просил. Останусь здесь. Не пойду в офис. Дам тебе время поймать этого типа.
— Почему два дня? Почему устанавливать срок? Почему не оставаться в безопасности, пока он не будет под арестом?
Каслуга пожала плечами.
— Это ты сказал два дня. Как разумную отправную точку. А не максимальную продолжительность. И я нашла способ превратить двухдневное отсутствие в преимущество. Дольше — не сработает.
— Что не сработает?
Каслуга подалась ближе и понизила голос, словно боялась, что их подслушают.
— Я работала над одним проектом. Крупным приобретением. Меняющим правила игры. Я держала это в секрете, чтобы, если не выгорит, не потерять лицо в индустрии. Я планировала подождать, пока чернила высохнут, а затем заявить об этом как о свершившемся факте. Но только что я сделала пару звонков. Похоже, мы в дамках. Юристы сняли последнее препятствие и клянутся, что документы будут подписаны в течение сорока восьми часов. Так что я шепнула паре ушей. Посеяла слухи. Сделала вид, что сделка на ладан дышит. Куча мудаков уже навострят лыжи, думая, что я публично облажаюсь. И когда результат окажется триумфом, это будет выглядеть так, будто я исчезла с радаров, чтобы лично вмешаться. Я буду героиней. Но если я задержусь дольше, это будет выглядеть, будто я не имела к этому никакого отношения. Я не могу этого допустить.
Два дня, подумал Стаморан. Может, хватит, чтобы сделать арест. Может, и нет. Это было вне его контроля. За оставшимися целями наблюдали. Ловушки были расставлены. Тот, кто убивал учёных из 69-го, мог снова нанести удар в течение сорока восьми часов. А мог и не нанести. У Стаморана не было понятия, что движет графиком этого типа. Но он не слишком беспокоился об этом, потому что Сьюзен ошибалась в одном важном аспекте. Арест не был сутью дела. Главным было убрать Притчарда из игры. Стаморан посмотрел на часы. Команда, которую он послал, уже должна быть у дома Притчарда.
Стаморан посмотрел на жену. Он кивнул и сказал:
— Двух дней будет достаточно.
* * *
Парня с ручкой в машине в Аннаполисе звали Пол Бёрч. Он убрал ручку, достал пистолет и повернулся к своему напарнику, Саймону Стэйнроду. Бёрч кивнул. Стэйнрод вытащил рычаг, открывающий багажник, и двое мужчин вышли. Стэйнрод достал тактический таран — тяжёлый металлический цилиндр диаметром девять дюймов и длиной восемнадцать, с двумя шарнирными ручками, закреплёнными на его центральной оси, — и они пересекли дорогу, бок о бок, Бёрч на пару футов впереди, в шести футах друг от друга. Они проигнорировали калитку и перешагнули через двухфутовую стену. Пошли параллельно дорожке, по обе стороны от неё, ступая по цветочным клумбам, взрыхляя влажную землю и сминая растущие там кусты. Они достигли дома и поднялись на крыльцо. Стэйнрод отвёл таран назад, затем с силой швырнул его вперёд, на уровне пояса, параллельно земле, набирая скорость в воздухе. Он врезался в дверь рядом с замочной скважиной массивного замка. Древесина разлетелась в щепки. Винты вырвались из петель. Рама оторвалась от стены, и дверь, словно боксёр в нокауте, влетела в коридор. Затем она завалилась, приземлилась горизонтально и скользила, пока её верхний край не упёрся в основание напольных часов. Стэйнрод бросил таран, вытащил пистолет и занял позицию, вжавшись в стену у разрушенного дверного проёма. Бёрч пробежал мимо него. Он оставлял за собой грязные следы на обломках двери, по коридору и вверх по лестнице. Он знал, где спальня. Он знал, где все комнаты. Он запомнил факсимильную копию оригинального плана дома перед отъездом из Пентагона тем вечером. Он нашёл нужную дверь. Держа фонарик параллельно стволу пистолета. Пнул дверь ногой. Ворвался. И навёл пистолет на изголовье кровати.
* * *
Платить за ночь в отеле при аэропорту и использовать номер всего пару часов было не строго необходимо. Не оптимальное использование средств. Не то, что Роберта и Вероника Сэнсон сочли бы возможным сделать ещё месяц назад. Но при данных обстоятельствах они решили, что могут себе это позволить. Были определённые преимущества. Они могли тусоваться, чтобы никто не видел их вместе. Они могли заказать еду в номер и поесть без риска, что другие посетители ресторана запомнят кого-то из них. И очень скоро — может, всего через несколько дней — они собирались разбогатеть, так что финансовый аспект был практически несущественным.
Насколько именно они собирались разбогатеть, ещё предстояло определить. Но когда частный детектив Оуэна Бака разыскал их, и они проверили его полномочия, и Бак попытался облегчить свою умирающую совесть, раскрыв, что произошло в Индии в 69-м, он не оставил у них сомнений. Там была куча денег. По их мнению, деньги были предназначены им. Они имели на них право. Они собирались их взять. И это был бы достойный способ завершить то, что требовалось, чтобы исправить зло, которое, по словам Бака, им причинили.
* * *
Бёрчу потребовалось мгновение, чтобы осознать факт, но кровать была пуста. Он проверил все четыре угла комнаты. Ванную. Под кроватью. Внутри шкафа. И никого не нашёл. Он проверил другие комнаты наверху. Там были ещё две спальни и ещё одна ванная, но никаких следов Притчарда и никаких признаков того, что там кто-то ещё живёт. Поэтому Бёрч спустился вниз. Он остановился в коридоре и бросил взгляд на Стэйнрода. Стэйнрод покачал головой. Бёрч двинулся дальше и обыскал гостиную. Столовую. Кухню. Крошечную прачечную. И наконец гараж.
Ни в одном из них не было следов Притчарда.
Бёрч вернулся в коридор и по рации вызвал пару, наблюдавшую за тылом дома. Он сказал:
— Что-нибудь?
Ответ был громким и чётким.
— Ничего.
— Ты уверен?
— На все сто.
— Окей. Один из вас заходи внутрь. Помоги мне обыскать. Притчард наверняка прячется. У него должно быть убежище. В подполье. На чердаке. В полой стене. Где-то. И он всё ещё должен быть здесь. Его постель не разобрана. В шкафу полно одежды. Я видел там кучу чемоданов. Его машина в гараже. И мы знаем, что он не уходил пешком. Так что нам нужно найти его. Немедленно.
* * *
Сёстры поели, поговорили, посмотрели телевизор, по очереди приняли душ и были готовы покинуть отель к 11:30 вечера. Это давало им получасовую фору на случай, если смена Риккардо заканчивалась с опозданием. Вероника ушла первой. Она
