натуги, просто и естественно. Он даже, как помнится, заявил тогда в шутку, что сама судьба предопределила ему быть не совсем обычным человеком: при рождении его извлекали из утробы матери какими-то причудливыми инструментами.
Из рассказанного Мстиславом Леопольдовичем запомнилась одна история. Он рассказал, что однажды в Германии встречался в непринужденной обстановке с кем-то из знаменитых дирижеров, кажется, называлась фамилия Курта Мазура. Когда мы, повествует Ростропович, выпили коньячку, я вспомнил, что кое-как говорю по-немецки, и решил перевести беседу с английского на родной язык Мазура. И тут обнаружил, что я-то говорю на немецком свободно, а Мазур — с трудом. Лишь потом до меня дошло, что он специально говорит медленно и отчетливо, чтобы я понял.
Интересную историю, похожую на правду, рассказал и Дедюхин. М.Л. был на гастролях в каком-то ближнем к Москве городе — Твери, Туле или Калуге, не помню. После концерта решили они зайти в ресторан рядом с концертным залом, поужинать и немного выпить. Мест не было. Ростропович попросил швейцара позвать кого-нибудь из музыкантов. Тот привел. "Что такое?". — "Я тоже музыкант, нельзя ли поспособствовать, чтобы мы попали в ваш ресторан". — А как фамилия?" — "Моя Ростропович". — "Такого что-то не слыхал, но раз говоришь, что музыкант, ладно, пошли". Ростроповича заело. Дело, как рассказывает Дедюхин, кончилось тем, что они грузили ресторанных лабухов в автомобиль Мстислава Леопольдовича, он отвез их в Москву, и банкет продолжился у него на квартире. Ce non e vero, e ben trovato!
Дело Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской теперь продолжают их дочери, виолончелистка Ольга и пианистка Елена, обе выпускницы знаменитой Джульярдской школы. Ольга возглавляет созданный Мстиславом Леопольдовичем Фонд помощи молодым музыкантам, который теперь носит его имя. Елена руководит международным медицинским фондом «Вишневская — Ростропович», занимающийся вакцинацией детей по всему миру.
Проходит время, искусство развивается и жизнь, конечно, не стоит на месте. Но, думается, мастерство Мстислава Ростроповича еще долго останется сияющим, непревзойденным эталоном.
Глава 6. Первый композитор мира
Именно таким — лучшим из всех композиторов в истории человечества — признан был по версии издания «Нью-Йорк Таймс» Иоганн Себастьян Бах.
Музыка Баха ежедневно звучит по всему миру. В его честь проводятся крупнейшие международные музыкальные фестивали. О Бахе писали многие замечательные исследователи. Биография, написанная в 1802 году Иоганном Николаусом Форкелем и основанная на некрологе и рассказах сыновей и друзей Баха, подстегнула интерес широкой публики к его музыке. Несколько книг о творчестве композитора опубликовал ревностный пропагандист произведений Баха Роберт Франц. Следующим капитальным трудом о Бахе стала книга Филиппа Шпитты, изданная в 1880 году. Органист и исследователь Альберт Швейцер создал подробнейшую, высокосодержательную монографию о Бахе. Во второй половине XX века вышли книги Кристофа Вольфа, во многом отражающие новый взгляд на жизнь и творчество Баха. Также существует работа, называемая мистификацией XX столетия, «Хроника жизни Иоганна Себастьяна Баха, составленная его вдовой Анной Магдаленой Бах», написанная английской писательницей Эстер Мейнел от имени вдовы композитора. Большой вклад в изучение творчества композитора внесли и отечественные музыковеды, в частности Георгий Хубов. В разных странах был создан 21 художественный фильм о жизни Баха.
Иоганн Себастьян родился в тюрингском городке Айзенахе и был младшим из восьми детей городского музыканта Иоганна Амбросиуса и дочери скорняка Елизаветы Ламмергирд. Судя по тому, что семья едва сводила концы с концами, отец звезд с неба не хватал.
На портрете отец Баха предстает перед нами рослым, крепким бюргером с грубоватой невзыскательной наружностью. Бах был представителем пятого поколения музыкантов. Родословную Бахи вели от Фейта Баха, булочника и страстного музыканта-любителя. В начале XVI века и на протяжении нескольких столетий в роду Бахов насчитывалось более 50 известных композиторов и музыкантов. Все, конечно, знают немецкую поговорку: «В Тюрингии каждый Бах — музыкант и каждый музыкант — Бах». Как знают и крылатую фразу Бетховена: «Nicht Bach, sondern Meer sollte er heißen» — «Не ручьем, а морем бы ему зваться», связанную с тем, что по-немецки Бах — ручей. Интересно, что в старых немецких диалектах фамилия Бах стала нарицательной, означающей «городской музыкант». Мать Баха умерла в 9 лет, а через год умер отец. Осиротевший Себастьян вместе с братом Якобом отправились в город Ордруф, где их взял на попечение старший брат Иоганн Кристоф, опытный органист и педагог, но большой сухарь и схоласт. Он научил братьев игре на клавесине и органе, но был виновен в том, что под конец жизни Бах ослеп: брат, требуя от него постоянных упражнений, запрещал ему изучать сочинения выдающихся предшественников и современников, и будущий великий композитор читал их по ночам при свете луны. Бах здесь участвовал в школьном оркестре, мастерски играл на трехмануальном школьном органе и клавесине и пел в хоре. Не все знают, что он, кроме того, великолепно играл на гармонике. Его талант был замечен, и он был направлен в знаменитую певческую школу города Люнебурга.
В Ордруфе было создано первое известное нам произведение Баха — Фуга ми минор для клавира. Отсюда начались и беспрестанные странствия композитора — в общей сложности он 9 раз менял место жительства.
В Люнебурге Себастьян провел три года, не только учась, но и концертируя со школьным хором, совершенствуя свое мастерство у Георга Бёма, знаменитого композитора и органиста. Он и сам начал давать частные уроки, причем ни тогда, ни на протяжении всей своей последующей жизни никогда не брал за это деньги. В Люнебурге было создано несколько циклов вариаций для органа и юношеская сюита для клавира.
Из Люнебургской школы Бах вышел в 1703 году прекрасно подготовленным и сформировавшимся музыкантом. Свой первый практический опыт он приобрёл, поступив органистом в придворную капеллу герцога Иоганна Эрнста в Веймаре. Однако Бах уже ощутил себя в первую очередь композитором, а служба не отвечала его творческим потребностям.
По этой причине уже в том же году он принял предложение поступить на должность органиста при храме святого Бонифация в городе Арнштадте. Именно здесь композитор написал ряд органных произведений: фантазий, токкат, прелюдий, фуг, и стал настоящим виртуозом. Он не чуждался розыгрышей: приходил на службу в маленькие церкви в отдалённых деревнях под видом бедного учителя и просил местного органиста позволить ему немного поиграть на органе. Бах добивался таким образом сильного эффекта: прихожане, услышав невиданно совершенную игру, в испуге покидали службу. В Арнштадте созданы Пасхальная кантата и великолепное программное сочинение — «Каприччио на отъезд возлюбленного брата» для
