисс. Кто платит за гамбургер?
– Он, – бросила Тильда.
– Он ушел, – сообщила официантка, загородив дорогу. – Выбрался черным ходом.
– Сукин сын! – взорвалась Тильда. – Он меня продинамил?
– Все мужчины таковы, – посочувствовала официантка. – Девять восемьдесят семь вместе с кофе.
– Вот жлоб.
Тильда порылась в сумочке, мысленно ругая себя последними словами. А ведь она ощутила к подонку даже некоторую теплоту, что яснее ясного показало, как она жалка. Ничего, зато теперь он навсегда убрался из ее жизни, а это уже неплохо.
Кроме того, Скарлет снова у нее! При этой мысли Тильду слегка затошнило, но ведь так чудесно, что все уладилось! Правда чудесно!
– Спасибо, – бросила она официантке и ринулась к двери, радуясь чудесному избавлению.
* * *
Дэви стоял на противоположной стороне улицы, прячась в тени большого здания.
«Прости меня, Бетти», – мысленно извинился он, увидев, что девушка попала в лапы официантки. Сейчас она внимательно оглядывала улицу, очевидно, опасаясь увидеть его, поэтому Дэви старался не шевелиться.
«Бетти» перекинула ремень сумки через плечо, покрепче прижала к себе картину и решительно устремилась по тротуару, заставляя прохожих оглядываться ей вслед.
«Явно не создана для преступной жизни», – решил Дэви, незаметно следуя за ней.
Пройдя четыре квартала, «Бетти» свернула на боковую улицу, и ему пришлось поторопиться, чтобы не отстать. И все же неожиданно он оказался совершенно один в незнакомом переулке. Проклиная себя за то, что не подошел ближе, Дэви вернулся на улицу и огляделся. Ничего интересного, если не считать унылого кирпичного фасада какого-то заведения, из окон которого пробивался тусклый свет. Дэви припал к стеклу. В помещении было темно, но в глубине виднелась дверь с окошком в ней. В окне двигались люди. А на стенах можно было разглядеть два хорошо написанных, но крайне унылых морских пейзажа.
Картины.
Это не могло быть совпадением.
