— Очень любопытно… — майор внутренне ликовал, потому что это была достаточно жирная улика против Громова и самого Игнатьева тоже. Почему они скрыли этот факт? Чтобы не опозориться? Или что-то еще? В отчете о ходе разведывательной операции, ничего такого не было. — А точно американец погиб? Может быть, его Громов просто отпустил?
— Не, это вряд ли… Пули так и свистели! Хотя, откуда мне знать? Мы с Игнатьевым и остальными в это время поднимались по горной тропе. Все видели сверху, но нам пришлось спешно уходить.
— А вы этого американца видели вблизи?
— Конечно. Вот как вас, товарищ майор.
— Хм… Это будет интересно узнать заинтересованным людям. А почему Громов решил американца вывезти на мотоцикле? Почему нельзя было его вести пешком? Он был ранен?
— Вроде, да. И как его без сознания через перевал тащить?
— Так! — медленно произнес майор. — Пожалуй, будет лучше, если все произошедшее вы подробно напишите в рапорте, а я уже продвину его куда нужно. Пожалуй, я смогу вас добавить в списки вместо Громова! Напишите?
— Только при одном условии! — насторожился сержант. — Чтобы мне потом не аукнулось. Не хочу быть крысой и стучать на своих.
— Конечно, конечно! — охотно пообещал Кикоть, широко улыбнувшись, отчего стал похож на доброго людоеда…
* * *
Группа капитана Игнатьева была на половине пути — они торопились, как могли.
Все семеро видели, как лагерь душманов покинул бронированный транспорт с американским флагом. За несколько минут до этого, вернувшийся из кишлака Шут доложил Игнатьеву и остальным реальное положение вещей в лагере, а также передал слова самого Громова.
Вопреки ожиданиям, Кэп оправдал действия сержанта и тут же дал команду выдвигаться ко второму лагерю. Конечно, такое решение было принято не абы как. Командир группы прекрасно понимал, что Макс Громов не пошел бы на такой шаг, если бы был другой вариант. В конце-концов, им нужен был человек, который сможет все увидеть изнутри и понять, там ли украденная шифровальная аппаратура. Зачем штурмовать в лоб, если можно действовать изнутри, скрытно и аккуратно?
Двигались пешком. Кэп пытался понять, как будет действовать Громов, с какой стороны его ждать. Как и где организовать прикрытие? Анализировать такую обстановку было очень сложно — по сути, группа работала вслепую.
Идти вверх по дороге было нельзя.
Несмотря на то, что было темное время суток, полная луна светила хорошо. Идущую вдоль дороги группу могли заметить посторонние глаза. Да хотя бы те же крестьяне или другие местные жители. Наверняка их тут полно.
Приходилось все время пользоваться естественными укрытиями, двигаться по оврагам и ущельям, лезть по камням, то подниматься, то спускаться.
Расстояние в шесть километров вроде бы и не большое, но вот маршрут выдался сложным. В какой-то момент, дальше группа двигаться просто не смогла. Вверх по единственной дороге, что вела ко второму лагерю, пройти было нельзя. Душманы организовали там временный наблюдательный пост, оставив посреди дороги два пикапа, на одном их которых был установлен пулемет. Слева была отвесная скала, справа, глубокий обрыв. Место узкое, со всех сторон открытое — тихо не прошмыгнешь. Обойти нельзя, пробраться другим маршрутом тоже. Штурмовать не вариант — будет слишком много шума, а как раз он-то вообще не нужен.
— Черт возьми! — с досадой процедил Смирнов, глядя на возникшее на их пути препятствие в лице противника. — Да мы тут до утра будем сидеть!
— Душманы там не просто так стоят. Выполняют какой-то приказ! — отметил Урду. — Наверняка, во втором лагере что-то происходит, вот духи и перестраховались. Наверное, этот Теймураз важная шишка.
Торговец Ахмед ранее подтвердил, что эта дорога действительно ведет к территории, на которой обосновался здешний лидер оппозиции Теймураз, о котором группа уже знала. Было ясно, что Громов как-то сумел проникнуть в логово врага на американском транспорте. Весьма толково, хотя и очень рискованно.
— Сколько их там?
— Я вижу шестерых! — ответил Шут, глядя в ночной прицел своей СВД. — Но первым же выстрелом мы себя выдадим. А быстро я их перебить не сумею, в лучшем случае, троих.
— Они тут же сообщат своим и операция будет сорвана! — покачал головой Герц. — А искать альтернативный путь по этому предгорью в темноте, значит потерять уйму времени, тем самым подставить Громова и бросить его одного.
— Варианты? — сдержанно произнес Кэп. — Кто и что думает?
— Ну… — задумчиво ответил Урду. — Всего один! На нас одежда душманов, внешне мы на них очень похожи, да и кто там в темноте будет разбираться⁈ К тому же, я знаю их язык. Умом и сообразительностью они не отличаются… Можно попробовать отвлечь внимание голосом, сообщить какую-нибудь ерунда, незаметно сблизиться. Ну а там атаковать в тесном контакте. Работать только ножами.
Все думали об одном и том же. Это вполне себе реально.
— Пожалуй, другого варианта нет! — кивнул Кэп, проанализировав обстановку. — Внимание, группа! Работаем!
* * *
Я посмотрел на офицера.
Это точно был он, но узнать меня американец никак не смог. Тогда, в здании, я был в душманской одежде, к тому же напал на него неожиданно быстро. Вон, на голове, почти у виска виднеется прилепленная лейкопластырем марлевая повязка — именно туда я и ударил его рукоятью своего Стечкина.
Судя по его выражению лица — ничего не случилось. Однако, что-то ему было нужно. На мгновение, я растерялся, но быстро взял себя в руки.
Этот офицер тут явно не самая важная шишка. Даже близко. Однако, какое-то отношение ко всему этому он точно имеет — распоряжается и никто ему не противоречит. Все покупатели заняты осмотром образцов.
Я подошел к нему, даже козырнул. Судя по всему, я капрал американской армии. По-нашему, это вроде младшего сержанта.
— Напомните вашу фамилию, капрал! — приказал офицер, скривившись, словно от головной боли.
— Трамп, сэр! — брякнул я первое, что пришло в голову. Хорошо хоть Брюса Уиллиса не вспомнил. А то нравились мне в прошлой жизни фильмы с его участием.
— Да, да… Точно! — тот на мгновение и сам растерялся. Наверняка какие-то последствия сотрясения мозга все-таки были. Что он, десятерых своих бойцов запомнить не может⁈ — Где ваше оружие?
— Снаружи, у ребят оставил! — уверенно отчеканил я. — Чтобы никого тут не напрягать! Я в туалет шел!
— Отставить туалет! Следуй за мной!
Не ожидая возражений, он повел меня через левую часть общего зала, где было полно людей. Кажется, их стало еще больше. Кого тут только не было — французы, немцы, иранцы, китайцы… Неужели и в самом деле это что-то вроде местного Черного рынка⁈ Но почему здесь?
Ответ был просто и логичен — основные покупатели оружия это как раз душманы. А смысл их куда-то приглашать? Даже их, так называемые лидеры оппозиции, все равно практически не покидали Афганистан, ссылаясь на своих людей. Многие из них были уважаемыми людьми, которые считали себя гордыми и независимыми. СССР о таких местах не знает, потому что это территория Пакистана. Следовательно, в Пакистане можно проводить любые сделки, а Союз ничего не докажет. Безопасно, удобно, практично.
Миновав общий зал, офицер последовал в небольшой хорошо освещенный коридор, открыл массивную дверь справа. Я вошел следом за ним, быстро осмотрелся — это очередной склад. Видимо, все здание было набито оружием, боеприпасами и всем тем, что можно использовать на войне. Но в центре, на деревянных досках лежал большой блестящий контейнер, типичного советского производства. На нем надписи, бирки. Некогда разбираться.
Однако в груди екнуло — уж не «Закат» ли это?
— Трамп! — он повернулся ко мне. — Задача простая и очень ответственная, охранять этот контейнер до тех пор, пока я не скажу. Никого к нему не подпускать, никуда не уходить! Вам это ясно, капрал?
— Так точно, сэр! — выдал я. Кажется, получилось слишком пафосно, однако американца это полностью устроило.
