Эви поневоле задумалась, глядя на человека, загородившего выход из каюты. Он вел себя на редкость нагло, и смешинки в его глазах действовали на нервы. Но ей тут же вспомнились жар его поцелуя и то, как он обнимал ее.
— С чего вы взяли, что я вам лгу? — стараясь выиграть время, спросила она.
— Птичка напела. И впредь так будет всегда, как только в ваших словах проскользнет ложь. Впрочем, лжете вы красиво, мисс Пейтон. Ваше очаровательное личико выглядит так невинно в эти минуты, что невольно хочется вам верить. Сегодня вечером вы закатили блестящее представление. Вы, случайно, не актриса?
— Моя воспитательница не разрешала мне даже участвовать в школьных спектаклях. Она говорила, что истинная леди должна быть выше этого.
Эви опустилась на единственный стул и, поправив платье, чтобы из-под него не выглядывали нижние юбки, чуть приподняла ногу и принялась изучать сломанный каблук на туфельке.
«Хороша, ничего не скажешь. Даже не возмутилась».
Тайлер проверил надежность запора.
— Должен вам заметить, что подобные представления вредны для здоровья. Я предупреждал вас, чтобы вы не покидали своей комнаты. Отныне извольте слушаться меня безоговорочно.
— Но он же передергивал! Даже Дэниел заметил. Я не могла ему позволить делать это безнаказанно. В конце концов вы могли проиграть ему наши билеты или того хуже…
— Игрой в карты я зарабатываю себе на жизнь, мисс Пейтон, так что проигрывать сегодня и не собирался. Просто вы упростили мою задачу и сократили путь к цели. И еще… — Он сделал паузу и добавил: — Изрядно меня повеселили.
Тайлер в любом случае оставил бы Дорсета без гроша в кармане, но добровольная помощь Мариэллен, бесспорно, привнесла в игру особый колорит. Наблюдать за тем, что она делала, было просто удовольствием.
— Зачем вы лишили его часов?
Эви не считала, что они действовали против Дорсета нечестно, но все же ее покоробило то спокойствие, с каким Тайлер дочиста обобрал своего соперника.
Сняв туфли, она украдкой бросила взгляд на единственную в каюте койку. Ликование немного поутихло в ее душе, и она вдруг почувствовала смертельную усталость, хотя и не собиралась признаваться в своей слабости этому назойливому человеку.
Тайлер приблизился к лампе, достал из кармана часы, открыл крышку и с удовлетворением вгляделся в изображение на ее внутренней стороне.
— Затем, что часы принадлежали моему отцу. А это портрет моей матери. — Он передал часы девушке, чтобы и она могла посмотреть. — Единственный, который у меня остался. После ее гибели вандалы уничтожили все ее портреты. Остался только этот.
Эви вгляделась в миниатюрное изображение миловидной блондинки в розовом атласном платье: воистину олицетворение изящества южанок. Вернув Тайлеру часы, она заметила:
— Красивая. Она погибла во время войны?
— У меня все погибли во время войны. Отец, братья, почти все соседи. Порой мне кажется, что и я умер вместе с ними. Но это уже другая история. Ложитесь, а я пока загляну в кают-компанию, может, там играют. Дверь я запру снаружи, чтобы быть за вас спокойнее.
Он заглянул в зеркало и пригладил волосы. Затем потянулся за своим сюртуком. Эви покачала головой, пытаясь стряхнуть с себя усталость и собраться с мыслями, но ей это не удалось. Личность Тайлера Монтейна оказалась гораздо многограннее, чем она предполагала первоначально, даже если отбросить все эти фантазии насчет Пикоса Мартина и секретного агента. Но если он рассчитывает на то, что его печальная история разжалобит ее настолько, что она позволит ему провести с ней ночь, то глубоко заблуждается. Не на ту напал.
— Мне очень жаль, что с вашими родными произошло такое, Тайлер, — сочувственно произнесла Эви и тут же перевела разговор на другую тему: — А вы не боитесь идти в кают-компанию? Вы уверены, что Дорсет не нагрянет туда?
Тайлер посмотрел в зеркало на свой мятый галстук и отшвырнул его. Затем обернулся к ней и криво усмехнулся:
— Ваш братец, сам того не подозревая, сыграл с Дорсетом злую шутку. Разве можно подливать пива человеку, который пьет виски? Этот коктейль свалит нашего общего друга с ног как минимум до утра. А если серьезно, то я буду вести себя очень прилично, когда вернусь. Так что вам не о чем беспокоиться.
Эви покраснела. То ли от его слов, то ли от вида расстегнутой рубашки, из-под которой виднелась его грудь с мягкими золотистыми завитками волос. Ее вновь охватил странный жар, и она отвела глаза.
— Если бы вы догадались захватить мой багаж, то для вас нашлись бы там одеяла и прочее. Как вы будете спать?
— Обычно. Как сурок.
Воспользовавшись моментом, когда она смотрела в сторону, Тайлер наклонился и вновь поцеловал ее. Эви вздрогнула, но прежде, чем успела что-то сказать, он уже скрылся за дверью.
Эви проснулась от непонятного шума. Она открыла глаза и прислушалась — совсем рядом раздавалось негромкое похрапывание.
Повернув голову, девушка увидела Тайлера. Он стянул с ее постели второе одеяло и вторую подушку и улегся прямо на полу. Волосы его были взлохмачены, чего Эви прежде никогда не видела, и потом… на нем не было рубашки. Одеяло чуть сползло, и Эви открылась часть его спины и голое плечо. Кожа на них была такая же бронзовая, как и на лице. «Интересно, какая она на ощупь?..» Соблазн дотронуться до него был велик — у Тайлера были такие широкие, мускулистые плечи. Тут ее глаза опустились ниже, туда, где под одеялом скрывались его ноги. А что, если?..
Но от этих мыслей ее вновь отвлек шум снаружи, который становился все громче. Тайлер зашевелился, откинул рукой волосы с лица, а другой полез под подушку. В следующее мгновение он решительно откинул одеяло и вскочил с револьвером наготове. Эви по-прежнему следила за ним с постели.
На нем были брюки. Какая жалость! Она прыснула в кулачок и потянулась за халатом, который он затолкал вчера в ее саквояж вместе с остальными вещами. Тайлер Монтейн с обнаженным торсом выглядел слишком дразняще.
Не говоря ни слова, он схватил со стула рубашку и быстро надел ее, но не стал застегивать. Приблизившись к двери, он приоткрыл ее и выглянул наружу. Эви видела, как под тонкой тканью напряженно заходили мышцы у него на спине. В ту минуту она искренне пожалела о том, что не видит его спереди.
К ее удивлению, Тайлер вдруг негромко свистнул. Спустя несколько мгновений появился Бен. Он протолкнул в каюту Дэниела и зашел сам. Тайлер тут же захлопнул дверь и запер ее. А шум на причале тем временем не утихал.
— Эви! — вскричал пораженный Дэниел, утратив бдительность, едва только увидел неодетую сестру в компании полуодетого Тайлера.
Он не обратил внимания на то, как удивленно повел бровью нанятый ими телохранитель, но от Эви это не укрылось. Она на мгновение задержалась взглядом на золотистых завитках у Тайлера на груди, потом перевела глаза на своего ошалевшего брата.
