и народ оживился. Будешь еще кататься сегодня?
— Нет, для первого раза после «отпуска» хватит. Да и не один я, — киваю в сторону Авроры.
— Понял. Отдыхай. Созвонимся, — бьем по рукам, и я спешу к мечте.
— Ну как тебе? — обнимаю ее. Тепленькая такая, пахнет вкусно. Вдыхаю запах с ее волос просто кайфуя.
— Страшно. Я за тебя волновалась, — бубнит мне в грудь.
— Может тогда обнимешь? — смеюсь, заглядывая в ее глазки.
Она расстегивает мне куртку и ныряет под нее руками. Урчу от удовольствия, жмурясь, как обожравшийся кот. Мы пьем безалкогольное пиво из бутылок, смотрим концерт и обнимаемся.
После гонки народ плавно перетекает в местный бар, забронированный сегодня только под нас.
Ро испуганно смотрит на взбудораженный парней и бородатых мужиков постарше, стремящихся отметить событие и просто хорошенько оторваться.
— Мы можем не ходить, — успокаиваю ее.
Там будут много курить прямо в помещении, материться и творить всякие непотребства. Не знаю, выдержит ли ее неподготовленная психика подобное мероприятие до конца.
— Почему? Я хочу, — упрямо заявляет Ро.
— Ну окей. Сама напросилась, — посмеиваясь, веду ее внутрь.
Музыканты тоже переместились сюда. Наигрывают известные треки классики российского и зарубежного рока. Под аккомпанемент быстро переставляют столы, освобождая весь центр бара для развлечений. Барменша вместе с хозяином заведения разносят запотевшие кружки с пенным. Из закуски в основном чипсы и самодельные сухарики с чесноком. Теплые еще, внутри мягкие, сверху хрустящие. Пахнут одуряюще и под холодное пиво залетают на «ура».
Беру себе кружку безалкогольного, а Ро выпросила обычного. Скармливаю ей один сухарик. Морщится от количества чеснока, делает несколько глотков пива. На губах остается белая пенка. Слизываю ее языком, она снова смущается.
— Расслабься, здесь все свои, даже если знакомы только визуально. Это как семья, малыш. Такая большая, немного чокнутая, но очень надежная.
Кто-то усадил подругу на колени и жадно целуется, что-то пьет и перекрикивая музыку обсуждает заезд. Я тоже перекидываюсь парой слов со знакомыми парнями, пока моя девочка начинает хмелеть.
Парни устраивают конкурс байкерских частушек. Главный приз, естественно пиво. Ржем до слез. Я периодически закрываю ушки Авроре, чтобы совсем мне девочку не портили. Но ей все нравится. У нее горят глаза. Она открыто смеется и больше не возмущается, когда я ее целую.
Выходим с ней подышать. Обнимаю, закрывая полами своей куртки. Она прижимается спиной к моему торсу. Курю, выдыхая дым поверх ее головы. Хорошо…
— Устала? — целую в макушку.
— Немного, но ты не подумай, здесь очень здорово, — оправдывается. Возится, разворачиваясь ко мне лицом, поднимает взгляд, и я опять тону в ее красивых глазках.
Выкидываю сигарету, наклоняюсь, целую мягкие губки с привкусом чесночных сухариков и пива. Ро обнимает за шею, жмется ко мне плотнее и сладко отвечает.
— Я не хочу ехать к Лере, — шепчет она, трогая пальчиками собственные губы.
— Уверена? Я же не отстану, — заправляю ей волосы за ушко. — Про совместную фотографию я не шутил.
— Марат! Ты так и не удалил? — ее взгляд меняется на гневный.
— Нет. Любовался. Ты у меня очень сексуальная девочка. Я даю тебе на размышление три секунды, потом пути назад не будет. Раз, два… — задерживаю дыхание, — три. Все, поехали.
— А куда? — она послушно идет за мной к байку.
— Увидишь, — подмигиваю ей.
Садимся на мотоцикл и едем в один очень уютный отель. У меня там знакомая администратором в ночную подрабатывает, а я зависаю периодически.
Паркуемся у здания. Приветливо киваю охраннику и завожу Аврору внутрь. Она оглядывается по сторонам, пока я оформляю для нас номер.
Беру ее за руку, веду за собой к лестнице. Пальчики в моей ладони мелко дрожат от волнения. Мы проходим по коридору практически до самого конца. Открываю магнитным ключом дверь, входим в помещение, состоящее из спальной зоны и душевой, где, кстати, есть зеркало, которое нам сегодня пригодится.
Ро садится на широкую двуспальную кровать, проводит ладонями по покрывалу, шаркает носком по полу.
— И много девушек ты сюда приводил? — интересуется она.
— Конкретно сюда ни одной. Это так важно? — опускаюсь перед ней на пол на колени, рисую пальцем по джинсам. Ро не отвечает. — Боишься?
— Боюсь, что отец убьет тебя, если узнает, — она разводит ноги, подпуская меня ближе.
— Мы ему не расскажем. Хотя знаешь, игра в прятки мне тоже ни хрена не нравится. Я бы предпочел открытые отношения с любимой девочкой.
— Мне показалось или ты мне сейчас в любви признался? — смеется Аврора.
— Да я и не скрывал, — пожимаю плечами, толкаю ее на кровать и нависаю сверху. — Попалась? — она смущенно смеется и кусает губы. — А бояться за меня не надо, Ро. Я большой и самостоятельный. И за тебя я буду бороться до конца, поняла меня? Чтобы не случилось, маленькая, я буду за тебя бороться. И прятаться ни от кого я не собираюсь. Ты моя… моя… — дышу ей в губы, и она тает. Расслабляется подо мной, сама обнимает.
— Обещаешь? — шепчет, касаясь моих губ своими.
— Клянусь.
Глава 9. Фотосессия
Глава 9. Фотосессия
Марат
Немного потискав ее в кровати, поднимаюсь, беру за руку и веду за собой в ванную. Ро смотрит на зеркало и начинает хныкать, а я только довольно киваю, стягивая себя верх, оголяя торс. Мечта жмурится, приоткрывает один глаз, видит, что я посмеиваюсь над ней и снова жмурится.
Отличное настроение вперемешку с возбуждением просто зашкаливает.
Шагаю к ней, стягиваю курточку за рукава, аккуратно вешаю на крючок для полотенец. Пробираюсь ладонями под свитер и веду вверх, собирая его с собой. Ро все еще жмурится. Губку прикусила белыми зубками и дышит через раз.
— Руки подними, — прошу ее. Поднимает и я аккуратно снимаю с нее свитер. — Это гораздо интереснее, чем на фото. Убираю за спину мягкие русые волосы, смотрю, как от бешено колотящегося сердца мелко дрожит ее аппетитная грудь, спрятанная в кружево белья.
Беру в ладони полушария, аккуратно сжимаю, глажу пальцами кожу, покрывающуюся мурашками, нахожу острые соски и трусь об них через тонкий лифчик.
— Мар… — всхлипывает Ро.
Скольжу ладонью по талии, рывком вжимаю
