Однажды после очередных гастролей в США Ростроповича пригласили в посольство СССР и сообщили, что основную часть полученного гонорара он должен сдать. Музыкант не стал возражать, попросив своего импресарио купить на всю сумму гонорара дорогую фарфоровую вазу. На приеме в посольстве Ростропович взял в руки невероятно красивую вазу, полюбовался ею, а затем развел руки. Фарфор ударился о мраморный пол и разлетелся на кусочки. Один из них Мстислав Леопольдович поднял и медленно и бережно завернул в носовой платок со словами: «Это — мое, а остальное — ваше».
Похожую историю рассказывает концертмейстер Мстислава Леопольдовича Александр Дедюхин. Во время гастролей в Швейцарии музыкант приобрел красивый антикварный стул. На границе таможенники подступили с ножами и ножницами чтобы вскрыть стул и посмотреть, что там внутри. Ростропович поднял стул высоко над головой и сказал: «Не подходите! На нем сидел Ильич».
Естественно, такая независимая позиция, а также то, что Ростропович не раз публично выступал в защиту прав и свобод человека в СССР, навлекли на него гнев властей. Ростроповича и Вишневскую лишили центральных концертных площадок, перестали показывать по телевидению. Их периодически прорабатывали, а однажды Ростроповича вызвала к себе министр культуры Фурцева и сказала: «Слава, мы решили тебя наказать и не пускать больше за рубеж. Будешь работать теперь на родине». В ответ на это музыкант произнес ставшую крылатой фразу: «Екатерина Алексеевна, с каких это пор работа в своей стране стала наказанием?». И он работал в новых условиях весьма плодотворно: проводил репетиции и концерты с переферийными оркестрами (например, Ярославским), давал мастер-классы в нестоличных консерваториях — все это способствовало значительному повышению художественного уровня музыкантов вне Москвы и Ленинграда.
Терпение властей лопнуло, когда Ростропович и Вишневская пригрели на своей подмосковной даче опального А.Солженицина, а Мстислав Леопольдович вдобавок выступил в его защиту с открытым письмом через газету «Правда». Имена Ростроповича и Вишневской перестали упоминать в прессе. На родине Ростропович стал врагом и маргиналом. Фактически власти подталкивали Ростроповича и Вишневскую к решению покинуть страну. В 1974 году это произошло. Их лишили советского гражданства и начали постоянно обливать грязью. А со временем их имена предали полному забвению. Наталья Николаевна Шаховская, не только замечательная виолончелистка, но и человек с неподражаемым чувством юмора, со смехом показывала мне справочник Союзконцерта, где все концертирующие ученики Ростроповича были обозначены как воспитанники С.Т.Кальянова, его многолетнего ассистента.
После отъезда из СССР музыкант большую часть времени проводил в Соединенных Штатах Америки. Много лет он был руководителем Вашингтонского национального симфонического оркестра. Дирижер объездил с гастролями весь мир. Его приглашали работать с главными оркестрами Великобритании, Австрии, Франции, Японии и Германии. Без единого намека на пафос его называли звездой мирового масштаба. По случаю 60-летия музыканта в 1987 году в столице США был организован первый всемирный конгресс виолончелистов. В этот день президент Рональд Рейган удостоил музыканта высшей государственной награды — медали Свободы. На торжество прибыла королева Великобритании Елизавета II. На юбилей съехался весь мировой бомонд. Ростропович дружил с Пикассо и Шагалом, Дали и Бродским, а когда Мстислав Леопольдович объявил об окончании сотрудничества со столичным симфоническим оркестром, ему прислали благодарственные письма все остававшиеся в живых президенты США. Признание Мстислава Ростроповича в мире было колоссальным. Он был членом Академий искусств нескольких стран, профессором 50 университетов, почетным гражданином десятков городов, кавалером французского ордена Почетного легиона и обладателем японской Императорской премии, а Великобритания посвятила его в почетные рыцари.
Власти СССР не понимали, что своей деятельностью Ростропович прославляет родину во всем мире. Недаром его назвали «Гагариным виолончели». Но такое понимание пришло, когда сменилось руководство СССР, объявив о планах реформирования общества. В 1990 году было объявлено об отмене постановления о лишении Ростроповича и Вишневской советского гражданства. На следующий год великий музыкант защитил свои убеждения с оружием в руках. А в 1996 году после долгого перерыва он выступил в Большом театре, дирижируя оперой Мусоргского «Хованщина».
Музыкант активно концертировал на родине и за рубежом, совершенно безвозмездно проводил мастер-классы, осуществлял грамзаписи и записи на радио. За это его даже наградили почетной премией «Грэмми» с оригинальной формулировкой — за «экстраординарную карьеру и жизнь в записях». Он был первым русским музыкантом и седьмым во всем мире, кто получил «Грэмми» в такой необычной номинации. Всего же Мстислав Леопольдович был лауреатом этой премии пять раз. Его эмоциональность и артистизм, филигранная красота игры и вдохновенность всегда восхищали критиков. Недаром Мстислав Леопольдович говорил: «Все, что я играю, я люблю до обморока».
Всей своей общественной деятельностью Ростропович и Вишневская проявляли себя настоящими патриотами России — не пустой цветастой болтовней, не гремучими фразами, а именно делами. Так, вместе с Галиной Вишневской он реализовал не один проект помощи больным детям. Также впервые после распада СССР фонд Вишневской-Ростроповича провел вакцинацию детей против гепатита. Ростропович основал Фонд помощи молодым музыкантам, стипендии которого назвал именами Прокофьева, Шостаковича, Рихтера, Ойстраха и других выдающихся музыкантов, с которыми он поддерживал личное общение. А Галина Павловна в 2002 году возглавила Центр оперного пения в Москве.
Памятник Ростроповичу работы А.Рукавишникова у дома в Брюсовом переулке, где он жил
В 2006 году здоровье Мстислава Леопольдовича резко ухудшилось. У него обнаружили рак печени. Ростропович перенес две операции. После нескольких месяцев, проведенных в больнице, музыкант отметил 80-летний юбилей. Поздравить его пришли самые известные коллеги, давние друзья, общественные деятели. Но вскоре состояние виолончелиста снова ухудшилось, 27 апреля 2007 года он ушел из жизни. В память о легендарном Мстиславе Ростроповиче ежегодно проходит фестиваль его имени.
Мне в жизни повезло. Мне посчастливилось не только бывать на концертах Мстислава Ростроповича. Мне выпало редкостное счастье однажды присутствовать с этим великим человеком за одним столом. Это было сравнительно давно, после одного из его концертов. Приглашен я был туда, конечно, не им, а кем-то из хозяев квартиры, где проходило собрание. Это было большое, довольно разношерстное общество, хотя в основном музыканты. Уверен, что на следующий день Мстислав Леопольдович забыл о моем существовании, но я этот вечер не забуду никогда! Это был не человек — вулкан! Его клокочущий темперамент, блеск остроумия, демократичность (с каждым из присутствующих, и я не исключение, он перекинулся хотя бы парой фраз) производили неизгладимое впечатление. Он, конечно, был не просто центром, но, кажется, единственным объектом внимания. Ростропович сыпал остротами, байками, интересными историями, рождал каламбуры и афоризмы, но совершенно не производил впечатления «записного расказчика» — все это происходило без малейшей
