В аэропорт я приехала за пятнадцать минут до начала регистрации и с одной лишь сумкой, которая должна была пройти по категории ручной клади. Помещалось в нее только самое необходимое: минимальный парфюмерно-косметический набор, скромная аптечка, смена белья и костюм с туфельками, переодеться в которые мне надлежало еще в самолете, поскольку по прибытии нам предстояло сразу отправиться на встречу с клиентами и лишь потом, если не удастся решить все вопросы в течение одного дня, отбыть в отель.
День выдался жаркий, и я уже представляла, как буду выглядеть после двух часов полета: потная, растрепанная, разгоряченная. А ведь меня ожидает встреча с самим Рафаэлем Каттером, мужчиной, которого одна половина человечества готова обожествлять, а другая проклинать. Конечно, я должна произвести на него самое приятное и уж по крайней мере не отталкивающее впечатление. Миллионная сделка, как говаривала частенько Криста, не должна сорваться только из-за того, что ты не выспалась или не подобрала правильный костюм, что у тебя болит голова или выскочил прыщик на носу. Профессионал тем и отличается от любителя, что умеет предвидеть худший вариант развития событий и подготовиться к нему должным образом. Если женщина не может подняться из кресла, не продемонстрировав присутствующим свои трусики, ей в нашем бизнесе делать нечего.
Криста поднялась в салон в числе первых, пока я раздумывала, не взять ли в дьюти-фри бутылочку восхитительного пуэрто-риканского рома пятнадцатилетней выдержки. Стюардесса у трапа, одарив меня ядовитой улыбкой, поинтересовалась, не желаю ли я сдать сумку в багаж.
— Нет, — отрезала я.
— Но она не поместится в отделение для ручной клади и только будет вам мешать. Вам и другим пассажирам. В случае экстренной эвакуации…
— Не пугайте меня экстренной эвакуацией, — ответила я. — А сумка останется со мной, потому что вы уже дважды теряли мой багаж.
Наверно, наш спор продолжился бы — не знаю почему, но мне постоянно попадаются скандальные стюардессы, — если бы за мной не стояли еще две дюжины пассажиров, из которых как минимум половина были готовы присоединиться к беседе, причем в подавляющем большинстве на моей стороне — простой народ всегда объединяется против корпораций.
Возле Кристы уже крутился сомнительного вида джентльмен неопределенного возраста.
— Я лечу в Мексику уже в третий раз и прекрасно знаю все лучшие места, так что…
— Прошу прощения, — мило улыбнулась я, наступая ему на ногу. — Здесь так тесно.
— О, вы с дочерью. — Он окинул меня оценивающим взглядом. Криста собралась было что-то сказать, но я без всякого сожаления растоптала пробивающиеся ростки курортного романа.
— И с папой. — Я повернулась к Кристе. — Мама, ты приняла таблетки? И, пожалуйста, приготовь пакет. В прошлый раз тебя так ужасно вырвало на соседа.
Криста лишь покачала молча головой — возможно, я и повела себя чересчур резко и бесцеремонно, но одна из главных моих задач в пути заключалась в том, чтобы защищать ее от докучливых попутчиков, так что формально я была права.
— Какая муха тебя укусила? — спросила она, когда мы наконец заняли свои места: Леди у прохода, я возле иллюминатора.
— Сразу три, — ответила я. — Во-первых, у нас опять отключили горячую воду, во-вторых, у меня сломался каблук в туфлях, за которые я только два месяца назад отдала чуть ли не триста долларов. И, наконец, в-третьих, Глория Манфреди так и не вышла на связь.
— Та самая Глория, которую ты порекомендовала этому… как его…
— Марку Доусону. Он уже звонил и изъявлял недовольство. Я принесла извинения, посоветовала обратиться к Кейт и дала координаты второй кандидатки, Жаклин Роллинг.
— Той рыженькой? — Годы годами, а на память Кристе грех обижаться. — Сомневаюсь, что у них что-то получится. Она показалась мне чересчур легкомысленной, а он, насколько я поняла с твоих слов, мужчина серьезный.
Я пожала плечами.
— Кто знает? В таких делах никогда ничего нельзя сказать заранее. Химия…
— Чепуха, — с неожиданной и нехарактерной для нее раздражительностью оборвала меня Криста. — Если бы все отношения строились только на химии, как ты говоришь, человечество давно бы исчезло.
Я настолько опешила, что даже не смогла ничего ответить. Вообще, Кристу иногда прорывало. Обычно спокойная, даже невозмутимая, добродушная и приветливая, она становилась вдруг жесткой, нетерпимой, суровой. Случалось это превращение без каких-либо видимых причин и продолжалось от нескольких минут до получаса. Придя в себя, Криста никогда не извинялась, но мы с Кейт видели — она переживает случившееся.
В наше время тайну сохранить практически невозможно. Еще полвека назад человек, переехавший из Портленда в Сан-Антонио, мог рассчитывать, что на новом месте о его прошлом никто не узнает. С появлением Интернета ситуация изменилась радикально: если вы организовали финансовую пирамиду в Окленде и попытались укрыться в Буффало, вас найдут, изобличат и посадят на скамью подсудимых.
Мы с Кейт несколько раз старались навести справки о прошлом своей работодательницы, но так и не нашли ничего конкретного. Складывалось впечатление, что Криста Бергман родилась примерно одиннадцать лет назад, в Калифорнии, а потом перебралась в Сарасоту Ева, работавшая с Леди еще до меня, рассказывала, что вроде бы когда-то она жила то ли в Чикаго, то ли в Детройте, была замужем и даже родила дочь, но потом все ее близкие погибли.
Поскольку сама Криста никогда своего прошлого не касалась, мы тоже эту тему не поднимали, а если и обсуждали между собой, то лишь после таких вот «затмений», как называла ее срывы Кейт.
На этот раз до срыва дело, впрочем, не дошло. Криста взяла себя в руки и, неискренне улыбнувшись, потрепала меня по руке и достала из сумочки «Харперс базар».
Есть люди, утверждающие, что спокойно переносят перелеты. Я им не верю. Человек, если верить эволюционистам, произошел от обезьян, которые ходили по земле, а не скользили, раскинув крылья, под облаками. Так что в воздухе, на огромной высоте, ощущая под собой бездну в несколько миль и чувствуя себя совершенно беззащитным, каждый пытается прежде всего как-то отвлечься: одни пьют, другие болтают с соседом, третьи смотрят фильм, четвертые глотают таблетки. В отсутствие иных вариантов мне пришлось в третий раз посмотреть «Над подозрением» с Морганом Фрименом, Джином Хэкменом и Моникой Белуччи.
После окончания фильма до посадки еще осталось около двадцати минут. Переодеваться пришлось в туалете. Зато когда я вернулась на место, Криста удовлетворенно кивнула, улыбнулась и похвалила меня с выбором помады.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
